Между нами люболь (СИ)

— Ахмед?
Я осторожно поднялась с земли.
— Больше ты никогда не испортишь жизнь ни одному порядочному мужчине. И торговать собой теперь тоже не получится, не надейся, — сказал тот со злостью.
Я подумала, что он всё-таки решил меня убить. И удивительное дело — хотя тогда я была уже совсем измучена, мысль о смерти не принесла облегчения. Напротив, в тот миг я отчетливо осознала, что умирать не хочу.
— Ты убьешь меня? — это было скорее утверждение, но Ахмед вдруг захохотал в ответ.
— Убью? Что ты, нет! Это было бы слишком просто для такой потаскухи.
— Я не потаскуха! Ничего не было с Умаровым, он все подстроил, но ты даже не хочешь меня выслушать!
Ахмед не дал договорить — как и тогда, у чайной, со всего размаху влепил пощечину:
— Заткнись, врунья!
Я вскрикнула и попыталась убежать, но Мурат поймал меня и скрутил руки.
— Брат Мурат! Не делай, пожалуйста! — зашептала я. После удара у меня перехватило дыхание.
— Не переживай, дорогая… скоро отпустим. Но сначала приведем в порядок твое лицо. Чтоб оно стало похожим на твою мерзкую душу.
Тут я заметила в руках Ахмеда нож и вдруг поняла, что они хотят сделать. От ужаса мое тело размякло — я повисла в руках Мурата как тряпичная игрушка. Мурат ослабил хватку, и в тот момент я собрала все свои силы, вырвалась и закричала во весь голос. Закричала так пронзительно, что казалось, мой крик услышали даже в Урсдаге. Правда, это отняло у меня последние силы — в глазах снова потемнело, и я опять потеряла сознание.
…Пришла в себя я в темном незнакомом месте. В горле была страшная сухость. Внимательно оглядевшись по сторонам, я с ужасом осознала, что место не такое уж и незнакомое — это была гостиная дома Умаровых.
Какой кошмар! Как я здесь оказалась?
Внезапно в дверях показался знакомый силуэт молодого человека.
— Се…Селим? — я едва могла говорить.
Что происходит?
Селим кивнул, медленно подошел, присел на стул рядом с софой, на которой я лежала, и взял меня за руку.
— Айлин, не бойся, мы здесь одни. И сейчас я скажу тебе кое-что. Тебе всё это покажется странным. Очень-очень странным. Но сначала ты выслушай меня до конца, пожалуйста.
— Конечно. Слушаю вас.
— Айлин… Выходи за меня замуж».
  
ГЛАВА 11
 
— Никогда! — Карим со всей силы стукнул кулаком по массивному дубовому столу. — Никогда в жизни она не переступит порог нашего дома!
— Брат, — Селим старался говорить как можно более спокойно. — Я понимаю, ты сейчас раздражен.
Это было неправдой — Карим был не просто раздражен, он находился в ярости: после слов брата вскочил из-за стола и стал быстрым шагом ходить взад-вперед по кабинету.
Но Селим продолжал.
— Если посмотришь на всё объективно, то поймешь, что был несправедлив к Айлин.
— Не произноси при мне ее имени! — перебил Карим. 
— Ты дослушаешь наконец?
— Я с утра только тем и занимаюсь, что слушаю твою чушь! У тебя крыша поехала, брат, сходи к врачу!
— Это у меня-то крыша поехала? Справедливости ради — посмотри на себя со стороны! Что с тобой творится? И какого черта ты всю эту кашу заварил — может, объяснишь, наконец?
— Я тебе уже сто раз объяснял!
— Про то, как она хотела тебя убить? Не смеши, Карим. Мне интересно, что произошло на самом деле.
— Знаешь, что сейчас действительно имеет значение? То, что я оказался прав. А она — добилась своего.
— Чего добилась? Что ее чуть не убили?
Селим снова вспомнил, как возвращался домой и в свете фар увидел что-то подозрительное. Ему показалось, что на дороге кто-то схватил девушку и потащил в переулок. Он бросил машину и побежал посмотреть, что случилось.
— Это тебе не столица, Карим, — продолжил Селим. — Здесь дикие люди и дикие нравы! Напали втроем на одну девушку. И сразу же испарились, стоило мне прибежать на ее крик. Трусы! Ты не представляешь, в каком она была состоянии! Ей не выжить в этом поселке!
Карим замолчал и подошел к окну. После непродолжительной паузы произнес:
— Значит, ты решил поиграть в рыцаря. Понятно. Но зачем жениться? Зачем тащить её в наш дом? Сними квартиру, и покончим с этим.
 
— Ну почему же — поиграть? Влюбился, потерял голову и вот — женюсь. Что тут удивительного? Разве Айлин не такая девушка, от которой можно потерять голову?
В голосе брата Кариму почудилась странная насмешка. Он резко повернулся, пристально посмотрел на Селима, но тот был абсолютно невозмутим. Карим снова взорвался:
— Аллах-Аллах, что такое несешь? Ты только вчера родился? Не знаешь, что нужно таким, как она?
— Каким — таким? Что не так с Айлин? Никто в поселке никогда не говорил о ней дурно, пока ты не устроил тот спектакль. И я голову даю на отсечение, что она невинна, как…
— Невинна? Брат, ты знаешь, где находится невинность? Вот здесь, — Карим приложил палец к голове. — Наивные бедные девушки встречаются только в сказках. В реальности они только и видят, как продать себя подороже. Таким, как эта, нужно лишь одно — попасть в богатую семью, родить ребенка и тянуть чужие деньги.
— Ошибаешься, уверяю тебя. Айлин не такая.
— Ты ни черта не разбираешься в женщинах!
— Брат, прошу, не перебивай! Ты знаешь меня двадцать лет. Всегда я делал так, как скажешь. Никогда не шел против тебя. Но хоть раз в жизни — уступи!
— Селим! На ком угодно женись, только не на ней!
— Если надо, она подпишет все бумаги по брачному контракту.
— Да какой, к черту, контракт! — Карим закричал еще громче. — Этого брака не будет, и точка!
После этих слов он стремительно вышел из комнаты и громко хлопнул дверью.
Селим подошел к окну и усмехнулся. Будет, брат. Определенно будет. И ты представить не можешь, сколько еще сюрпризов приготовила тебе жизнь.
  
ГЛАВА 12
 
«Добравшись домой после того разговора, я легла на кровать и пролежала с открытыми глазами до самого утра — никак не могла поверить, что согласилась стать женой Селима Умарова.
Сначала я была в шоке от его предложения и хотела дать отказ. Даже несмотря на тяжелое положение, соглашаться было нечестно, ведь я совсем не знала этого человека. И никогда бы не смогла его полюбить. Я теперь вообще никогда не смогу полюбить ни одного мужчину.
От Айлин осталась только оболочка. Я стала как та восковая кукла, которую хитрый мастер из суфийской притчи подсунул Иблису вместо своей дочери. Она могла лишь хлопать глазами и повторять: «Слушаю, мой господин». Правда, Иблису и того было достаточно — он не сразу заметил подмену.
Так считала я в начале нашего разговора, но потом, когда Селим сказал мне всё, я поняла, какой он добрый, какой благородный человек! Слушая его, я всё больше удивлялась, а под конец осознала, что у меня и нет другого выхода.
Теперь, в одиночестве, я утешала себя, что такой поступок не будет предательством памяти родителей, ведь, по правде, — Селим не настоящий Умаров. И даже если все пойдет не так, как он обещал, я должна буду и это вытерпеть.
Ведь, если честно, то мне был нужен — очень нужен! — этот брак.
Как я смогу отомстить Кариму, если будут находиться на расстоянии сотен километров от него?
Всё было правильно. Всё было так, как должно быть. Почему же после согласия кошки скребли на душе?
Лишь один человек прыгал от счастья, узнав о нашем браке. Самира.
— Вай, сестра! Неужели это правда?! Ущипни меня! — Самира в очередной раз щипала сама себя и взвизгивала:
— И правда-правда-правда! Не зря у меня на днях гудело в левом ухе! Сестра, я всегда знала, что у тебя будет счастливая судьба, иншалла! А когда мы пойдем покупать платье? Хотя какое платье в этой дыре! В столице же купим, да? И украшения тоже купим, иншалла! Но он пусть тоже золото купит, нужен же махр*, — девчонка тараторила без перерыва. Кажется, ее совсем не беспокоило, что меня недавно чуть не покалечили.