Любовь по требованию и без... (СИ)

Додумать свою многотрудную я мысль не успела - с улицы раздался настойчивый автомобильный гудок.
Эрик тут-же звонко хлопнул меня по попе, и скомандовал:
- Подъем, Снежка. Пошли встречать гостей.
  
Глава 39
 
- Какие еще гости? Не надо мне никаких гостей. Мне и с тобой вдвоем нормально, - проговорила я, торопливо закутываясь в одеяло. - Лучше я посплю немного.
Да, даст мне кто-то это сделать! Горячие руки тут-же полезли в мой уютный кокон. Растормошили. Облапали всю меня с ног до головы. Ущипнули за филей. И, подхватив за бока, потащили с кровати:
- Пошли, красавица, нас ждут великие дела. Будем план составлять, как твое богатство сохранить. Ты ведь хотела быть состоятельной женщиной?
- Я хотела быть свободной женщиной, - проворчала я, сожалея, что поспать не удастся. Неохотно поднялась на ноги и попыталась отыскать взглядом свою одежду. – Хотя, быть свободной и богатой – вариант получше. Но если не получится, то мне бы хоть живой остаться. Без денег уж как-нибудь проживу.
Подумала, и добавила тоном заправской вредины:
- Мучится, конечно, буду. Страдать. Плакать у тебя на плече и жаловаться на свою несчастную долю. А может в горничные в богатый дом подамся.
- А скажи-ка мне одну вещь, красавица, - так и не дав отыскать хотя бы трусы, Эрик подтащил меня к себе. Собственнически прижал к своему голому торсу и прогладил жаркой ладонью по позвоночнику от поясницы вверх.
Потом потрогал шею сзади и погрузил пальцы в волосы. Потянул, заставляя меня запрокинуть к нему лицо:
- Посмотри на меня, - попросил так, что у меня что-то екнуло в животе.
Крепко удерживая в объятиях, наклонился, всматриваясь мои глаза:
- Ты, когда свое наследство получишь, что планируешь делать?
- Как что? Тратить, конечно. С удовольствием! – попыталась я отшутиться, кажется догадываясь, о чем он хочет спросить.
- Я не о том, - Эрик отпустил мои волосы и ладонью провел по щеке, задевая большим пальцем губы. Приподнял мое лицо за подбородок и заглянул в глаза:
- Я про… глобальное спрашиваю, Снежа. Как ты потом жить собираешься?
Чувствуя, как перехватывает от волнения горло, я зажмурилась и просипела:
- Я уже сказала, в разнос пойду. Буду тратить деньги налево и направо, компенсируя годы убогого детства. А если ты что-то хочешь другое узнать, то добавь конкретики в свой вопрос.
Потянулась за его ладонью, не желая, чтобы он прекратил прикасаться ко мне. Обняла, прижалась виском к его груди и застыла, слушая лихорадочное биение чужого сердца. Неужели это из-за меня оно так бьется?
- Снежа, я про нас с тобой. Про то, что я тебя…, - я замерла, слушая его, а Эрик замолк на полуслове.
- Неужели тебе не понятно? – рыкнул недовольно.
- Нет. – я зажмурилась еще сильнее и потрясла головой. – Ничего не понятно. Скажи мне ты.
С улицы снова донеслись автомобильные гудки. В этот раз громче, настойчивее и намного дольше.
Эрик сквозь зубы чертыхнулся и отпустил меня, оставив ощущение ледяного холода в том месте, откуда исчезли его руки.
- Потом поговорим. А то Игорь скоро начнет ворота таранить. – буркнул недовольно и отступил в сторону.
Взял свою майку, почему-то висящую нас плафоне настенного светильника. Быстро оделся. И не глядя на меня, так и стоявшую голышом посреди комнаты, вышел за дверь, плотно прикрыв ее за собой.
Я повернулась, сделала два шага на ватных ногах, и рухнула на кровать.
Лежала, глядя в потолок и размышляла, доведется ли мне когда-нибудь услышать эти простые до невозможности слова, которые Эрик кажется хотел сказать. Но не сказал...
Слова, которые все нормальные люди слышат с самого рождения. От мамы, папы, бабушек и дедушек. От мужей или жен. Братьев и сестер. Друзей, может быть...
Простые слова, без которых все, что есть в этой жизни – ничто.
Слова, которые говорят всем, кроме таких уродов, как я.
И которые никогда не произносят уроды вроде меня…
... Через несколько минут я уже спускалась в гостиную, откуда слышались голоса. Надеюсь, притворство с моего лица никуда не утекло, когда я недавно смывала в ванной слезы.
 
- Снежана, красавица моя, - встретил меня объятиями недавно гостивший у нас Игорек. – Дай я тебя скорее поцелую!
- Кулак мой поцелуешь, - рявкнули у него за спиной, и смуглая рука ловко выхватила меня из лап здоровяка.
Через секунду я стояла возле небритого гада и скрипя зубами смотрела на приближающегося ко мне Сашку.
- Привет, сестренка. Надеюсь, не выгонишь? – он весело помахал мне рукой. – Если что, я ненадолго. Надоедать не собираюсь.
- Я здесь горничной работаю. Выгонять без дозволения хозяев никого не могу. С ними договаривайся, - я пожала плечами, стараясь не обращать внимания на сверлящий мой затылок взгляд небритыша.
Отвернулась от недовольного лица братца. Сделала еще пару шагов и остановилась, неверяще глядя, как с дивана возле камина мне навстречу поднимается Марьяна.
  
Глава 40
 
- Что, даже не спросишь, зачем я приехала? – Марьяна скрестила руки на могучей груди, нависая надо мной, пока я резала хлеб и сыр.
- Подышать свежим воздухом в экологически чистом месте? - предположила я.
Отложила нож, оперлась на стол ладонями, глядя в ее осунувшееся лицо с несчастными глазами:
– Маря, если тебе есть что сказать, говори. Я не в том настроении, чтобы загадки отгадывать.
- Мне твой Эрик позвонил, - нехотя призналась Маря, начав грозно сопеть. – Пристращал, что если я не приеду и не извинюсь перед тобой, то он сам меня привезет в багажнике.
Представив эпическую картину, как Эрик запихивает сопротивляющуюся Марьяну в багажник своего джипа, я хрюкнула от смеха. Потом еще раз хрюкнула, погромче. Пока меня не начало мелко трясти, от еле сдерживаемого хохота.
- Ты чего ржешь?! – вызверилась Маря.
- Представляю…, - проквакала я между приступами смеха.
- Ты!… Да ты!... Сучка!! – выкрикнула Маря, сжимая могучие кулаки возле моего лица. И вдруг тоже хрюкнула.
Отступила, зажала рот ладонями и выпучила глаза, наливаясь краснотой.
Сквозь прижатые к губам пальцы начали прорываться странные звуки, что-то среднее между карканьем вороны и ревом слона.
И, наконец, не выдержав, она плюхнулась на табуретку и начала всхлипывать от смеха.
- Девочки, у вас все нормально? – заглянул в кухню Игорек.
Оглядел нас, почесал в затылке и прокричал в сторону гостиной:
- Им просто весело.
Через пол часа, когда бутерброды были сделаны и отданы мужикам, закрывшимся в библиотеке на совещание, Маря сидела за кухонным столом, и шмыгая носом, с подозрением меня рассматривала.
- Изменилась ты как-то, Снежанка. Я тебя не видела-то всего ничего, а ты совсем другая стала.
Я пожала плечами и философски ответила:
- Жизнь у меня теперь такая, что меняться приходится.
- А у тебя с Эриком этим серьезно, что-ль? – подруга прищурила глаза, словно пытаясь пробраться мне внутрь черепной коробки и понять, что там лежит.
- А у тебя с Игорем? – поинтересовалась я в ответ.
Маря от моего вопроса густо порозовела и заерзала на жалобно хрустнувшем стуле.
- Нет у нас ничего, - зарычала недовольно. – Я Сережу люблю. И не говори, что я дура, - вскинула на меня недобрые глаза.
Я только молча пожала плечами и уткнулась в свою чашку с чаем.
Куда уж мне кого-то дурой считать, если сама увязла в мужчине, от которого мне бежать надо как можно дальше.
Он сын моего покойного мужа, мой пасынок, с которым я изменяла его отцу. Хотим мы этого или нет, но это обстоятельство всегда будет стоять между нами.
Это, и еще то, что я собиралась убить его отца. Жаль, не успела… Кто-то меня опередил.
Дверь кухни распахнулась и на пороге возник Игорь. Подмигнул мне и скомандовал:
- Марьяна, поехали. Шустренько собирайся, надо выбираться из этой глуши пока светло. А то тут по ночам неспокойно, хищники бродят.