Гарри Поттер и варианты бытия (СИ)

– Значит, пастырь наших блудных дементоров нашлась? Как жаль, что Рита сейчас занята другим...
– Э... – промямлил министр, которому только этой неприятности не хватало, – думаю, Альбус, я разберусь с этим самоуправством в административном порядке.
– Конечно, конечно, Корнелиус, о чём речь. Это твои подчинённые, тебе за них и отвечать... Э-э-э прости, с ними и разбираться, как и с теми, кто поливал меня помоями на последнем заседании Международной Конфедерации. Не так ли?
– Да, да, конечно, мои люди погорячились, мы исправим всё в ближайшее время...
Дамблдор, демонстративно не обращая внимания на стоящую перед министром ведьму, уселся в свободное кресло и задал следующий вопрос:
– Не сомневаюсь, Корнелиус, не сомневаюсь. Кстати, ты уже подумал как объяснишь журналистам сегодняшний ночной арест Рудольфа Лейстранджа? Если что, обращайся за советом, как Верховный Маг Визенгамота я с радостью его тебе дам.
– Ты, между прочим, в уже не... Постой, постой! Какой Лейстрандж?! Он уже давно в Азкабане!
– Ты абсолютно прав! Сейчасон снова в Азкабане. Его задержали во время нападения на дом Дурслей... Постой, постой! Ты что? Хочешь сказать, что не знаешь, кто сейчас сидит в Азкабане, а кто уже сбежал? Корнелиус, Корнелиус! Я ведь предупреждал тебя, ещё пару месяцев назад. И это, между прочим, видела всё та же Скиттер. И, несомненно...
В этот момент произошло два события: ведьма, которую распекал министр, аккуратно, бочком, выбралась из кабинета, оставив великих портить друг другу нервы с глазу на глаз, а в камине полыхнуло зелёным и оттуда вышел курьер со словами:
– "Ежедневный Пророк", ваше превосходительство.
– Можно? – спросил Дамблдор и взял газету из рук курьера, не дожидаясь ответа. Пока тот хлопал глазами, министр только махнул рукой: типа "Убирайся, без тебя разберёмся". Курьер и убрался, той же дорогой, а Дамблдор с нескрываемым удовольствием рассматривал первую полосу газеты. Всё как и ожидалось: парадное фото Волдеморта, несколько снимков поменьше, аршинный заголовок: "Тот-Кого-Не-Называют вернулся!" И поменьше: "Ночное нападение на дом Гарри Поттера!", "Дамблдор и верные ему люди дают бой Пожирателям Смерти!", и даже такое: "Так кто же на самом деле сошёл с ума? Поттер или министр?"
Директор Хогвартса сложил газету так, чтобы первая страница была не видна, бросил её на стол перед Фаджем и со словами: "Ты слишком заработался, Корнелиус, развейся малость, почитай газету..." встал и вышел. Фадж взял в руки газету и в первый же момент ему захотелось кого-нибудь придушить. Правда в следующую секунду ему вдруг пришло в голову, что обижаться следует только на себя самого: ведь мог, мог понять, что Дамблдор не того полёта птица, чтобы опираться на пустые бредни слетевшего с катушек мальчишки! Если он так упорно утверждает, что Сами-Знаете-Кто вернулся, значит под этим что-то есть! 
Отдышавшись Фадж перевернул страницу и его настроение резко сменилось с очень плохого на очень хорошее. "Мальчик, который выжил у магглов!" – гласил заголовок, не меньший, чем на первой странице, и подзаголовок: "Как магглы обошлись с нашим героем?" В огромной статье было всё: и откровения Дурслей (которых Скиттер напоила Веритасерумом, в чём честно признавалась), и фотографии чулана, в котором Мальчик-Который-Выжил провёл первые десять лет своей жизни, и фотография двери в его комнату, ощетинившейся замками, и решётки на окнах, и кошачья дверца, в которую юному герою, победителю Турнира Трёх Волшебников, тому, кто сумел один-на-один выстоять против Тёмного Лорда пропихивали еду... И весьма аргументированные рассуждения о том, что за всем этим безобразием стоит директор Хогвартса. 
"Визенгамоту захотел, старый козёл?! – злорадно подумал министр. – Чёрта тебе лысого, а не Визенгамоту! Ты теперь сам попробуй в своей школе усиди!" Он взял со стола небольшое зеркальце в золотой оправе и постучал по нему палочкой. В зеркальце появилось раздосадованное лицо Люциуса Малфоя.
 
– В чём дело, Корнелиус? – сухо спросил Малфой.
– Ты уже читал сегодняшний "Пророк"? – спросил министр, сияя, как хорошо начищенный медный таз.
– Читал, поэтому не могу понять ни причины твоего обращения ко мне, ни твоего хорошего настроения.
– Судя по всему, ты читал только первую страницу.
– Судя по всему, этого вполне достаточно.
– Люциус, Люциус! Скольких великих магов погубил излишне поверхностный подход к событиям! А ведь у жизни порой бывает и второе дно! В общем, не теряй времени и будь у меня минут через пять, максимум десять.
– А если нет? – Малфой уже смотрел на министра как на клинического идиота.
– Ты же не хочешь, чтобы я передал совершенно уникальную возможность Сириусу Блэку? И не хочешь упустить возможность ещё раз причесать нашего козлобородого?
– При чём здесь Блэк?
– Смотри глубже, Люциус. И учти, ждать долго в сложившейся ситуации я не смогу.
Сказав это, министр отключился...
...Выйдя из Министерства, Альбус Дамблдор излучал сияние успеха не меньшее, чем министр во время общения с Люциусом Малфоем. Он позволил себе немного расслабиться после тяжёлой трудовой ночи. И он мог себе это позволить! Победа! Полная и бескомпромиссная! Фадж зарвался? Теперь Фаджа можно с чистой совестью заменить на нового министра, а в том, что этот новый министр будет плясать под дамблдорову дуду директор Хогвартса не сомневался. Он зашёл в небольшое маггловское кафе, выпил чашечку крепкого кофе, благо наложенные на одежду отвлекающие чары позволяли окружающим магглам не беспокоиться по поводу его синей мантии, расшитой золотыми звёздами, после чего направился в штаб-квартиру Ордена Феникса.
Вот чего-чего, а такого приёма он там не ожидал. В прихожей стояли Блэк, Люпин и Молли Уизли с газетой в руках. И какие-то странные они были. У Люпина, например, глаза жёлтые и светятся, хотя сейчас вроде вообще новолуние, у Блэка на морде явно проступило что-то собачье, а Молли, срывающимся от волнения голосом спросила:
– Альбус! Это... это правда?!!! – и потрясла в воздухе развёрнутым номером сегодняшнего "Пророка".
– Что именно, дорогая? – удивлённо спросил великий белый маг. Такая встреча его конечно поразила, но не смогла погасить хорошее настроение, которое он излучал. – И почему все такие грустные, ведь...
Договорить ему не удалось. Люпин почему-то зарычал и у него вытянулись клыки, а Молли с воплем: "Ах ты старый мерзавец!" хлестнула директора Хогвартса той самой газетой по голове. "У неё же ещё и скалка в руке!" – последнее, что успел подумать Дамблдор, прежде чем провалился в темноту...
* * *
Гарри проснулся рано, и не сразу сумел понять, где находится. Широкая кровать под балдахином, шёлковые простыни, мягкие подушки... Он приподнялся на кровати и огляделся. В витражное окно весело светило солнце, доносился щебет птиц и шелест листьев. Юноша открыл окно и в него ворвался аромат позднего лета: смесь запахов скошенной травы, пыли и поздних цветов. И ощущение чего-то родного на душе. Наконец он вспомнил: он в другой реальности, в доме своих родителей. В реальности, где он сам погиб два года назад. Где Сириус был крёстным его сестры Катрин, а его крёстными были Люциус и Нарцисса Малфой.
Гарри умылся, а когда вышел из ванной (нисколько не уступавшей ванной старост в Хогвартсе) то обнаружил разложенную на кровати одежду: новая мантия, брюки, рубашка. С тихим хлопком в комнате возник... Добби! Только этот Добби не был одет в свитер и детские шорты. Он был задрапирован в старую наволочку, как и все домовики, находящиеся в услужении у волшебников.
– Хозяин Гарри Поттер наконец проснулся! – обрадованно воскликнул домовик. – Хозяин Джеймс Поттер не велел будить Вас, поэтому Добби нервничал, что хозяин Гарри Поттер проспит завтрак.
И домовик сокрушённо опустил уши. Видя это Гарри не смог сдержать улыбку: