Демон в полдень (СИ)

— Что ты?… — начала я, и мгновенно заткнулась, так как в лицо мне полетели комья земли и каменюки размером с половину моей бестолковой головушки. А все потому, что земля начала расползаться в сторону, образуя пролом, отделивший нас с Русланом от всадников.
Последних произошедшее не удивило — охотники продолжали безмолвно и неподвижно сидеть, крепко удерживая в затянутых черными перчатками руках поводья. В отличии от лошадей, которые нервно переступали с ноги на ногу и били копытами по земле с оглушающим ржанием, вклинивающимся в рёв ветра. Все вместе это напоминало кошмарную оперу.
Создав обрыв Руслан не успокоился, а продолжил использовать магию, с каждой секундой увеличивая пропасть, расширяя её, удлиняя и углубляя. От образовавшихся краев отделялись куски земли и соскальзывали вниз. Руслан при этом дрожал не меньше, чем земля под нашими ногами. Забеспокоившись, я поднялась на цыпочки и заглянуло ему в лицо, которое поразило меня своей бледностью и выражением упрямого отчаяния. С его висков стекали струйки пота, а из носа — кровь. Я стерла её рукавом и взглянула на всадников, которые начали отступать назад от пропасти. В первое мгновение мне показалось, что они решили оставить нас в покое. Но тут же пришло понимание очевидного — они собирались перепрыгнуть через созданную магом пропасть.
— Руслан, — задергала я парня за рукав. — Они сейчас перепрыгнут! Ты слышишь?
— Слышу, — ответили мне сквозь стиснутые зубы, — я знаю.
Всадники уже отошли на приличное расстояние, остановились и вновь рванули вперед, начиная разгонятся.
— Твою же мать, — я невольно попятилась назад, но стальная рука Руслана удержала меня на месте.
— Не шевелись, — прошептал он с по-прежнему крепко зажмуренными глазами, и его вытянутая вперед дрожащая рука взметнулась вверх. А вслед за этим движением из разверзнутой пасти земли ударила в небо стена воды. Как раз в тот момент, когда предводитель стеганул хлыстом своего громадного коня и направил к нам.
Увидев водяную преграду, которая отрезала нас от созерцания компании потусторонних гостей, стремящихся пополнить наш с Русланом скромный дуэт, я с облегчением выдохнула. И испытала острое желание растянуться на земле и просто полежать. Но пришлось встать в очередь, ведь полежать захотелось Руслану. Вернее, он просто глухо простонал и безвольно опустился на колени, где у самой земли я успела подхватить отключившегося парня. Уложив его голову себе на колени, я помогла Руслану расслабленно вытянуться во весь рост и вытерла своим рукавом его мокрый лоб.
Казалось, самое страшное осталось позади. А оказалось — впереди. В буквально смысле.
Плеск воды привлек мое внимание. Я подняла взгляд как раз в тот момент, когда магическая стена разошлась в стороны так, словно шторку отодвинули. И этим образовавшимся проемом с легкостью воспользовались всадники для того, чтобы в один нарушающий все законы физики прыжок перепрыгнуть созданную Русланом преграду.
И вот они уже обступили меня со всех сторон и начали синхронное движение по кругу, с каждой минутой уменьшая, сужая круг. Словно акулы, окружившие жертву и готовящиеся к нападению они создали ловушку, из которой у нас не было ни малейших шансов выбраться.
— Руслан, — затормошила я парня, — тебе стоит проснуться. Слышишь?
Ответом мне был лишь стон и неразборчивое бормотание.
— Он не проснется, — послышался жесткий властный женский голос. И из-за моей спины выступила вперед женщина.
Высокая. Очень высокая. С неестественно прямой спиной и такой гордой посадкой головы, что непроизвольно создавалось впечатление, будто перед тобой если не королева, то как минимум герцогиня. Одетая в длинную черную юбку, скрадывающую звуки ходьбы, и длинный черный плащ, ниспадающий широкими складками. На лицо ее падала тень от накинутого на голову капюшона, а потому рассмотреть его было невозможно. Но вот что было заметно даже без напряжения — так это горящие во тьме глаза.
Я встряхнула головой, прогоняя наваждение, и вцепилась в Руслана покрепче.
 
— Что значит, он не проснется?
Женщина подняла руку и мягко махнула в сторону дома. В первое мгновение я не поняла, что мне хотят сказать, а потом я увидела дым из трубы, тонкой струйкой поднимающийся к ночному небу.
— Очередные ведьминские примочки? — скривилась я и тут же непроизвольно закашлялась. Во рту образовалось сухость, которая усиливалась с каждым вздохом. Горло начало раздирать болезненным кашлем, сотрясающим легкие. Сообразив, что все дело в дыму, который явно был не просто последствием растопки печи, я стала лихорадочно срывать с себя куртку, чтобы замотать ею лицо.
— Вы были правы, мой господин, — напевно произнесла женщина и поклонилась всаднику на самом крупном и пугающем коне, который как раз нервно гарцевал напротив меня. — Дочь Миры сильна, очень сильна.
Я не стала уточнять, что несет эта дамочка. А вот тот, кому была адресована эта фраза удостоил её ответом:
— Ты выполнила свою часть сделки, Тельхина, — раздалось словно из подземелья. — И в награду получишь то, чего так желаешь. Но больше не смей нас тревожить.
— Да, мой господин, — женщина поклонилась вновь, на этот раз, едва не коснувшись макушкой земли. — А что вы намерены сделать с водным элементалем?
Женщина и всадник синхронно повернулись в нашу с Русланом сторону.
Я, оставившая на время их диалога попытку смастерить из подручных средств что-то вроде огромной защитной повязки на лицо, посмотрела на одного, потом на другую, а после уставилась на лежащего практически в моих объятия Руслана. Парень словно почувствовал всеобщее внимание, обращенное на него, и беспокойно заворочался.
— Заберем с собой, — последовал угрожающе медленный ответ.
— А с девчонкой?
— Тоже.
И не успела я задохнуться от ужаса, как в моей голове прозвучал незнакомый голос.
«Серафима? — позвал голос. — Ты меня слышишь?».
Я едва не икнула от неожиданности и покрепче вцепилась в плечо Руслана. Почему-то в этот момент было важным держаться хоть за что-нибудь.
«Ага, — ответила я, и если бы говорила вслух, то звучало бы это придушенным писком. — Слышу. А ты кто?».
«Игнат», — спокойно ответили мне.
И только я хотела выдать понимающее «Ааааа», как меня перебили:
«Молчи, ничего не говори. Даже про себя. Нас могут услышать, тем более, что мне было очень трудно установить с тобой контакт».
Очень хотелось поинтересоваться, кто именно услышит, как мне вновь не дали и слова подумать.
«Вам надо сваливать. Срочно. Мы готовы открыть для тебя и Руслана проход. Но вы находитесь внутри защитного круга, созданного ведьмой. Мы не можем сквозь него пробиться. А потому вам придется пробежаться. Ты поняла?».
Я хотела мысленно ответить «да», но в этот момент меня кольнуло чужим неприятным взглядом, и я поняла, что на полянке вот уже несколько минут, как повисло гробовое молчание. Ведьма, согнувшись в полупоклоне перед всадниками, вдруг начала пятиться в сторону дома, а лидер потустороннего воинства, чье лицо по-прежнему надежно скрывала тьма под капюшоном медленно двинулся прямо ко мне.
«Серафима, ты меня слышишь!», — заорали в моей голове так, что я невольно поморщилась. А после выругались: «Твою мать, Седой, они не успеют!».
Хотелось ответить не менее крепким словцом и попросить не выражаться в моей голове, ей и так досталось, но тут же я поняла, что вопли Игната не самая большая моя проблема. Кто-то пытался прервать наш телепатический диалог. Кто-то вмешался. И пошли помехи. Это ощущалось так, словно внутри моей черепушки началась настройка радио. Я застонала и попыталась заткнуть уши.
Не помогло. Шум и треск начали нарастать.
«Фима? Фима! — надрывался Игнат. — Слушай! Как только вы переступите за грань круга — мы откроем портал! Слышишь? Вам нужно только пробежать пять метров!».
«Руслан…, — подумала я, пытаясь прорваться сквозь помехи. — Руслан без сознания. Он не сможет бежать».
«…Оставь…беги…я буду…считать…», — голос Игната становился все тише и как будто удалялся от меня.