Роза опалённая (СИ)
А Маргарита Павловна замерла всего на пару минут. А потом снова взяла всё под свой контроль. Детям велела спрятаться за партами, а сама отправилась на встречу со Старцами, выяснять, что за дикие дела тут происходят. Оружия у неё, конечно же, не было, откуда оно в школе? Поэтому Маргарита Павловна взяла с собой швабру и держала её наперевес с таким решительным видом, будто обладает умением раскручивать её словно восточный воин.
Бесстрашная женщина. И формами так же хороша, как госпожа Лисецкая.
Розалин села в кресло и невольно сцепила пальцы. Привычка беспрекословно слушаться Маргариту Павловну может сыграть с ней сейчас дурную шутку, ведь эта женщина ей совершенно незнакома и относиться к ней нужно, как к незнакомке, вполне вероятно, опасной. Но в душе Розалин уже невольно прониклась к госпоже Лисецкой искренней симпатией и ничего не могла с этим поделать.
— Ну что же, — вдруг заговорил господин Браббер. — Вижу, госпожа Лисецкая, вы будете заняты. Поэтому, если вы, в конце концов, озвучите мне последнее решение господина Анисенко, я вас покину и не буду мешать. Вчера он назначил мне одну девушку, а сегодня с утра явилась другая, которая утверждает, что это тоже приказание господина Анисенко. Я хочу получить конкретный ответ.
В его голосе звучало раздражение. Розалин тут же напряглась.
— Ах, неужели я не сказала? — Воскликнула госпожа Лисецкая, хотя по сверкающим глазам было понятно, что ничегошеньки она не говорила и прекрасно об этом помнит! — Сегодня утром господин главный изыскатель лично прислал мне слугу и передал, что вашей помощницей назначена госпожа Лукавина. К сожалению, ему не сразу доложили о просьбе перевода, вернее, он не сразу посмотрел бумаги и не сразу увидел приказ о переводе, который ему оставалось только подписать. Прошу прощения за путаницу.
— Благодарю за ответ.
Господин Браббер поднялся, а скорее, вылетел из кресла и тут же откланялся. Когда он весь в нетерпении выскочил в коридор, в комнате стало совсем тихо. Розалин надеялась только, что господин Браббер в спешке не сбил с ног Тую, которая осталась ждать за дверью.
— Ну что же, моя дорогая! — Госпожа Лисецкая подхватила какую-то бумажку из стопки, что лежали у неё перед носом и взмахнула ею, словно веером. Или как опахалом, которым мух отгоняют. — Вот ваш приказ, свеженький, с пылу, с жару! Вы, моя хорошая, назначаетесь помощницей господина Лукавина в отдел магических животных. О, вам повезло! Туда многие хотят попасть, но не всех, милочка, туда берут! Далеко не всех!
У Розалин от такого заявления чуть глаза на лоб не полезли. Вообще-то Туя преподнесла ей иную версию — что работать там Ассоль не очень-то хотела. А госпожу Лисецкую послушаешь, так лучшего места нет.
Да уж… Не повезло насчёт господина Браббера. А ведь так хорошо всё складывалось! Но если подумать, это к лучшему. Когда Розалин поняла, что прямо сейчас ей не нужно идти к этому человеку и находиться с ним в одном помещении, ей стало значительно легче дышать. Буквально.
Так что небольшая отсрочка пойдёт на пользу. Ей как раз нужно успокоиться и хорошенько осмотреться. Не хочется признавать, однако с ней что-то не так. Как только она впервые столкнулась с господином Браббером лицом к лицу, что-то пошло не так. И нужно узнать, что.
— Оклад у вас будет стандартный, как и график работы. Вот, потрудитесь получить инструкцию. — Тараторила госпожа Лисецкая. — Вот ваш контракт, но его вы подпишите, только когда предъявите документы. Видите, пустое место? Осталось внести ваше полное имя. У вас же имеются какие-нибудь бумаги?
— Да. Именная грамота из городского архива о моём рождении с подробным указанием родословной.
Грамоту достала Лантана. И она, собственно, о неё заговорила, сама Розалин понятия не имела, какие бумаги требуются в этом мире. Оказывается, тут тоже то и дело приходилось устанавливать свою личность.
Розалин в который раз вспомнила Лантану добрым словом.
— Прекрасно! Отлично! Просто великолепно! Как же приятно видеть девушку, которая обо всём позаботилась! Чаще всего, скажу по секрету, девушки являются сюда без единой бумажки! Будто не на работу пришли устраиваться, а на рынок вышли колбасу купить. Почему-то они уверены, что их всех должны знать лично. Ох, сколько я с ними намучилась, скажу я вам! Сколько мне приходилось с ними возиться! Терпеть слёзы и капризы…
Госпожа Лисецкая мотала головой и скорбно поджимала губы. Судя по выражению её лица, эти несознательные девицы на самом деле причиняли ей неимоверные страдания.
— Моя именная грамота осталась в комнате. Я как-то не догадалась взять её на завтрак. Мне за ней сходить?
— Нет, нет, не сейчас. — Встрепенулась госпожа Лисецкая, колыхаясь под своим безразмерным костюмом. — Сейчас я уезжаю. Завтра утром приносите бумаги, и мы всё оформим. Задним числом. Ничего страшного, я уже вижу, что вы, моя милочка, девушка ответственная и трудолюбивая. Так что завтра. Сегодня никак, я ужасно спешу.
Глаза госпожи Лисецкой заблестели, будто мысленно она уже очутилась в том месте, куда стремилась попасть. Судя по всему, превесёлое местечко!
— В таком случае, я могу идти? — Спросила Розалин.
— Да, конечно, милая моя, идите! Жду вас завтра.
Розалин выскочила в коридор и с облегчением выдохнула. Госпожа Лисецкая была, конечно, весьма мила, но до чего сложно находиться с ней рядом! Она буквально подавляла, каждым взглядом и каждым раскатом зычного голоса.
Туя стояла у стены и сразу принялась расспрашивать.
— Ну что, как прошло?
— Всё прекрасно. — С энтузиазмом ответила Розалин, сворачивая полученные бумажки в трубочку.
— И куда же тебя направили?
— К животным.
— Понятно… — Протянула Туя.
— Понятно? Что же тебе понятно? Я так ничего не поняла. Как только в кабинет зашла… знаешь, будто я не я стала. Даже половины того, что мне сказали, не поняла. Но со всем согласилась.
— А, так это же госпожа Лисецкая. — Туя взмахнула рукой. — Она же как сирена, заговорит — и забудешь, как тебя звать. Люди без магического дара вообще с ней не могут общаться, в ступор впадают. Я вначале тоже слушала её, развесив уши, только и могла, что поддакивать и кивать. Но после привыкла. Узнала универсальный способ. Нужно просто постоянно очищать голову. Ну, на секунду закрывать глаза и представлять, что голова пустая. Тогда с ней можно нормально беседовать.
Розалин о таком никогда не слыхала.
— А почему она так на нас влияет? Это какой-то магический дар?
— Нет, ну что ты.
Они медленно шли по коридору, Розалин, которая не знала дороги, просто следовала за новообретённой подругой.
— А в чём тогда дело?
— Я не знаю. Поговаривают, конечно, будто в предках у госпожи Лисецкой имеется морская сирена. Вроде как прапрадед её с этой полурыбой по пьяни возлёг, а после через положенное время ему младенца мужского пола в дом подбросили. Вроде как девчонок сирены себе оставляют, а мальчишек отцам отдают. Ну вот, что-то и нашей госпоже Лисецкой по наследству передалось. Хотя врут, конечно, сирен не бывает, сказки это всё. А если и были когда — давно уже вымерли.
Розалин покосилась на Тую — мага, которых на самом деле не бывает, как говорили ей в детстве, в том мире, где Розалин родилась.
Да уже, совсем не бывает, ни одного…
Розалин понятия не имела, живут ли в этом мире сирены. Старцы говорили, тут существуют другие расы, не только люди, но они живут за плотными пеленами, которые не так-то просто пересечь, да те и не особо-то желают пересекать и знакомиться с людьми или друг с другом. Что другие расы слишком погрязли в магии, которая позволяет путешествовать сквозь время и пространство и не видят ничего, что находится у них перед носом.
Если Розалин правильно поняла. Старцев иногда крайне сложно понять. Они говорят то одно, то другое, чаще всего намёками и двусмысленностями. Их даже взрослые не понимали, а уж такие дети как Розалин и подавно. Да и не до того было детям. Станешь ли вслушиваться в старческое бормотание, когда этот старец умеет взмахнуть рукой — и перед тобой взовьётся целое облако разноцветных мух? Или топнет ногой об землю — а из земли тут же вырастет цветок, а вместо лепестков у него — леденцы?.. Вот чего ждали дети: магии и уроков магических, а не бессмысленных рассказов о небывалом.