Искатели потерянного ковчега. Индиана Джонс и последний крестовый поход

— Ну, ты видишь? — Генри только чуть-чуть поморщился, но потом преодолел себя и выпрямился. — Мне совсем хорошо.
— Ты и вправду выздоровел, папа?
Генри только раздраженно нахмурился, как будто ему задали глупый детский вопрос. Он освободил руки, не желая, чтобы его поддерживали.
— Сколько раз я говорил тебе, Малыш, вера создает реальность. Я верил — я знал — что чаша меня спасет, и она меня оживила. Вот так.
После всего случившегося у Инди тоже не осталось сомнений. Он вспомнил, что говорил ему об орле давным-давно старый индеец: «Теперь ты знаешь, внутри тебя есть сила, которая позволит тебе достичь всего, чего бы ты ни захотел, какой недостижимой ни казалась бы цель».
Орел и чаша Грааля, старый рыцарь и индеец — все перепуталось. Но самое главное, отец жив, и они узнали друг друга как никогда в жизни.
Инди увидел, что рыцарь подошел к Генри вплотную и заглянул ему в лицо.
— Тогда, может быть, это ты, брат? Ты, тот рыцарь, что сменит меня на моем посту?
— Увы, нет, я всего лишь ученый.
Рыцарь повернулся к Броди.
— Может быть, это ты, брат?
— Я? Да что ты, я вообще англичанин.
Рыцарь явно растерялся. Он пошел к Салле, который в это время решил отвести группу фашистов подальше, в сторону от остальных.
Старый рыцарь положил руку на плечо Салле, надеясь, что теперь-то он нашел себе смену.
— Добрый рыцарь, — начал он.
Салла не понял и повернулся к Инди. Тот пояснил:
— Он сказал «Добрый рыцарь».
Салла опять не расслышал и ответил крестоносцу:
— Добрый вечер и тебе!
Инди нагнулся, чтобы поднять шляпу, галстук и часы отца, и замер, потому что увидел краем глаза, как Эльза крадется к чаше. Потом она в два прыжка добралась по нее и схватила обеими руками. Глаза девушки были прикованы к Граалю и горели таким фанатизмом, что казалось, она была в трансе. Вдруг Инди понял, что все остальное не имеет для Эльзы никакого значения: ни он, ни Фюрер, никто на свете. Имеет значение только чаша.
Тут к Инди подошел старый крестоносец и тихо спросил:
— Зачем же пришли сюда эти странные люди, если они не хотят сменить меня на посту? — Он в недоумении качал головой.
И вдруг послышался голос Эльзы:
— Да вот за этим, старый дурень! — и крепко прижимая к себе чашу Грааля, она кинулась к выходу из храма.
Инди хотел было броситься за ней, но она вдруг остановилась, ее силуэт четко вырисовывался на фоне вечернего неба. Видимо, она поняла, что одной ей не удастся уйти далеко по пустыне. Повернувшись к Инди, она сказала:
— Ты видишь, мы ее заполучили. Чего ты стоишь? Бежим!
— Нет! — закричал крестоносец. — Грааль не должен покидать это место. Никогда не должен! — Он повернулся к Генри. — Чтобы стать бессмертным надо навсегда оставаться здесь.
Генри повернулся к Эльзе.
— Он говорит правду, прислушайся к нему. Если ты вынесешь Грааль из храма, он станет обыкновенной старой посудиной.
— Я вам не верю.
— Ты не должна переступать через печать, — предупредил рыцарь, указывая куда-то в сторону дверей.
Но Эльза, не слушая, сделала несколько шагов в сторону выхода из храма.
— Она дорого заплатит, — пробормотал старик крестоносец тихо.
— Постой, — отчаянно закричал Инди и бросился за ней. Он вспомнил все, что случилось с Донованом. — Постой, не двигайся!
В это время Эльза, не заметив, ступила на металлическую плиту с изображением печати. В эту минуту для нее на свете не существовало ничего, кроме чаши.
— Эльза! — Инди догнал ее и схватил за руку. Она подняла на него огромные голубые глаза, и он почувствовал, как в груди что-то покатилось и оборвалось.
— Инди, теперь она наша. Наша! Неужели ты не понимаешь? Твоя и моя. Все остальные не в счет. Донована больше нет, а фюреру мы ее не отдадим.
— Она должна остаться здесь, — покачал головой Инди.
Тогда она с неожиданной силой вырвала у него руку и, прижимая к себе чашу, как ребенок любимую игрушку, смело переступила печать и, пятясь, вышла из храма.
Прошло несколько минут, и откуда-то снизу раздался низкий грохочущий звук. Храм вздрогнул, со стен полетели обломки камней и посыпалась пыль. Эльза в ужасе повернула обратно к храму, а Инди попятился, потому что пол у него под ногами задрожал. Он увидел, как закачался один из каменных рыцарей, охранявших вход. Инди едва успел отскочить, как капитель одной из колонн упала и раскололась прямо у его ног.
 
Генри поднял руки, стараясь уберечь голову от летящих камней. Броди не устоял и упал на колени, потому что пол заходил ходуном. Подскочивший Салла схватил их обоих и потащил в сторону, и через минуту на та место, где они стояли только что, упала колонна. Старый крестоносец заспешил к лестнице, чтобы через подземный коридор вернуться в свое святилище.
Инди махнул рукой, призывая всех бежать к выходу, но тут увидел Эльзу. Она стояла, замерев от ужаса, глядя на раскачивающиеся как от ветра колонны. Тут земля снова вздрогнула, Эльза потеряла равновесйе и упала лицом вперед. Чаша выпала у нее из рук и покатилась в сторону. Между ней и девушкой в земле возникла трещина, рассекшая металлическую плиту с печатью. Эльза вскочила на ноги, и оказалось, что правая нога ее стоит на одной стороне трещины, а левая на другой, причем сама трещина медленно расходится.
Ступени, ведущие наверх, к внутреннему святилищу, тоже раскололись, рыцарь упал и скатился вниз. Пол храма разорвала еще одна трещина, перпендикулярная к первой. Генри повалился на землю, подобно одной из колонн. Броди качался точно пьяный. Салла и Инди стояли, не зная, в какую сторону кинуться. Старый рыцарь упорно продолжал карабкаться по ступеням.
Немцы бросились к выходу и начали прыгать через возникшую трещину, над которой как раз и стояла Эльза. В эту секунду она наконец решилась и, оттолкнувшись ногой, прыгнула. Но сторона, которую она выбрала, вдруг вспучилась. Девушка отчаянно цеплялась, пытаясь за что-нибудь ухватиться.
Немцы попали в точно такую же ситуацию. Некоторым все же удалось забраться почти до самого верха. Но еще один толчок, и они полетели в зияющую пропасть. Их крики были слышны все время, пока они летели вниз.
Эльзе удалось вцепиться в торчащий из стены камень. Но тут она заметила чащу Грааля, упавшую на уступ внизу, прямо под ней. И вместо того, чтобы выбираться, она стала спускаться вниз, прижимаясь к стене.
Инди понял, в какую страшную ситуацию она попала, и бросился на помощь. Он лег на живот на самом краю трещины, протянул вниз руки и закричал, чтобы она хваталась покрепче. Но пальцы Эльзы едва доставали до его ладоней. Тогда Инди еще подвинулся вперед и поймал в конце концов ее руки в перчатках. Он тянул, как только мог. Однако сил не хватало, и он начал сползать.
— Малыш, Малыш. — закричал Генри.
— Инди! — завопил Салла.
Инди тянул, а Эльза, освободив одну руку, пыталась схватить чашу: которая стояла на краю уступа и покачивалась. Рука почти доставала до нее, но взять не могла.
— Эльза! — отчаянно позвал Инди. Освободившейся рукой он держался теперь за скалу.
— Я могу ее достать, — задыхалась Эльза. — Я могу.
Но Инди был уже не в состоянии ее удерживать. Эльза тянулась за чашей и чуть не схватила ее, как вдруг перчатка соскочила с руки, и теперь они оба, она внизу, он наверху, цеплялись за эту перчатку, которая начала тянуться, а потом рваться.
— Инди, не отпускай, держи, пожалуйста! — В голосе девушки был ужас.
Перчатка затрещала.
— Эльза!
Инди отпустил камень, за который держался, и рванулся вперед, стараясь поймать руку девушки, но было уже поздно. Она полетела вниз, в пропасть. Ее крик еще долго отражался от стен.
Сам Инди тоже покатился за ней следом, тщетно стараясь зацепиться за камни. Но вдруг он почувствовал, как кто-то крепко схватил его за щиколотки.
— Инди, я держу, сейчас вытащу, — услышал он голос Саллы.
— Подожди, — он потянулся за чашей, немного не доставая до нее. — Опусти меня пониже.