Искатели потерянного ковчега. Индиана Джонс и последний крестовый поход

Он также слышал, что Гитлер неоднократно пытался раздобыть древнее копье, пронзившее тело Иисуса. Без сомнения, лидер Третьего Рейха был бы не прочь получить в свои руки и святой Грааль, в котором когда-то была кровь Христа. Именно поэтому его отца держали здесь пленником.
Инди отошел от щелки, и они молча двинулись дальше по коридору, в конце которого находились три двери. Инди внимательно посмотрел на каждую, затем ткнув пальцем в левую, произнес.
— Вот эта.
— Почему ты так думаешь? — прошептала Эльза.
Он указал на электрические провода. '
— Потому что она охраняется. И значит нам надо найти способ проникнуть внутрь.
Он отступил на шаг, с минуту подумал, затем решительно подошел к соседней двери. Повернул ручку — дверь была закрыта. Покопавшись в сумке, прикрепленной к поясу, он достал отмычку. Казалось, целая вечность прошла с тех пор, как он пользовался ею на корабле, когда открывал каюту капитана, чтобы достать крест Коронадо. Однако прошло всего недели две, не больше. Он вставил отмычку в замок, какое-то время осторожно покрутил ее и затем снова повернул ручку. Дверь, скрипнув, отворилась.
Они вошли. В полутемной комнате стояла кровать и рядом туалетный столик, больше ничего.
— Что это за инструмент? — спросила Эльза, когда он засовывал отмычку обратно в сумку.
— Профессиональная тайна.
— А своим ученикам ты об этом рассказываешь? — насмешливо продолжала она.
— Только самым продвинутым, — ответил он и подошел к окну.
Дождь по-прежнему вовсю хлестал по оконному стеклу. Он открыл створки и выглянул наружу. Уже стемнело. Дождевые струи били по лицу, стекали за воротник. Быстро моргая, чтобы сбросить с ресниц капли, он вглядывался в темноту. Под окном соседней комнаты проходил узкий карниз, который обрывался в нескольких футах от него.
Инди отошел от окна и начал вытаскивать из-за пояса хлыст.
— Что ты собираешься делать? — удивилась Эльза.
— Хочу принять душ.
Эльза глянула в окно.
— Но не хочешь же ты… — она увидела хлыст. — Не делай глупостей…
— Не бойся. Это для меня пара пустяков.
Он высунулся из окна и, размахнувшись, обвил хлыстом выступающую из стены горгулью — каменную водосточную трубу, украшенную фантастическими чудовищами. Подергав, он удостоверился, что сноровка вновь не подвела его, хлыст вполне мог выдержать его вес. Перекинув ногу через подоконник, он обернулся к Эльзе:
— Подожди меня здесь. Я скоро.
— Инди, ты сошел с ума. Нельзя же…
Он прервал ее.
— Не волнуйся, ничего страшного. Через пару минут вернусь.
Держась за хлыст, он прыгнул. Ноги повисли в воздухе — и вот он уже на карнизе. Прыжок действительно не был трудным, но одной вещи он все же не учел: карниз намок от дождя. Одна нога заскользила вниз, и если бы не хлыст, ему бы никогда не удержаться на скользкой поверхности.
Но как теперь отворить ставни, закрывающие окно? Инди подергал — крепко заперто. Он уже собирался надавить посидьнее, как вдруг снизу до него донеслись голоса: по двору шныряли два солдата с собаками и мощными фонарями в руках.
Они, должно быть, обнаружили дворецкого.
Луч фонаря полоснул по стене в его направлении. Он вжался в оконный проем и замер. Ах да, хлыст! Надо было отвязать его, но теперь уже поздно. Он ждал, затаив дыхани.е. Фонарь скользнул по нему. Затем он услышал, что голоса удаляются. Не заметили — ни его, ни хлыста.
Он снова занялся ставнями. Засунув пальцы в щель, изо всех сил потянул на себя. Безрезультатно! Он попытался нажать на них плечом, но это было не так-то легко сделать на узком и мокром карнизе.
Хорошо, попробуем кое-что более эффективное, только надо рассчитать время. Он подождал вспышку молнии — дождь уже начал стихать, но молнии еще сверкали — и заметил, через сколько секунд раздался удар грома.
Затем, дождавшись, когда следующая вспышка озарила небо, ухватился обеими руками за хлыст и, не переставая считать, оттолкнулся от стены замка. Когда прогремел гром-, Инди маятником пронесся обратно, ногами высадил окно и, влетев в комнату, шлепнулся на колени. Сквозь разбитые ставни внутрь ворвались дождь и ледяной ветер.
 
Он вскочил на ноги и огляделся — отца нигде не было видно. В этот момент что-то тяжелое ударило его сзади по голове. Посыпались осколки.
Инди покачнулся. Наполовину оглушенный, ничего не соображая, он стоял, беспомощно озираясь, когда из темного угла вдруг раздалось: «Малыш!» — и кто-то бросился к нему.
— Да, сэр, — ответил он машинально, как привык в детстве, и, повернувшись, увидел отца.
— Это ты, Малыш?
Голова наконец прояснилась, и к Инди вернулся былой задор.
— Я же просил тебя не называть меня Малышом!
— Какого черта ты здесь делаешь?
Неужели фашисты совсем отшибли мозги у Генри Джонса старшего?
— А ты как думаешь? Я пришел вытащить тебя из этой дыры.
Генри поднес к глазам остатки какого-то предмета, которые все еще продолжал держать в руках, и вдруг расстроенным голосом пробормотал:
— Подожди минутку.
Инди весь напрягся и бросил вокруг настороженный взгляд.
— Что случилось?
— Конец четырнадцатого века. Династия Мин, — убитым голосом произнес отец.
Инди нахмурился: столько шуму из-за какой-то разбитой вазы.
— Разбить такую красоту — это удар в самое сердце, — воскликнул Генри.
— Не в сердце, а в голову, — отрезал Инди. — Ты здорово саданул меня.
— Никогда себе этого не прощу, — продолжал Генри, со слезами на глазах разглядывая осколки.
— Ничего страшного, уже и не болит, — сказал Инди почти растроганно, ощупывая затылок.
— Слава Богу. — Все еще не глядя на сына, Генри рассматривал куски вазы. — Слава Богу, это подделка. Ты только посмотри. Подделку всегда можно определить с помощью…
— …вскрытия, — в один голос сказали они и, посмотрев друг на друга, рассмеялись.
— Извини, что так вышло, — Генри чуть-чуть нахмурился, будто только что впервые увидел сына. — Я решил ты один из них.
— Они входят в дверь, а не лезут в окно.
— Верно подмечено, но, сам знаешь, береженого Бог бережет. В этот раз я, кажется, перестарался. Но видит Господь, отправив тебе дневник, я был тысячу раз прав. Я чувствовал, что-то должно случиться. Ты получил его?
Инди кивнул.
— Подучил, и он мне помог. Я нашел вход в. катакомбы.
Генри встрепенулся.
— Через библиотеку, да? Ты нашел его?
— Точно. — Инди улыбнулся, довольный, что хоть чем-то поразил отца.
— Я так и знал. — Он решительно рубанул рукой. — Я так и знал! А гробницу сэра Ричарда?
— Тоже нашел.
Генри на минуту потерял дар речи.
— Так он действительно там? И ты видел его?
— Ну… то, что от него осталось.
От возбуждения Генри перешел на взволнованный шепот.
— А щит… надпись на щите сэра Ричарда?
Инди снова кивнул и, выдержав паузу, произнес:
— Александретта.
Генри сделал шаг назад и застыл, поглаживая бороду и пытаясь осознать все, что он только что услышал. Не замечая ничего вокруг, он бормотал себе под нос.
— Александретта, ну конечно же. Она находилась как раз на пути паломников в Восточную Империю. — Он повернулся к Инди и с лихорадочным блеском в глазах произнес.
— Малыш…
Инди скривился — опять это идиотское прозвище, но поправлять отца не стал. Он чувствовал, что сейчас не время.
— …ты нашел *ее!
— Нет, папа, это ты нашел. Сорок лет исследований и кропотливого труда.
Глаза Генри приняли мечтательное выражение:
— Если бы я тоже мог побывать там. — Он взглянул на сына. — Расскажи мне…
— Там было полно крыс.
— Крыс? — вздрогнув, Генри вернулся на землю.
— Да, и таких огромных.
— Огромных?
— Кстати, о крысах… как фашисты с тобой здесь обращались?
— Пока нормально. Они дали мне еще один день на размышление, а потом грозились взяться за меня по-настоящему. Но я бы все равно ничего не сказал, Малыш. Я уже решил, что если погибну, ты продолжишь мои исследования. Я знал, что ты сумеешь спрятать дневник так, что нацистам никогда его не найти.