Звезда короля

— Уходи, мальчик, пока никто не видел. Беги!
— Хватит! — хотел бы крикнуть Андре Пустоте, но она была сильнее, и из крика вышел только хрип, а холодные губы продолжали прижиматься к его губам. Он закрыл глаза, отказываясь смотреть. Но разве память зависит от зрения? Нет, нет…
А дальше — ворота дома. Давно знакомые ворота, хоть ни разу так и не хватило духу постучать в них. И разъяренный мужчина, слишком похожий на его отражение в зеркале, только старше лет на двадцать, выплевывающий в лицо:
— Какое ты имеешь право вообще здесь находиться, ублюдок? У меня только два сына, а что будет с тобой — не мои заботы. Издохнешь где-нибудь, и ладно. Ты вообще не должен был родиться!
И другой человек, который почти тащит за шкирку, хлещет по щекам, чтобы немного привести в чувство.
— Эй, парень, не смей, — повторяет он. — Дыши, слышишь? Умница. Делай вдох, хорошо. У жизни есть один закон: она ни к кому не бывает добра. Поэтому держись. Цепляйся руками, ногами, зубами, но держись. И однажды победа будет за тобой.
— Мне не нужна победа… — прошептал сорванным голосом. — Мне больше ничего не нужно, месье Рейдес.
— Не говори чепухи. Ничего, от этого еще никто не умирал.
Лица, лица, лица… Смеющиеся, скалящиеся в насмешке. Еще бы! Этот новенький хоть говорить-то умеет? А затем — искаженные ненавистью и страхом. Говорить, может, и нет, зато умеет колдовать. И проклинать, и мучить. Платить по счетам.
— Я тебе сколько раз говорил, что запрещено использовать магию на студентах, Андре?
— Выгоните, куратор Рейдес?
— Было бы куда, выгнал бы к демонам. Марш на отработки.
Книга о зеркальной магии в руках. И отражения, десятки отражений. Первая улыбка за последние годы. Он больше никогда не будет один. Зачем нужен кто-то, когда есть собственное отражение?
Пустота сделала шаг назад. Андре пошатнулся, стараясь удержать равновесие, но не вышло, и он упал на колени, хватая ртом воздух.
— Твоя цена? — спросил сипло, как в видении.
Пустота глядела с сожалением — долго, напряженно, а затем ответила:
— Прости, мальчик. Тебе нечем мне заплатить.
Развернулась и исчезла, оставив после себя только сизоватую туманную дымку.
— Нет! — вскрикнул Андре, забыв, что его могут услышать. — Вернись, слышишь? Вернись! Проклятая ведьма!
Раздался только тихий смех, но вот и он рассеялся в пустоте. Что ж, значит, придется обходиться своими силами. Их все равно хватит. Начать бы сейчас, но ноги подкашиваются, и голова идет кругом. Лучше вернуться в другой раз.
Щиты никак не желали подниматься, а без них миновать теней — самоубийство, сразу заметят. Поэтому пришлось еще немного посидеть на полу, затем медленно подняться и убрать круг, символы. Теперь можно и идти. Мир все еще немного пошатывался, а магия будто уснула, но свет все еще благоволил ему, потому что на пути встретились только две тени, да и те свернули в соседний коридор. А на выходе хватило невидимости и парочки глушащих заклинаний. Сила постепенно восстанавливалась, но на губах по-прежнему ощущался холод. И он словно проникал глубже, чем следовало. Как бы теперь стереть себе память?
Хорошо хоть идти было недалеко. Андре специально выбрал убежище поближе к башне пустоты. Тут мало кто обитал, и подходящих домов, нежилых снаружи, с огромными подвалами, было хоть отбавляй. Оставалось только перенести зеркала. Ровно половину — половина осталась в гимназии. А этих хватало для работы. И кроме того, подвал пригодился для того, чтобы временно послужить тюрьмой.
Вот она, калитка, которая держится на честном слове и последнем гвоздике. Порог из трех ступенек, скрипящая, как старая калоша, дверь. Фух! Чтобы восстановить магический запас, надо было спуститься в подвал. Да и жил он по большей части там же — наверху дом оставался нежилым. Ступеньки, ступеньки. Андре рухнул в кресло и закрыл глаза.
— Я уже думал, что ты сегодня не появишься, — раздался язвительный голос из зеркала.
Демоны! Забыл закрыть тканью, как последний студент. Уходил быстро, вот и не вспомнил.
 
— Заткнись.
Шевелиться не хотелось, а чтобы закрыть зеркало, надо как минимум встать.
Надо же! Виктор в последнее время намеренно старался вывести его из себя. Наверное, надеялся на упокоение, но зря. У Андре трудно было выбить почву из-под ног. И если бы не проклятая пустота…
— Обычно ты как-то разговорчивее, — измывался призрак в зеркале. — Что, не удался очередной черный план?
— Почему же? — Андре развернулся, чтобы смотреть отражению отца в лицо. — Удался. Можешь поздравить, перед тобой — новый магистр света.
Похоже, ему удалось озадачить Виктора, потому что тот взглянул как-то странно.
— Поздравляю, — сказал уже серьезно. — Ну и зачем тебе это? Насколько я помню, зеркальная магия базируется на другой силе.
— Чтобы подобраться к магистрам. Теперь я — один из них, и никуда они не денутся.
— По-твоему, они будут сидеть и ждать твоего визита? Ты один, их — двое.
— Почему это? — усмехнулся Андре, постепенно приходя в себя. — Если считать тебя, нас тоже двое. Разобью твое зеркало об их головы. То-то магистры обрадуются! Кстати, принимаю ставки, папуля. Как скоро твой старший сын придет меня убивать?
Виктор замолчал. Уже плюс.
— С чего ты взял, что он придет? — спросил отец.
— Видел по глазам. Младший не станет, он у тебя слишком светлый получился, хоть и темный маг. А этот явится. Сегодня вряд ли, все-таки только женился, а вот завтра…
— На ком женился?
— На девчонке своей, на ком же еще? Можно было бы, конечно, подпортить им брачную ночь, но ладно уж, успею. Так каковы твои ставки? Завтра? Послезавтра? Вряд ли дольше. Надо будет утром подготовиться, я как раз купил новые зеркала и почти закончил процесс настройки. Так что готовься, спектакль будет знатный.
— Ты сумасшедший, — процедил граф Вейран с презрением.
— Не дождешься. Я в своем уме. А вот на твоем месте, папочка, я бы пожелал мне победы. Потому что как только Анри нанесет мне сколько-нибудь серьезный вред, я не смогу удерживать магию вокруг твоего тела, и ты умрешь.
— Скорее бы, — эхом откликнулся Виктор.
— Не беспокойся, развязка уже близко. Либо я сотру магистрат в порошок, либо они сотрут меня. Каким бы ни был итог, вряд ли ты его увидишь. А теперь закрой рот. Хватит с меня на сегодня общения.
Отражение, как ни странно, затихло. И стало еще хуже. Потому что пока на тебя кто-то смотрит, нельзя быть слабым. Нужно держать голову прямо и делать вид, что это не буря, а так, легкий ветерок. Но когда остаешься один, держаться не имеет смысла. И можно бесконечно долго смотреть на безжизненное тело на постаменте, спрашивать себя, что за блажь пришла в голову лезть в чужой дом и вытаскивать вот этого мерзавца, которого природа почему-то определила в отцы? И зачем уже год он приходит сюда?
«Тебе нечем мне заплатить». Пустота оказалась права. Действительно нечем. Потому что все забрали гораздо раньше. Все, ради чего стоило жить. А то, что осталось, не нужно даже стихии, запертой в безвременье. И Андре рассмеялся. Глухо, до хрипоты, до рези в глазах. И смеялся, пока хватало сил, потому что его мир давным-давно пошел трещинами и распался. И что же на руинах? Пустота.
  
ГЛАВА 10
 
Филипп
Около десяти часов, когда веселье в гостиной было в самом разгаре, я тихонько ушел. Кажется, моего ухода никто и не заметил, а причина была более чем важная — связь с Робертом, особенно учитывая, что прошлая сорвалась. Наверняка Гейлен вспоминает меня последними словами. Но что поделаешь, если у нас что ни день, то новые приключения? Я запер дверь в спальню и достал из сумки маленькое зеркальце. Главное, чтобы никто не увидел, иначе начнутся расспросы, зачем я притащил его с собой, если создавал вместе с Айденсом. С Андре… Вся эта ситуация не давала покоя. Я не знал, как мне поступить и что делать. И сейчас мне никто не советник, даже Лиз. Решать придется самому.