Тафгай (СИ)
По крайней мере, я так успел подумать, когда разрядил правый хук в челюсть. Вторым хуком, левой, я махнул на всякий пожарный случай, и попал в ещё одного «индейца». После чего сам залюбовался проделанной работой, один красиво упал влево, влетев головой в открытый и пустой шкафчик, другой юркнул вправо и ушёл по инерции в душевую комнату, где и затих в ожидании тёпленькой воды из душа.
— Ты чё творишь! — Взвизгнул самый умный, третий, который не полез. — Виталич же КМС по боксу, он сейчас встанет и порвёт тебя, как Тузик грелку.
Я наклонился к телу Ивана Витальевича и нащупал пульс.
— Раньше нужно было предупреждать. Всё кирдык, помер твой КМСник, — трагически произнёс я, дождался, когда третьего начнёт бить кондрашка, и лишь затем улыбнулся. — Да пошутил я, жить будет. А вот кулаками махать понапрасну направо и налево уже вряд ли.
***
— Сколько человек я в больницу отправил? — Удивился я, услышав от соседа Василия цифру семь. — Ну и народ в общаге, хуже баб сплетни раздувает. Всё нормально, все живы и здоровы, после игры, которую мы выиграли 45 — 20, даже спасибо сказали.
— За что? — Опешил Василёк.
— Ясно за что, — хмыкнул я. — Чтобы в будущем я зла на них не держал. Мало ли, что там ещё судьбой запланировано.
— А это что такое? — Сосед загадочно заулыбался, вскочил с кровати и вытащил маленькую железячку из картонной, обрезанной посередине, молочной коробки, которую он использовал для карандашей, ручек и прочего мелкого хлама. — Пахнет духами. Между прочим, нашёл на твоей кровати.
«Заколка Светкина, ёшкин кот!» — обругал я сам себя.
— Да вот решил рацпредложение сделать, заколку хочу приспособить для крепежа очень мелких деталей, — стал сочинять я на ходу. — Попросил у девчонок знакомых, а она потерялась. А ты молодец — углядел. Давай сюда.
***
После баскетбола до автобуса, который нас сегодня должен был отвезти во дворец спорта «Торпедо» оставалось ещё два часа времени. Как раз добежать до общаги, сбросить одну форму и взять другую, с клюшкой и коньками. Плюс была возможность немного перекусить и часик покемарить. Примерно так думал я, когда на крыльце дворца культуры взяла меня под руку Света.
Ой, хитрая девка, ведь не хотел с ней в воскресенье целоваться. Лишь на минуту потерял концентрацию, а она как вопьётся в губы. А я человек большой, у меня высокая инерционность, я не могу сразу остановиться, вот и ответил ей на поцелуй, руками потрогал везде, автоматически. Не знаю, что она теперь себе нафантазировала, но чуйка мне нашептала — ничего хорошего.
— Молодцы! Здорово сегодня сыграли! А за что тебя с поля удалили в середине второго тайма? — Выпалила скороговоркой Света.
— Удалили за пятый фол. По баскетбольным правилам, игрок с пятью персональными должен покинуть площадку до конца матча, — тяжело вздохнул я. — Почему с отцом домой не пошла?
— У тебя же сейчас до хоккея два часа свободного времени. Погуляем, — хитро улыбнулась девушка.
— Ладно, пошли в гости, с соседом тебя познакомлю, — мы вышли на проспект Жданова и перешли дорогу на перекрёстке на улицу Автомобильную.
Кстати, идея познакомить Свету с Васильком мне всё больше нравилась, тогда можно будет смело сосредоточиться на принцессе из КБ, на Яне Снегирёвой. И хоть она на меня и обижена, и сегодня не пришла поболеть, ничего ещё простит, может быть. Однако в комнате соседа Василия не оказалось. «Наверное, засиделся с вратарским шлемом на работе», — догадался я.
— Вот так я и живу, — кисло пробормотал я, проведя рукой слева на право.
— А где твоя кровать? — Озорно хихикнула Света.
— Вон та, под которой гиря, — я мотнул головой. — Чувствуй себя как дома, но не забывай, что ты в гостях. Я пока чайник поставлю.
«Да ты сдурел! — проснулся голос в голове. — Тебе не чайник надо сейчас ставить! А Светку в позу и срочно вводить в неё специального бойца!»
«Заткнись, спецназовец!» — шикнул я.
И пока я ставил чайник, резал бутерброды, заваривал чай, этот неуёмный половой агрессор в голове ни на секунду не закрывался. А Светка, как будто специально почувствовала, что меня можно брать тёпленьким, кинулась в атаку. Резко бросилась на грудь и повалила меня на подушку. Дальше понеслись беспорядочные поцелуи и объятья.
— Всё! — Внезапно крикнул я.
— Что? — Испугалась Света и отринула.
— Нужно будет завтра в медпункт сходить, давление померить, что-то у меня барахлит в одном месте, — я вскочил, разбил три сырых яйца, размешал их в стакане и выпил залпом, образовавшуюся смесь.
«Танки срочно вводи в Берлин, как маршал Жуков в сорок пятом!» — продолжал горланить голос, но уже тише. Компромисс с Ольгой Борисовной возымел нужное действие.
«Если сейчас ввести танки, дурень, то завтра этот Берлин нужно будет вести в ЗАГС. Соображать же надо!» — успокоил я на время агрессора внутри.
— Пошли, погуляем пока погода ещё хорошая, — пробормотал я.
— Погуляем?! — Взвизгнула Света обидевшись. — Да я больше с тобой даже разговаривать не буду! Я тут для тебя всё! А ты — трус! — Девушка вскочила с моей развороченной кровати и бросилась в маленькую прихожую, где у неё остались туфли и плащ.
— Я не трус, но жениться пока не тороплюсь, — это я уже сказал в одиночестве сам себе, потому что хилая дверь к тому моменту с силой захлопнулась.
***
Перед сном Василёк с гордостью показывал чертёж хоккейного вратарского шлема. Но я в чертежах не очень силён, поэтому меня больше заинтересовал эскиз в объёме.
— Очень похоже, — улыбнулся я. — Как настоящий «Бауер».
— А я уже и отливки сделал, — похвастался сосед Василий. — Ждал сегодня до последнего, когда мужики в литейном цеху за мою шабашку возьмутся.
— Отлично. Завтра тащи отливки на участок, отдадим их Валере, он — мастер золотые руки. А после хоккейного турнира в выходные мы их…, - я задумался, а что дальше?
— Славу будем пожинать! — Подсказал дальнейшее развитие событий Василёк. — И ещё надо бы в женское общежитие сходить, отметить после всего.
Василий с надеждой, ища поддержки своим шальным мыслям, посмотрел на меня.
— А! Гори всё синим пламенем! — Махнул я рукой. — Вспомним молодость в общаге женской.
Глава 15
Вот и наступил день «ха» или «икс», кому как угодно, воскресенье 11 сентября 1971 года. Для меня знаменательная дата — первый хоккейный официальный турнир за долгие годы. Только уровень у него — первенство водокачки, и состав участников заводские трудовые коллективы ГАЗа. А я и этому рад. Тем более на автозаводском стадионе «Торпедо» под открытым небом включили холодильные установки, наморозили искусственный лёд, играй — не хочу.
— Что-то не хочется играть, — заворчал вечно недовольный Данилыч, натягивая старые с заплатами хоккейные щитки, которые выделил для всех команд профком.
На шестой день алкогольного воздержания пятидесятилетний работяга стал просто невыносим. Весь мозг во время рабочих перекуров мне и Казимиру вынес. А вот Казимир Петрович, после того как с Катей подал заявление в Загс, наоборот ходил в приподнятом состоянии. Особенно в последние дни на его губах часто играла ничем не обоснованная улыбка. Вот что значит, человек зажил полноценной половой жизнью. Сразу уверенность появилась, расслабленность, задумался о карьере.
— Палыч, — обратился Казимир к физоргу, завязывая коньки. — Почему играем сегодня в восемь утра? Я можно сказать последний сон в свой выходной не успел досмотреть.
— Ты в заблуждение не вгоняй? — Психанул Данилыч. — Так и скажи, что утренний поход на лыжах обломался, физкультурник блин.
Данилыч показал, как правильно отталкиваться лыжными палками во время финишного ускорения. Вся команда вяло захихикала.
— Объясняю специально для ветеранов хоккейного мяча, — встал с лавки физорг Самсонов и вытащил из наваленной кучи синий с дырками хоккейный свитер. — В «Спартакиаде» участвует двадцать команд, а для олимпийской системы нужно шестнадцать. Поэтому сейчас с восьми до десяти утра играем предварительный раунд, где из восьми худших команд четыре через два часа отсеются. И лишь потом будет открытие, поднятие флага и торжественные слова.