Две ночи и тысячи дней (СИ)

- Отправь, - пробормотал Дженсен.
- Если бы я был уверен, что это поможет, - усмехнулся Джаред и похлопал парня по бедру. - Вставай. Поедим и у тебя будет экзамен. Проверим, что ты запомнил из того, что прочитал.
Дженсен снова сонно заворчал.
- Никогда не думал, что ты такой охочий до сна, - улыбнулся мужчина.
- Никогда не любил подъемы на рассвете.
- Но ты и тут встаешь на рассвете.
- Потому что надо.
Сейид помог Дженсену подняться, но тот высвободился из рук и к столу поковылял сам. Котята уже вовсю присматривались к только что принесенному подносу, а Марго начала орать, сидя на стуле Джареда.
- Кыш, - беззлобно велел он.
- Мыу, - фыркнула кошка, но ушла.
- С каждым днем вы все наглее и наглее.
Дженсен на это хмыкнул:
- Тебя это тоже касается.
- Пфф.
Взяв отдельную тарелку, Джаред наложил кошкам еды и поставил возле стола на ковер, туда же отправив котят, а Дженсен пил уже третий стакан воды.
- Тебе плохо не станет?
- После сна хочется пить. Как прошли экзамены?
- Неужели тебе интересно?
- Как будущему светлому, да. Я пытаюсь понять, что меня ждет.
- Отдельный от всех экзамен. “Светлых” Теней у нас не было уже очень давно и для таких ассасинов предусмотрен совершенно иной экзамен.
***
- Ну, давай посмотрим, насколько все хорошо зажило, - сказал Джаред. - Бегом!
И Дженсен побежал.
Спустя шесть дней он заявил, что совершенно не чувствует никаких неприятных ощущений в ноге. И говорил он это так настойчиво, что Джаред согласился проверить, может ли он вернуться к обучению. Дженсену же, помимо этого, до зубного скрежета хотелось уже от любовных ласк перейти к делу, а Сейид отказывался, не желая тревожить заживавшую ногу. Дженсен соглашался, втайне вынашивая целый план соблазнения, который он собирался осуществить, и хищно поглядывал на мужчину.
- Хватит! - велел Джаред. Он пристально наблюдал за мальчишкой. Бежал он и впрямь ровно, с шага не сбивался. - Что с ногой?
- Полный порядок, - заверил улыбающийся Дженсен, потопав оной по песку.
- Хорошо, - кивнул Джаред. - Ножи в мишень.
Дженсен как-то по-особому усмехнулся, достал ножи и принялся метать их в мишень под неусыпным взглядом Сейида.
Джаред не сомневался, что мальчишка что-то задумал. Но он был готов разрешить, чем бы это ни было. Ведь завтра, в крайнем случае, послезавтра придется вернуться к вопросу поединка Дженсена с Рассилом и наказанию для всех пятерых.
Дженсен метал ножи четко и выверено, пока его голова работала. Эльту он не видел все шесть дней, впрочем, как и Кейна, и это наводило на определенные мысли. Но он искренне желал подруге счастья. К тому же у него оставался главный вопрос - Джаред. Потому что за эти дни он уже извелся. Не привыкший к тому, что ему раз за разом отказывают, находя при этом вполне адекватную причину, он уже начинал дергаться и прикидывать, что бы такое устроить своему Сейиду в отместку, когда нога пройдет.
И придумал.
Поэтому, когда тренировка закончилась и Джаред отправился по делам, Дженсен рванул в покои своего господина. К удивлению, на кушетке обнаружились все его вещи из старой комнаты.
- Это что еще? - изумился он.
Марго вяло мяукнула с подоконника и фыркнула так снисходительно, что Дженсен чуть сам себя не стукнул. Судя по всему, за него уже все решили и определили новое место, где он будет жить. Учитывая, что постель он будет делить вместе с Сейидом, сама идея ему очень и очень нравилась. Разложив свои вещи рядом с вещами Джареда, Дженсен отправился на поиски лимонного масла. Потому что предыдущий пузырек уже закончился…
Хазира встретила его очередной профилактической бранью, осмотрела ногу и отпустила с двумя флакончиками, не задавая лишних вопросов.
Затем пришлось разыскивать на кухне свежие персики и самое лучшее вино, благо это удалось так, что никто и не заметил небольших краж.
Ну, а потом… Потом Дженсен просто скинул с себя всю одежду и надел найденные у Джареда белые шаровары, в которых тот спал. Кое-как, правда, пришлось подогнуть, но ничего. Затем в купальной он сам наполнил большую глубокую ванную кипятком, добавил масла лимонов и везде занавесил окна, создав уютный полумрак. Уже успев выучить некоторые привычки Джареда, Дженсен не сомневался, что появится тот не раньше ночи. И совершенно точно сегодня он слушать отговорок не собирался.
 
***
На крепость уже опустилась темнота вечера, когда Джаред, перед тем как вернуться к себе, заглянул в лазарет. Двое тяжелораненных, по словам Хазиры, потихоньку поправлялись, но пока было сложно сказать, когда они смогут вернуться к тренировкам и обучению. Сломанная рука Зейнара заживала хорошо. Синяки Расиила почти сошли. И именно он интересовал Джареда. Войдя в комнату, он пошел сразу к его кровати.
- Завтра, Расиил, - сказал он. - Тебе предстоит сразиться с Дженсеном. И по итогам я придумаю тебе наказание.
- Как пожелаешь, - фыркнул Расиил. Он не добавил “Сейид”.
Джаред это услышал. “Возможно, и не придется придумывать наказание”, - подумал он. - “Если не случиться непоправимого, он больше не нужен Ордену”.
В покоях же его ждал одетый в его белые штаны Дженсен. Дженсен, сидевший на его столе и читавший книгу. Джаред даже засмотрелся на такую наглость. Впрочем, выглядел его ученик действительно хорошо - поправился физически, наконец-то стал есть больше котенка, а глаза смотрели не со злым ледяным прищуром, а с радостью от того, что Джаред вернулся. Его затопило тепло, когда он понял это. А еще по комнате уже разлился аромат лимона. Как обещание.
Дженсен отложил книгу, но со стола не слез.
- Как прошел день, Сейид?
- Хорошо. Завтра ты сможешь сразиться с обидчиком.
- Это хорошая новость.
Дженсен не выглядел раздосадованным этими словами, а значит, был в себе уверен. Оставалось лишь увидеть, насколько уверенность совпадает с приобретенными возможностями.
- Иди сюда.
Джаред выгнул бровь, но к столу подошел. Дженсен тут же увернулся от поцелуя и, улыбаясь, принялся избавлять его от плаща и доспеха.
- В спальне ужин. Я ждал тебя.
- И ты даже поцеловать меня не хочешь? - поинтересовался Джаред, позволяя себя раздеть.
Дженсен кокетливо улыбнулся:
- Не хочу размениваться по мелочам, - сказал он. - Пойдем. Тебя ждет уже правда теплая ванна.
- Я вполне согласен и на теплую сейчас, - признал Джаред. Он был удивлен. Не сильно, но удивлен. Он не мог расценить происходящее иначе как… ухаживание. Ему было приятно, хоть он и не привык, чтобы за ним ухаживали мужчины.
- Пара ведер горячей воды все равно есть. Пойдем.
Дженсен буквально поманил за собой Джареда и тот, разглядывая задницу в белых шароварах, молча пошел, наслаждаясь видом.
В спальне и правда, был ужин, на столике возле окна, а вокруг были разбросаны подушки на коврах.
- Ты ведь не любишь кальян? - спросил Дженсен.
- Не люблю дурман.
- Значит, я угадал, - Дженсен взял с подоконника подожженный, уже готовый кальян и поставил рядом со столиком:
- Листья вишни и табак. И ты все еще одетый.
Джаред оглядел себя: штаны и сапоги.
- И штаны снять?
- Сапоги сними, - закатил глаза Дженсен. - Ты все же дома.
Джаред улыбнулся и снял сапоги. Речи Дженсена отдавали гаремной выучкой. Во дворце на жарком востоке ходить в сапогах могли только безумцы. Здесь, в скалистых горах без них было холодно и опасно. Но в одном Дженсен был прав - портить ковры не стоило. Справедливости ради стоит заметить, что Джаред ковры не любил, хоть они и грели холодные полы, поэтому в его покоях ковров почти не было - только под письменным столом и два небольших ковра в спальне, оба у окна. На одном из них Дженсен и расположился.
- Этот ковер лежал в спальне несчастной жены одного герцога, жившего на границе востока и юга, - сказал Джаред, ступая босыми ногами на мягкий ворс. - Она была очень красива, а он был слишком жесток.