Л.Е.С. Прозрение (СИ)

Ты что это, подумал я, безуспешно отстраняясь от жала, решила меня уколоть, тварь ты такая? Я уколов не боюсь, если надо — уколюсь! Но добровольно и уж точно без чьей-то помощи!
Я собрал всю свою силу, не знаю, какого она сейчас уровня стала здесь, в ядовитом тумане Черного Леса, оторвал правую руку от стеклосетки, схватил это шило посередине и сломал. Пронзительный визг твари оглушил. Она отпрянула, вытащила обломок, спрыгнула с сетки и, с продолжающимся визгом, исчезла в тумане. Вот так тебе!
Я бросил обломок под ноги, таким же образом, с хрустом, освободил вторую руку, перехватил ружье, перевернул прикладом вверх и со всей силы ударил по стеклянному куполу. Раздался звонкий хруст, от места удара побежала сетка трещин.
— О! Отлично, Ник! — кричал Ант, пытаясь шевелиться. — Давай еще, бей!
Второй удар пробил сетку. В дыру появилась отвратительная многоглазая маленькая голова другого паука, зашипела, открыв клыкастую пасть.
Ах, ты еще шипеть не меня! Я перевернул освободившимися руками ружье, вставил ствол прямо в пасть твари, нажал спусковой крючок-клавишу. Вспышка, головы как не бывало. Тело отлепилось от сетки и свалилось в траву.
Вокруг заверещали другие пауки, забегали по бокам, сверху.
Вы уничтожили:
Паук мутированный
Уровень 6
Вы получаете:
Сила: 23
Скорость: 38
Ловкость: 36
Выносливость 25
Интеллект 31
Дух 50
Интуиция: 30
Энергия: 50 ед.
Но процесс уже пошел. Из позы приседа, я приподнялся, разламывая спиной стекло, словно бетонную плиту поднимал. Сетка лопалась, крошилась, осыпалась острыми обломками. Половины разорванного купола с хрустом падали в стороны. Полностью освободившись и уверенно встав на ноги, я продолжил ломать купол над Соней, освобождая ее из стеклянного плена поочередно — руки, ноги, туловище. Затем так же и с Антом.
Когда мы полностью освободились, пауков рядом не было, они гневно пищали где-то в тумане.
Выбравшись по хрустящим обломкам из стеклянного плена, мы осмотрели друг друга.
— Ну что, последствия есть? — спросил Ант. — Что-то порвали, нет?
— Да вроде бы нет, — ответил я, оглядывая его с головы до ног. — Обошлось! Одежда не порвана, рюкзаки тоже.
— Ух, твари! — погрозил в туман Ант. — Чтоб вам! Не на тех нарвались!
— Ты как? — спросил я Соню, тоже осмотрел.
Соня крутилась, нервно и брезгливо стряхивала с себя остатки блестящих осколков.
— Я нормально, — ответила она. — Думала — все! Когда это чудовище шило свое страшное достало! Фу, мерзость какая!
— Да, если бы не твоя сила, Ник, — сказал Ант, похлопал по плечу. — Быть нам тут замаринованными! — подмигнул Соне. — Вот такие вот паучки в Черном Лесу водятся! И все здесь такое! Так что глаза да глазки нужны прежде всего! Не известно, куда мы еще вляпаемся, пока дойдем!
— С такими обитателями, — поежилась Соня, — мы вообще далеко не дойдем.
— То ли еще будет! — бодро сказал Ант. — Ну да ладно, пошли дальше, пока эти восьминогие еще чего-нибудь не придумали.
Мы обошли место нападения по большому кругу, теперь уже внимательно вглядываясь не только вдаль, но и наверх. Из тумана возможно было ожидать нападения с любого направления.
Пошли дальше, в туман, который всегда окружал нас, как купол. И мы двигались в этом куполе, перемещались вместе с ним. А через него мимо проплывали корявые деревья с кривыми ветками, изломанные в причудливой форме кусты. Один раз я обратил внимание друзей на странное сочетание. В развилке трех стволов торчал огромный куст. Судя по ветвям и листьям, дерево было сосной, а куст — боярышником, плотно усыпанный ягодами. Мы остановились, я подошел поближе к кусту. И тут ягоды ожили, вспорхнули стаей, закружились над кустом, а потом налетели на меня, того, кто потревожил насекомых. Я от неожиданности отскочил от дерева, развернулся, побежал к Анту и Соне, что стояли в пяти метрах.
— Это что?! — кричал я, отмахиваясь от назойливых мух, облепивших меня с головы до ног. Специальную герметичную форму они, к счастью, прокусить не могли, на лице была прочная стеклянная маска. Но мелкие, ну как мелкие, с вишню размером, мухи, не оставляли попыток. Пока меня не окутало розовое облако. Часть мух упала сразу замертво мне под ноги, осыпаясь с меня, а другая часть отпрянула, отлетела в сторону, и кружилась там маленькой жужжащей тучкой.
 
Соня и Ант смеялись.
— Ну, развеселил, Ник! — сказал Ант. — Мы сначала подумали, что ты это специально сделал.
Я отряхивал с одежды остатки прилипших дохлых мух.
— Что значит «специально»? Я и на самом деле думал, что это ягоды!
Ант снова рассмеялся. Соня тоже улыбалась.
— Тогда в два раза смешнее! — сказал Ант. — Пошли, мухолов! Кхе!
Он повернулся, пошел вперед, все еще похихикивая, мотая головой.
Я спросил у Сони.
— А что это за облачко такое обеззараживающее ты в меня пустила?
Соня показала на ружье утопленные клавиши.
— Так вот же, я тебе показывала. Это и есть газ. Он не убивает, только парализует на некоторое время. Успеем от этого гнезда уйти подальше.
— Это хорошо! — сказал я.
— Что хорошо?
— Значит, что и на мутированных тварей можно воздействовать обычными средствами! Я думал, газ их не возьмет. Они и так в каком-то газе-тумане тут живут все время. Могли привыкнуть.
Соня пожала плечами.
— Значит, это разные газы, вот и все.
— А если бы газ не помог? — спросил я.
Соня задумалась ненадолго, выдала.
— Ну, тогда бы мы тебя слегка подпалили! Тебе ничего, а мухи бы тоже сдохли, только уже навсегда.
Она повернулась и пошла догонять Анта.
Я за ней, спросил в спину.
— То есть как это подпалили? Огнем своим что ли? Да ты что!
— Да ты не волнуйся, — насмешливо крикнула она через плечо. — Мы бы не сильно! Заодно бы согрелся!
— Да я в общем-то и не мерзну! Шутница, тоже мне!
Ант ждал нас на небольшой полянке. Смотрел себе под ноги. Когда мы подошли, стали заглядывать ему через плечо.
— Здесь тропа муравьиная, — сказал он. — Будьте осторожны. Переступайте как можно шире и выше. Муравьи здесь тоже особые.
Я помню муравьев в Большом Лесу. И там-то они не особо дружелюбные и маленькие. Один, помню, вцепился мне в ботинок, зверюга. А здесь тогда какие?
И как раз пробежал по тропке один такой экземпляр. Размером с кошку, только глянцево-черный, и клещи скорпионские сантиметров десяти из головы торчат вперед. Такой лодыжку перекусит только так!
— Что же они все здесь такие страшные? — выдохнула Соня.
— Мутации, — спокойно ответил Ант, — это Лес мутантов. — Он широко перешагнул, пошел в туман, раздвигая высокую траву.
Прошел еще час, пока мы пробивались через заросли. Обходили подозрительные кусты и деревья стороной, избегая ненужных встреч. День был в разгаре, а с неба мутное марево и не проходило, рассеивая солнечные лучи, поэтому определить положение солнца не представлялось возможным.
Так и представлял себя ежиком в тумане. Только безобидных собак, филинов и лошадок тут ожидать не приходилось. Нет, может они тут тоже есть, но в таком виде, что лучше бы с ними не встречаться.
Мы двигались все глубже в Лес, но картина не менялась. Похоже, это был тот самый теперь обычный Черный Лес. Ну, хотя бы здесь все было предсказуемо. Только не животные и насекомые. Мы так же осторожно и с опаской смотрели не только по сторонам, но и наверх.
И вот тут у нас случилась новая неожиданная встреча.
Издалека сначала мы заметили явное потемнение тумана, или правильнее сказать, сгущение.
Мы остановились.
— Что это такое может быть? — спросила Соня.
— Подойдем поближе и посмотрим, — предложил я.
— Ты уже как-то подошел поближе, — усмехнулся Ант. — Хочешь еще раз испытать судьбу? Мало тебе острых ощущений?
Чего гадать. На расстоянии же можно посмотреть в оптический прицел, приблизить это сгущение, чтобы определить, что это на самом деле.