Согрей моё сердце (СИ)

Отворачиваюсь и утыкаюсь носом в грудь Арткура. Коланца обнимает крепко. Цепляюсь за полы его куртки и глубоко дышу. Нужно успокоиться.
– Я вызвал спасателей. Гнездо расчистят и его найдут, Веда, – безопасник подводит к небольшому костру и сажает на поваленное дерево.
– Он умер не из-за тебя! – подаёт голос Процион. Что интересно, говорит совершенно не высокомерно и не холодно. Скорее участливо. Принц подходит ближе и садится на корточки передо мной. Поднимаю взгляд на белобрысого. – Каждый из нас знал, куда идёт. И подписывал надлежащий документ. Это просто несчастный случай. Ты тут совершенно не при чём, слышишь?
– Он пришёл на мой отбор, – бурчу и недовольно тру грудь костяшками пальцев.
– Это был его выбор. Как и всех тут присутствующих. Не всё крутится вокруг тебя, помнишь?
– Да иди ты! – раздражённо отталкиваю его и отворачиваюсь. Но почему-то становится немного легче.
Через две минуты над нашей поляной зависает джет и появляется трап с люлькой. Самого покалеченного сажают в люльку. Он благодарит меня совершенно искренне. Один из незнакомцев хочет остаться с нашим отрядом и продолжить путь. Посовещавшись, соглашаемся. А меня вновь уговаривают улететь на этом самолёте. Отказываюсь. Да, было нервно, но не хочу убегать поджав хвост и бросать тех, кто мне дорог. И это я про Антареса и Алькора. И ладно, чуточку про Арткура. Вот и всё!
После того как джет улетел, мужчины складывают все вещи обратно по рюкзакам. Мы немного греемся. Кто-то переодевается и чистит оружие, кто-то просто отдыхает возле костра. Кто-то стоит на стрёме и осматривает территорию.
– Мы отстали от графика, – ворчит Процион, остановившись возле меня.
– От какого графика ты отстал? – усмехается Орион, складывая самогреющий плед в небольшой вакуумный контейнер.
– Нам нужно было за день половину пути пройти, чтобы завтра уже выбраться. Если вы закончили отдыхать, может быть, уже пойдём? Скоро закат.
– Ты не проголодалась, Ведана? – перебив товарища по несчастью, обращается ко мне альфардец. А Процион рычит и, пихнув Ориона, уходит в сторону.
– Нет, давайте и вправду пойдём. Надоело сидеть на одном месте, – тяну, вертя головой.
Мужчины как-то быстро вскакивают и тушат огонь. Они что? Всё это время меня ждали? Тьфу ты!
– Так, с этого момента и до конца испытания главный нашего отряда – Арткур. Слушаемся его и выполняем все приказы беспрекословно! – оглашаю я и, закинув на плечо рюкзак, обхожу наше потухшее стойбище. Проходя мимо смеющегося безопасника, хлопаю по животу, чтоб не смеялся тут над своей королевой.
Мы снова в пути. И до самого вечера больше не делаем никаких привалов. Бодро передвигаемся вперёд. Я крепко держу за руку Антареса, просто не хочу, чтобы с ним что-то случилось. Вот и всё! Остальные мужчины тихо переговариваются. Хоть нашим лидером и является Коланца, но отряд ведёт Альтаир. Как оказалось, он уже бывал в этом лесу, когда проходил экзамен перед окончанием военной академии. Этот ахернарец мне нравится всё больше и больше. Мало и по существу говорит. Принимает быстро решения и, самое главное, совершенно не тушуется перед наглыми венценосными особами. Один раз даже ударил по руке Ориона и нарычал, когда принц потянулся к спелым и ярким ягодам, что висели гроздьями. И вправду, глупо тянуть конечности к спелым фруктам в лесу. Особенно если они висят так низко. Ведь, скорее всего, они отравлены, иначе бы обитатели леса давно бы их съели.
В общем, только на закате Арткур объявляет остановку до рассвета. Ночью передвигаться ещё опаснее, чем днём. Мужчины выбирают небольшой просвет между деревьями и расчищают от снега. Каждый член отряда получает задание и без разговоров выполняет. Одна я сижу без дела на сложенном пледике и пью воду из термоса. Кто-то обматывает деревья специальной лентой, ограждая нашу поляну энергетическим полем, чтобы дикие звери не напали, пока мы спим. Кто-то собирает ветки, кто-то разжигает костёр. А несколько товарищей и вовсе разошлись в разные стороны и осматривают территорию, чтобы не напороться на чьё-нибудь логово.
 
Ужинаем мы спустя ещё час. Уже совсем стемнело. Мужчины укутались в самогреющие пледы и уплетают сух-пайки быстрого приготовления. Я одеяло такое не взяла, так как даже не подумала, что могу замёрзнуть. Но Антарес, притянув к себе, делится такой нужной вещью. Честно сказать, очень устала. Ноги гудели со страшной силой.
После сытного ужина мужчины опять расходятся. Теперь обустраивать палатки. Небольшие и довольно лёгкие в сборке. В одной палатке помещаются двое. Пока все работают, я опять сижу без дела, смотрю на огонь в костре и размышляю о прошедшем дне.
– У Далима нет рюкзака, соответственно, и вещей. Я отдам ему свой спальник, – мрачно цедит Арткур, присаживаясь рядом и кивая в сторону новенького в нашем отряде.
– А ты? Замёрзнешь же, самогреющие пледы, конечно, штука удобная, но всё же они небольшие.
– Ты поделишься со мной своим спальником, – перебивает Арт.
– А, ну хорошо, – соглашаюсь я, пожав плечами.
Мужчина медленно опускает глаза и удивлённо разглядывает меня. Цыкает, усмехается, качает головой и, продолжая улыбаться своим мыслям, переводит взгляд на костёр.
– И что это было? – хмурюсь, не понимая.
– Думал, ты будешь визжать о своих королевских границах и правах, – хмыкает безопасник.
– Я же могу обидеться и тогда точно придётся спать под пледиками, – скрестив руки на груди, отворачиваюсь.
– Не обижайся, Твоё Величество, – пихает плечом Коланца.
– Поздно, Арткур, – фыркаю, отсаживаясь, – ты когда вообще слышал, чтобы я визжала?!
– Тебя только это обидело?! – смеясь, восклицает мужчина и, перехватив за талию, двигает под свой бок. – Звёзды, Ведана! Ты просто маленькое чудо.
– Ты только узнал? – опять в груди тепло, и губы сами по себе растягиваются.
– Давно узнал, но решил признаться сейчас, – хмыкает безопасник. – Тебе в кустики не надо?
– Надо, но я же леди. Церебра говорила: у королевы должен быть королевский мочевой пузырь. Поэтому потерплю.
– Церебра умерла, – напоминает Арткур, – и не будешь же двое суток терпеть. Пойдём, посторожу тебя и не буду подглядывать.
Со вздохом поднимаюсь, скидываю с плеч плед и, переплетая пальцы с мужчиной, иду за ним. Мы недалеко отходим, даже за силовое поле не выходим. Коланца указывает на раскидистый кустик и, осмотрев локацию, отворачивается.
К нашему возвращению часть мужчин уже благополучно прячется в палатках. Часть ещё сидит у костра. Безопасник отдаёт свой спальник бедолаге Далиму, а я выуживаю свой свёрнутый розовый спальник. Мне его одна из сестёр подарила, когда я ещё планировала свою практику. Мол, вдруг будет остановка на необитаемой планете. Увидев его, Коланца опять смеётся. Получает очередной тычок в бок и замолкает. Сам захотел спать со мной, вот и нечего хохотать тут. Забрав спальник, он раскрывает его. И под хмурые взгляды сидящих уводит меня в одну из палаток. Мы скидываем верхнюю одежду и обувь. Арткур первым забрался в него и раскрывает в сторону руки.
– Ты уверен, что мы в него влезем? Порву сейчас единственный мешок, и придётся кутаться в пледы, – с сомнением смотрю на лежащего мужчину и пытаюсь подавить неясное волнение, поднимающееся внизу живота.
– Просто иди сюда, – спокойно требует безопасник.
Вытерев вспотевшие ладони о брюки, кое-как взбираюсь и падаю прямо на грудь Арткура. Успеваю выставить руки, наши носы соприкасаются, и мы замираем. В его глазах отражается пламя от костра. И временами вспыхивают молнии. А ещё он пахнет приятно. Непонятно чем. Нужно перестать дышать. Задерживаю дыхание и пытаюсь сползти под бок. Но руки на талии останавливают мой побег. Мужчина удобнее устраивает меня и, дёрнув за специальную заклёпку, опускает полы палатки. Вздрогнув, ёжусь. Тени пляшут и становится тише.
– Удобно? – шепчет Коланца в волосы.
Киваю. Мы слишком тесно. Я на нём, и даже ноги переплетены. Не привыкла к такой близости. Арткур вздыхает шумно и тянет молнию, закрывая нас в одном спальнике. Он очень тёплый, мягкий и комфортный. Для одного разумного. Для двух тесновато. И, скорее всего, я в такой обстановке не засну. Прижимаюсь щекой к груди, туда, где особенно сильно бьётся сердце мужчины. Этот спокойный стук сердца убаюкивает меня.