Грех и шоколад

Я смотрела на нее, разинув рот.
Она лизнула палец и принялась листать страницы, отыскивая нужный раздел.
– Я как раз собиралась звонить, – сказала я.
– Они ни за что не позволили бы тебе оставить анонимное сообщение. – Она перевернула очередную страницу. – В лучшем случае они спросили бы только твое имя. А когда наводка подтвердилась бы, они бы явились искать источник информации. Эй? Ты что, детективов не читаешь?
– Нет, не читаю. Кстати, я сотни раз звонила анонимно. И все было нормально.
– И что, вся твоя информация разоблачала мафиози, у которого могут быть, а могут и не быть всюду свои люди?
– Мы даже не знаем, был ли тот парень мафиози.
– Неужто? – Она приподняла брови и перевернула еще страницу.
Я вздохнула, сдаваясь.
– Держись подальше от этой семьи. Я серьезно, Дейзи.
– Да ладно, ладно. Хотя Денни – довольно приятная компания.
– Держись подальше!
– Хорошо, – она фыркнула.
Прямо на кухонном столе я разделила почту на две кучки: большую (мусор) и малюсенькую (важные письма). Отложила в сторону счет на воду, который, к счастью, могла оплатить, потому что помогла преступнику, чем, вероятно, испортила себе карму, и взяла письмо, которое упомянула Дейзи.
– «Магический Правительственный Комитет Сан-Франциско», – прочла я на конверте, и дурные предчувствия скрутили мне кишки.
МПКСФ, составленный из чиновников, отобранных отделом Полубога, не имел никакого отношения к паноптикуму, так что это не могло быть уведомление о том, что мое разрешение отозвано. Учитывая большой улов, доставшийся мне пару ночей назад, а также вызванные мною проблемы, я решила взять перерыв до конца недели. Но работу я пока искала не слишком усердно. Я собиралась вернуться на ярмарку в понедельник, после того, как шумиха утихнет, и посмотреть, получится ли у меня держаться в тени. Я бы даже оставила право выбора парковочных мест важным шишкам.
Так зачем же они мне написали? Я получала письма от этих парней лишь тогда, когда они хотели меня протестировать…
Гнев вытеснил все мысли.
Я рванула край, вскрывая письмо, и погрузилась в изучение содержимого. После чего воскликнула довольно громко:
– Грязный ублюдок.
– Что? – Диван протестующе взвизгнул, и в кухню влетела Дейзи. – Что случилось? Это ты о том безумно горячем парне с потрясающим телом, которого мы все ненавидим? Что он сделал?
– Он хочет, чтобы я прошла повторную аттестацию моей магии, и это прекрасно. Не знаю, зачем это нужно, поскольку он явно думает, что знает все, ну да ладно. Это все тот досадный день, за которым последовало слишком много «Гиннесса». Но он также хочет еще раз протестировать Мордекая, а этого… – Я смяла письмо в кулаке. – Этого нельзя допустить.
– Почему? Разве тебе не любопытно?
– Нет. А знаешь, почему?
– Ну?
– Потому что когда Мордекай проходил последнюю проверку, он был мал и плох, и все считали, что жить ему осталось недолго. Что ж, он все еще жив, он определенно станет силен, и он почти в том возрасте, когда альфа его старой стаи может бросить ему вызов – и убить. – Горячие слезы застилали мои глаза. – Я надрываю задницу, чтобы Мордекай оставался в тени. Люди думали, что он мертв, и это означало, что он был в безопасности. А теперь этот ублюдок считает, что он может врываться в мою жизнь и подвергать опасности моих детей?
Я швырнула письмо на стол.
– Только через мой гребаный труп.
Я откинула волосы с лица, подумывая о том, не вызвать ли мне мать незнакомца. В смысле – я могла бы. Если уж я хоть раз встретилась с духом, я почти всегда могу вызвать его основа. Я могу доставить сюда эту женщину так быстро, что ей останется лишь удивляться, кто вырвал из-под нее воду. Я бы хорошенько побеседовала с ней о том, как ей удалось воспитать такого заносчивого, такого высокомерного, такого подвергающего опасности чужие жизни сынка.
Но что бы это дало? Он же не видит и не слышит ее. Я придиралась бы к мертвой. Хотя она, конечно, отчасти заслужила это, учитывая, какого чудовищного мужчину она вырастила.
 
Нет. Нет, я выше этого. Чуть-чуть.
Но выследить эту сволочь и высказать ему свое мнение я все же могу.
– Я иду в паб. – Шагнув к столешнице, я подхватила свою сумку. – Наберусь немного жидкой смелости, прежде чем погрузиться в Гугл, и на этот раз я собираюсь действительно найти его. И никакие кучи дерьмовых сплетен о знаменитостях меня больше не удержат. Я это сделаю, и вот тогда я с ним поборюсь!
Нет, я не была специалистом в преследовании людей, онлайн или как-то иначе, что оказалось огромным подводным камнем в моих попытках разоблачить прекрасного незнакомца. А поскольку меня жгло и обременяло еще и любопытство касательно его матушки, я сдалась прежде, чем нашла что-либо.
– О Господи. Подожди.
Дейзи появилась в дверях кухни, протягивая ко мне руки.
– Ты не пойдешь.
– Конечно, не пойду! Это бар, а парень опасен. Но… тебе нужно… что-то.
Она выскочила в коридор.
– Мне нужна армия крепких мужиков и, возможно, «Узи». Вот что мне нужно. Но у меня есть рот, и я способна опуститься до грязной игры. В конце концов, мне кое-что известно о его драгоценной мамочке. И знаешь что? Поскольку он решил играть грязно, я заставлю его пожалеть о том дне, когда он бросил мне вызов, решив посоревноваться в категории «кто сильнее ударит ниже пояса».
Раздались стремительные шаги Дейзи, и она вновь ворвалась на кухню, держа бандаж для голени… и кинжал.
– Вот!
– Ох.
Я и забыла, что у меня все это есть. Очевидно, она опять рылась в моих вещах.
Ладно, не буду пока затевать разборки по данной теме.
– Отлично, спасибо. – Я прикрепила нож и потренировалась вытаскивать его. – Вообще-то удобнее было бы носить его на бедре.
– Твое бедро слишком толстое.
– Это мускулы, зануда.
Ну, типа.
Я пристроила ремешок сумки поперек груди и глубоко вздохнула. Я собиралась затеять драку с гигантским, супербыстрым, суперсильным, супермагическим, супербогатым, суперкрасивым чуваком. Если, конечно, найду его.
О чем я только думаю?
– Я думаю, что Мордекаем не будут помыкать, вот о чем я думаю.
Я решительно сжала кулаки.
– Хорошо. – Дейзи кивнула мне и тоже напряглась, как будто собираясь поднять что-то. – Отличная мысль. Ты сильная. Ты могущественная. Ты можешь. Ты можешь.
– Что?
– Это мантра. Я сильная. Я могущественная. Я могу. Я могу!
Я могу получить под зад. Все остальное – просто выдача желаемого за действительное.
– Я хороша, когда прижмет, – поправила я, создавая собственную мантру. – Я умею неожиданно бить влиятельных людей в уязвимые места. И я это сделаю. Ох, сделаю!
– Да. Здорово. Иди и повторяй это! – Дейзи проследовала за мной к входной двери. – Звони, если что. Я уже водила машину. Я перееду гада, абсолютно не парясь!
– Это приятно знать.
Я открыла дверь и увидела стоящего снаружи, заламывая руки, Фрэнка.
– Не сейчас, Фрэнк, – бросила я, не останавливаясь.
– Фу. Просто отправь этого полтергейста на ту сторону, – вся бравада Дейзи мигом исчезла.
– Это нехорошо, когда они не хотят уходить, – сообщила я, решительно шагая к тротуару. – Кроме того, мисс Мерлин настоящая сволочь, ей не помешает немного кошмаров.
– Ты куда? – Фрэнк быстро поравнялся со мной, и поскольку мне нужно было как-то отвлечься, я не стала его прогонять.
– Я собираюсь защитить свой дом, Фрэнк, дерзким и, возможно, безумным способом.
– О. А как прошел твой день?
– Прекрасно, Фрэнк. Просто прекрасно.
– О. Это хорошо.
И Фрэнк, пользуясь возможностью поговорить с кем-то, кто его слышит, приступил к раздражающим и по большей части скучнейшим историям о том, что он почти уверен, что в его доме живет призрак.
От умер от болезни Альцгеймера, и время от времени забывал, что призрак – это он.
– Ладно, Фрэнк, – сказала я, когда мы добрались наконец до бара. Я что-то запыхалась. Болтовня Фрэнка подстегивала меня, заставляя шагать все быстрей и быстрей. – Пора и за дело.