Грех и шоколад

Я остановилась у двери и уставилась на него. Очевидно, сейчас как раз тот самый случай, когда он забыл, что мертв.
– Нет, Фрэнк. Все в порядке. Просто дай мне знать, идет?
– Конечно. С удовольствием.
– И, слушай, не мог бы ты поспрашивать там, не хочет ли кто присмотреть за районом в целом? Хочу контролировать этих парней.
– Ну, на прошлой неделе глава соседского дозора упал с лестницы. Я слыхал, он приземлился на спину, повредил шею. Он в больнице…
Нет, не в больнице. Он на кладбище в другом конце города.
– Тогда неплохо было бы организовать всех, на тот случай, если воры пронюхают о том, что случилось, и попытаются воспользоваться ситуацией.
Я открыла дверь.
– Да… – Фрэнк медленно кивнул. – Хорошая идея. Ладно. – Он приосанился. – Я позабочусь об этом.
– Спасибо, Фрэнк.
– О Господи, Морди, ты жутко выглядишь. – Дейзи рванулась к двери и подставила плечо под другую руку Мордекая. – Как ты? Что там сказали?
Мы кое-как довели его до дивана. Когда я вернулась, чтобы запереть дверь, Фрэнк, подбоченившись, стоял на моей дорожке, лицом к улице.
– Они подтвердили мою болезнь, – Мордекай неуклюже закутывался в одеяла.
– В смысле – они просто сказали тебе то, что ты уже знаешь? – Голосок Дейзи дрожал от ярости. – Стоило ли ради этого выходить из дома!
Я быстренько нырнула в свою спальню и схватила одеяло, купленное Кираном. Возвращение его ни черта не изменит, Киран от меня не отстанет, так что одеялом я спокойно могу пользоваться.
– Они провели тесты, проверяя, как болезнь прогрессирует, но результатов еще надо ждать. Только что толку. Я сказал им, что это не имеет значения… – Он нахмурился, когда я развернула одеяло. – Что ты делаешь?
– Погоди… – Дейзи окинула взглядом мою одежду, дольше всего задержавшись на шве из канцелярских принадлежностей и на волосах. – Какого черта с тобой случилось, и где твои шмотки?
– Я не хочу, – Мордекай попытался скинуть одеяло. – Отдай это ему, Алексис. Просто потому, что…
Я вскинула руку, останавливая их обоих, и, вздохнув, приступила к рассказу о том, что произошло со мной в здании магистрата.
– Ну, видите? – закончила я. – Это одеяло вообще ни при чем. Сомневаюсь, что он вообще позволил бы мне его вернуть. А о том, что он отступит, если я это сделаю, и речи не идет. У него теперь есть досье – и он подвесил его у меня над головой, точно Дамоклов меч.
Глаза Дейзи сузились. Она взяла одеяло и набросила его на Мордекая.
– Он раздел тебя? Догола?
– Я замерзала, моя одежда промокла насквозь. Так что рубашку пришлось снять.
– Ага… Но рубашку с тебя снимал он?
– Все случилось так быстро…
– А как насчет штанов?
Я покраснела и отвернулась, чтобы налить в стакан воду. Ничего не ответив.
– Алексис, что ты натворила? – Дейзи остановилась у входа в кухню. – Он – враг, помнишь? Втюриться – это еще ничего, поскольку парень хорош до жути, но…
Нет, сегодня определенно день смены ролей. Сперва Мордекай, теперь – это.
– Я поцеловала его. Вот и все. – Я залпом выпила воду. – Я даже не собиралась. Это просто случилось.
– Так и было? Правда? – Дейзи подбоченилась, на лице ее ясно читались подозрительность и гнев.
– Да, – солгала я. Даже если бы меня и тянуло выговориться, они еще слишком молоды для подробностей. И выбалтывать мне ничего не хотелось. Точка. – Потом я оттолкнула его, потому что вспомнила о своем телефоне и о Мордекае.
– Когда ты вспомнила о Мордекае? – продолжала допрос Дейзи. – После того, как обжималась с врагом?
– Если бы воду не обработали магией, она не была бы ледяной. Было ужасно холодно. Я не могла собраться с мыслями.
– Значит, у тебя пятый уровень, – тихо сказал Мордекай, к счастью, решивший не углубляться в разборки по поводу моей способности к принятию решений. – Думаешь, поэтому он заинтересовался тобой? Или…
Волна жара омыла меня.
Наверное, это уже становилось нормой. Каждый раз, думая об этом чокнутом Полубоге, я вспоминала его жгучее прикосновение и легкий, дразнящий поцелуй, от которого закипала кровь. Даже сейчас я задохнулась, и сердце в груди бешено заколотилось.
 
Тут в дверь постучали.
Я вскинулась:
– Вы тоже слышали?
Иногда мне нужно было спросить, чтобы быть уверенной. Когда у Фрэнка достаточно энергии, он способен воздействовать на физический мир.
Но Мордекай кивнул, и я махнула рукой Дейзи, чтобы та убиралась в кухню, а сама на цыпочках подкралась к двери.
– Как насчет биты? – прошипела Дейзи.
Игнорируя ее, я коснулась дверной ручки. Сколько там может быть людей? На ум приходило лишь три варианта: мой преследователь, его приспешники, или какой-нибудь торговец, который попытается мне что-нибудь продать – и не продержится и десяти минут. Торговцы, как и кобник Ямс и его сестра Рэтчед (ну, помните же «Пролетая над гнездом кукушки»?), отчего-то не находили мое остроумие ни в малейшей степени очаровательным.
Я распахнула дверь, и передо мной предстал крупный мужчина с огромными ручищами и такими скулами, о которые только кулаки ломать.
С правой его руки свисали два холщовых мешка для продуктов, из одного торчала какая-то зелень.
– Я Джек, – сообщил он. – Я пришел приготовить жаркое. Как обещал.
– Ну и ну, – пробормотала за моей спиной Дейзи, разглядывая Джека. – Вот это большой парень. Серьезно, принести биту?
Джек ухмыльнулся, сверкнув ровными белыми зубами, и от улыбки его темные глаза заблестели.
– Чтобы привлечь мое внимание, тебе потребуется что-то посерьезнее биты.
– Ну, хоть для начала, – ответила Дейзи.
Он качнул сумками:
– Можно войти? Мордекаю нужно топливо.
– В смысле – еда? – Дейзи оттеснила меня и распахнула дверь шире. – Потому что я умираю с голоду. – Невероятная смена темпа, даже для нее. Хотя еда частенько способствует перемене намерений. – Ты – один из парней Полубога, верно? Вроде как смутно помню тебя по той ночке.
Джек, пригнувшись, переступил порог и огляделся. Если наша обстановка и не произвела на него благоприятного впечатления, он этого не показал. Как мило с его стороны.
– Я один из Шестерки, да. Торчал тогда там на улице. Не подпускал зверье. – Он мотнул головой в сторону кухни, я и кивнула, разрешая ему войти.
– О, здорово. Значит, если тот гангстер явится сюда и попытается заткнуть Лекси рот, у нас есть подмога. – Джек принялся раскладывать на столешнице покупки, а Дейзи, пялясь на его мускулистую спину и обмахиваясь ладошкой, как веером, прошептала мне: – Он милый и чертовски привлекательный. Турни Полубога и займись им.
– Какой-такой гангстер? – спросил Джек, оглянувшись. На его загорелом лице сияла добродушная улыбка. Дейзи права – он красив. Как и все парни, которых я видела рядом с Кираном. Но все они не шли ни в какое сравнение с ним. За исключением тех случаев, когда дело касалось манер и личных границ.
– Да никакой, – я шагнула к нему. – Был у меня той ночью один… клиент. Таскавшийся за ним призрак попросил меня о последнем одолжении. Нужно сделать один анонимный звонок, и все.
– Лучше все же написать письмо, – пробормотала Дейзи.
Я рассматривала принесенные мужчиной продукты. Все органическое, свежее. Две пачки масла, жирные сливки, кусок мяса…
– Мне следовало бы отказаться и вышвырнуть тебя прочь. Не хочу иметь ничего общего с Кираном.
– Откажешься и вышвырнешь меня после еды. После сегодняшней проверки вы это заслужили. – Он подтолкнул ко мне пару морковок: – Я слышал, ты умеешь управляться с овощами.
Он был таким добродушно-веселым и беззаботным, что трудно было сохранять скованность и отчужденность. Я прыснула: Дейзи уже уселась за стол.
– Ну да, все мы это умеем. Но к таким твердым морковкам мы не привыкли. – Я передала их Дейзи вместе с овощечисткой. – Я бы предложила тебе бокал вина, но…
– Вот. – Он наклонился к пакету и достал бутылку. – Я принес.
Теперь я уже точно не могла сказать «нет»…