Мир совкового периода. Четвертая масть (СИ)

Я покачал головой.
– Да не до них же было, и вы про другое спрашивали, – напомнил я. – К тому же сейчас для этого нет... как это правильно сказать... материально-технической базы. Там же прорва того, что сейчас хоть и есть, но огромное. Аккумуляторы, оптика, экраны с нужным разрешением, системы связи и дистанционного управления. Помните, я про мобильные телефоны рассказывал?
Это было во время одной из наших бесед – я упомянул про бурное развитие сотовой связи и про носимые в кармане телефоны, которые были значительно мощнее, чем любой компьютер образца 1984 года. Их это заинтересовало, но когда они узнали – в моём изложении, конечно, – что для этого нужно, то сильно погрустнели. Развивать подобное сейчас в СССР вряд ли кто возьмется, хотя Валентин и припомнил разработку какого-то НИИ чуть ли не шестидесятых годов. Впрочем, телефоны в машинах тут были, но работали они на других принципах – кажется, это были спутниковые аппараты. Такие предшественники «Старлинка» от Илона Маска, чтоб ему пусто было.
– Помню, – кивнул Валентин. – В этих дронах тоже сложная электроника?
– Ну как сложная... – поморщился я. – Плата с диагональю сантиметров пять, на ней несколько чипов. А вот эти чипы сделать – не коту чихнуть. Ну и всё остальное тоже. Ещё и пластик должен быть нормальный, легкий, а не наше советское убожество...
– Вот прорывается в тебе антисоветчина, прорывается... – недовольно проворчал он, но без особой злости.
– Да какая там антисоветчина... – отмахнулся я. – Просто констатация факта. В общем, пока мы тут нормальные дроны создадим, надо будет уже за чем-то другим наблюдать, а не за соседним домом в поселке «Сокол».
– С этой точки зрения – да, ты прав. Но я всё же озадачу ученых, вдруг придумают что-то, что можно прямо сейчас использовать?
Да озадачь, конечно, подумал я и представил, как наши войска в Афганистане воюют в очень комфортных условиях и почти без потерь – заблаговременно видят приближение противника и сразу отрабатывают по нему из всего, что может громко бахать. Пока американцы очухаются, пока узнают, что там происходит, пока придумают свои аналоги «рексов» или «гарпий»... наши под шумок могут ещё и Пакистан какой-нибудь захватить.
– Там свои сложности будут, – всё же решил я высказаться. – У нас во время войны тоже все так думали – дроны, дроны... примерно с полгода. Потом всё к истокам вернулось – артиллерия, пехота, ракеты. Хотя дроны используются, что есть, то есть. Чтобы противник не расслаблялся. Так что направление перспективное, учтите, если...
Я едва не добавил «если победите», но вовремя оборвал себя. Впрочем, Валентин понял, что я не стал говорить.
– Мы уже победили, – жестко сказал он. – Иначе бы ты в этом доме застал не нас, совсем не нас, а кого-то другого... не такого дружелюбного.
– Знаю, – согласился я. – Мы с отцом Аллы тоже так решили, когда с утра Долгих на экране появился. Ну а ещё – за мной за ночь никто не пришел.
– А что, боялся, что придут? – усмехнулся Валентин.
– Боялся, конечно, потому что ничего хорошего для себя в этом случае не ждал, – пояснил я. – Уже даже прикидывал, как буду из Москвы на «Победе» прорываться. Правда, в большинстве вариантов я погибал.
Я на самом деле думал о таком исходе. Аллу бы пришлось оставить – в надежде, что она никого не заинтересует. И про гибель я ничуть не приукрасил, потому что закрыть Москву в этом времени было проще простого – в этой столице имелось считанное количество вылетных магистралей, которые и магистралями-то назывались только в сравнении с совсем уж узкими улочками. Перекрыть их не было слишком сложной задачей – судя по всему, заговорщики с ней справились, ну а уж для законной власти поменять персонал блок-постов на своих сторонников было бы просто-напросто логично. На «Солярисе» я бы попробовал преодолеть это препятствие на скорости, но «Победа» для гонок не предназначалась изначально. Впрочем, и изделие корейского автопрома явно двигалось медленнее самых медленных пуль – поэтому свои шансы выбраться на оперативный простор Московской области я оценивал очень невысоко.
 
– И всё равно рискнул бы... – сказал Валентин, отбросил окурок и попросил: – Прикури ещё, пожалуйста. Смело, но глупо.
Я выполнил его просьбу, но сам закуривать не торопился.
– Как вас ранили? – поинтересовался я.
Он немного помолчал – видимо, прикидывал, что мне можно рассказывать.
– Не все сотрудники комитета поняли наши цели... – тихо сказал он. – Не всех мы готовы были отпустить с миром. И не всех могли отпустить. Пришлось брать в руки оружие... не пускать же в здание армейцев. Поэтому сами. Вот и схлопотал пару дырок.
– Смело, – вернул я его подколку. – Но глупо. И, подозреваю, парой дырок не обошлось? Что врачи говорят?
– Что жить буду, – поморщился он. – А вот рукой потом придется заново учиться действовать.
– Научитесь. Как настоящий полковник – просто обязаны научиться.
– Вообще-то уже генерал-майор. Сегодня приказ был, – с натугой улыбнулся он и процитировал: – «За успешные действия по задержанию врагов Советского государства...». Хотя ничего успешного я не совершил, только под пули подставился.
– Быстро вы... так к концу недели и генералиссимусом поздравлять придется, – искренне сказал я. – Хорошо быть на правильной стороне истории... Может, и мне чего обломится? Шучу, шучу! Ничего мне не надо. Лишь как в песне – жила бы страна родная.
– И нету других забот? Хорошо, если так, только ты всеми своими делами доказываешь, что забот у тебя много и помимо блага страны. Так... – он резко повернулся в сторону дома Боба – или неведомых мне Мозиных из Минвнешторга.. – Кажется, началось...
***
Я ничего не слышал. До меня доносились звуки большого города, которые в этом поселке были приглушенными, но узнаваемыми – несмотря на государственный переворот, по улицам по-прежнему ездили машины и шумел ветер в деревьях. Мне показалось, что где-то недалеко проехала некая машина со спецсигналом – то ли милиция, то ли «скорая помощь». Но никаких автомобилей, подъезжающих к тому дому, я не слышал.
– Они пешком что ли? – вопрос прозвучал тупо.
– Конечно, а как же иначе? Или ты думал, что они подкатят к дверям и посигналят, чтобы предупредить всю округу о своём прибытии? – с явным сарказмом спросил Валентин. – Пешком, ещё и разделились, блокировали участок со всех сторон, чтобы мышь не проскочила. Не бойся, ребята там опытные, я эту группу помню, у них там и командир заслуженный, в семьдесят девятом дворец... – он резко оборвал себя. – В общем, не ссы, студент, всё нормально будет.
– Да я не ссу, – проворчал я. – Валентин... мне последние дни только одно не дает покоя...
– Да? Всего одно?
– Ну... многое, конечно, не дает, но если разобраться, то да – всего одно.