Кот в малиновом тумане (ЛП)

Агент ФБР мотнул головой в сторону Молины, молчаливо приказывая ей заткнуться, и уставился на Темпл своим самым пронзительным взором.
— Убийство под контролем, мисс Барр. Наша беседа касается сатирического номера, который вы написали для «Гридирона».
— Моего номера для «Гридирона»?.. Вы что… — она поперхнулась, решив не обвинять фэбээровца в том, что он шутит. Он совсем не выглядел человеком, способным шутить. Похоже, он не способен был даже улыбаться.
Да и все они не лучились весельем. Темпл переводила глаза с одной гробовой физиономии на другую, пытаясь найти хотя бы проблеск человечности. Ее попытки провалились во всех трех случаях.
— Моего номера для «Гридирона»? — повторила она беспомощно. Тревога сделала ее голос звучащим в каком-то лягушачьем регистре. — Но это просто обычная сатира…
Ферраро стремительно приблизился к ней и буквально перевесился через серое шерстяное плечо фэбээровца:
— Что смешного вы находите в том, что мафия руководит крупным отелем в Вегасе?
— Я это выдумала! Я обыгрывала избитые клише Лас-Вегаса…
— И вместе с вами это делал кое-кто еще, — угрюмо вставила Молина.
Темпл повернулась к ней. Может быть, ей удастся заручиться толикой женской солидарности?..
— Но я действительно… Я пиарщица. Я придумываю всякие вещи. Основываясь на фактах, конечно. Но я беру эти факты, и смешиваю, и встряхиваю, и переворачиваю, пока они не выстроятся в ряд и не засверкают всеми цветами радуги. Мой сатирический номер просто показывает все в преувеличенном виде. Юмор предполагает гиперболу. В этом номере нет ни грамма реальных событий.
— Мы совершенно уверены, — сказала Молина веско, скорее, для своих коллег, чем для Темпл, — что убийство в «Голиафе» несколько месяцев назад было частью чего-то, вызвавшего убийство в «Хрустальном фениксе», то есть частью того же заговора.
— Заговора?.. — пискнула Темпл. Она знала, что рэкет и заговоры подпадали под юрисдикцию ФБР.
Агент кивнул, глядя на Темпл так, точно она была радужной форелью, неосторожно поднявшейся слишком близко к поверхности, а он — ястребом:
— Мне известно, что вы были близко знакомы с подозреваемым в организации… инцидента в «Голиафе».
Макс — организатор заговора? Я вас умоляю!..
— То есть, я изложила весь хитрый план на бумаге и включила его в сценарий шоу «Гридирона», которое весь город увидит через пару недель? Так, что ли?
— Вы сейчас работаете на «Хрустальный феникс», — услужливо подсказала Молина.
— Да, работаю.
— В котором еще один труп, — прорычал лейтенант Ферраро, — выпал из «Всевидящего Ока», точно крокодилова слеза.
Темпл нахмурилась. Да, совпадение.
— Вы… думаете, что бы ни происходило в «Голиафе», оно сейчас… перекинулось на «Хрустальный феникс»? — Боже, ну и фразу она построила!..
Эта фраза вызвала торжественные кивки со всех трех сторон, означающие то ли согласие, то ли удовлетворение от того, что Темпл, наконец, признала, что то, что ей инкриминируют, заслуживает обсуждения.
— Кое-кто там, — соболиные брови лейтенанта Молины вскинулись к потолку, — явно не желает, чтобы ваше шоу, или вы сами, продолжали… свою деятельность.
— Но мой номер совершенно безобидный, — снова запротестовала Темпл, по-настоящему сконфуженная, если не сказать, встревоженная этим торжественным триумвиратом представителей закона. — Это же просто смешно!
— Вы не слишком давно живете в Лас-Вегасе, — сообщила ей Молина, — так что позвольте уверить вас, что то, что вы и еще двадцать четыре миллиона туристов находите смешным, не всегда является таким безобидным, как вам бы хотелось. Лас-Вегас — это не Страна Чудес, и даже не Диснейленд. Он богатеет на искусстве выманивать у нормальных людей ненормальные суммы денег, заворачивая этот процесс в красивую и дорогую подарочную бумагу. Все эти помпезные архитектурные сооружения, отели, акры неона — это все веселый аттракцион новой виртуальной реальности, мультимиллионный карнавал, все чудеса, собранные в одном месте. И все это позволяет теневикам, ворочающим делами, поддерживать очень высокий рейтинг имиджа Лас-Вегаса, особенно сейчас, когда в маркетинговых играх главную роль начинают играть семейные ценности. Вы не сможете выжить в этой схватке, не будучи закованной в звонкий металл. И вы не должны дергать за хвосты заповедных денежных зубров, потому что можете получить копытом или рогами. В этом городе опасно швырять песком в глаза Сфинксу и наступать на синие замшевые штиблеты подражателям Элвиса.
 
Темпл все еще смотрела в потолок, к которому ее внимание привлек намек Молины на «Кого-то Там, Наверху». И этому «Кому-то», очевидно, не понравились и два трупа. Она нахмурилась:
— Короче, что-то в моем сценарии зацепило кого-то из сильных мира сего?
— Возможно, — Молина сложила руки на груди. — Или, возможно, тот, кто стоит за убийствами, заставил их нервничать, а ваш сценарий стал последней каплей.
— Этот серийный убийца явно помешан на высоте, — задумчиво сказала Темпл. — Вы думаете, что летающая тарелка свалилась тоже не без помощи этого типа?
— Типа, — проворчал Ферраро, — или организации.
— Коза Ностра? — Темпл не поверила своим ушам. — Еще одно клише! Это такой антиквариат, что его уже можно считать национальным достоянием!
— Не обязательно, — возразил Ферраро. — Пресловутые крестные отцы, возможно, нынче и вымирающий вид, но это не означает, что криминальных авторитетов не существует. Про них просто не пишут захватывающих историй в прессе, как раньше. Новые места для азартных игр сегодня сталкиваются с организованной преступностью, которой мы наелись годы назад. Сейчас это, в основном, яркие иностранные марки: японская якудза, например, или русская мафия.
— Кто мог принять мою буффонаду всерьез? Разве что псих какой-нибудь.
— Возможно, так и есть, — согласилась Молина.
— Вы имеете в виду натурального психопата?..
Молина повернулась, чтобы взять пачку бумаг, лежащую на столе.
— Психопат, решивший следовать плану, который вы так прилежно изложили в своем сценарии. — Молина хлопнула пачку на стол достаточно близко к Темпл, чтобы та смогла разглядеть знакомые строчки. Кто мог передать копам копию ее сценария? Ах, да, инициалы «К.Б.» говорят ли тебе о чем-нибудь, Квазимодо?..
Темпл потрясла головой, и это было ошибкой, потому что ее жест не укрылся от взгляда агента ФБР. Тот наклонился вперед в своем кресле, его безжалостные глаза впились в лицо Темпл так, точно собирались пригвоздить ее к стене:
— Как насчет ваших скрытых аллюзий на все эти тайные дела, имеющие место на военно-воздушной базе Неллис? — потребовал он ответа.
— Это именно что скрытые аллюзии — на то, что каждое телешоу обсасывает годами, только и всего. И что дальше? Завтра вы мне скажете, что кто-то оживил Элвиса?
— Ну… — начал Ферраро.
Темпл остолбенела.
— Нет… пока, — признал он с неохотой.
— Поверить не могу, что вы так всполошились из-за моих выдумок, — она взглянула на Молину. — Ну, ладно, моя схема захвата власти мафией и правда выглядит достаточно близкой к вашим предположениям насчет двух смертей в казино, но это чистое совпадение! Неужели вы не видите, что я просто припомнила все старые «желтые» сенсации и домыслы про Лас-Вегас и слепила из них одну большую, невероятную бредятину?
— А вы, мисс Барр, не видите, — ответил ей агент ФБР, — что Лас-Вегас — город непростой, город, в котором крутятся тонны денег и сталкивается множество интересов каждый день? Разве вы не видите, что интернациональные клиенты приезжают в этот город и светятся тут, точно приманка для акул? Возможность крупных преступлений в этих краях — вовсе не повод для смеха. Если у вас есть хоть капля разума, вы должны убрать свой номер из шоу.
— Вы что, все сговорились с этим мерзавцем Кроуфордом Бьюкененом?.. Он бы с удовольствием вычеркнул мой номер в последнюю минуту, но Дэнни Голубок просто озвереет, если потеряет свой главный козырь!
— Дэнни… Голубок? — повторил агент с отвращением и недоверием.