Дразнящий аромат

И снова, несмотря на свою неприязнь, Тесса не могла не отдать должное стойкости этой женщины. Нет, она никогда бы не смогла подружиться с такой, как Ди, но всегда уважала в людях подобную целеустремленность.
Ди скрестила ноги и постучала туфелькой по полу. Во всем остальном это была сама элегантность и выдержка, но ее выдавала эта туфелька, отстукивавшая на полированном мраморе нервную дробь.
– Пока об этом никто еще не пронюхал, но два месяца назад я приобрела старую шхуну. Я переделаю ее в прогулочный корабль для жителей Милуоки, и она будет готова к будущему маю. Еще одну такую же шхуну я куплю будущим летом и заставлю работать в Чикаго, и вдобавок я уже присматриваюсь к старому грузовому кораблю. – В ответ на потрясенный взгляд Тессы Ди небрежно повела плечами: – Кто-то посвящает себя спасению китов или лесов. Почему бы мне не спасать старые корабли?
Охваченная внезапным подозрением, Тесса спросила:
– А какое отношение это имеет ко мне?
– Такие талантливые офицеры, как ты или Лукас, встречаются один на сотню, а я как раз ищу капитана. Лукас попросил отставки несколько дней назад – и я предлагаю это место тебе.
Тесса выпрямилась так резко, что расплескала кофе:
– Лукас попросил отставки?
– Разве он тебе не сказал? Вот черт! Надеюсь, я не создала вам новой проблемы? – Ди снова небрежно дернула плечом, стараясь сделать вид, что разговор ее нисколько не волнует, однако туфелька принялась выписывать на полу совсем уж невообразимые круги. – В тот раз я, так сказать, слегка перегнула палку. И вряд ли он теперь передумает.
– Но почему именно я? – Тесса решила играть в открытую. – Или вы считаете, что вашей компании пойдет на пользу скандальная слава офицера, пережившего трагедию на «Талисине»?
– Ну… а почему бы и нет?
– Вы хотите использовать меня…
– Мы могли бы с успехом использовать друг друга. И в этом-то вся прелесть, потому что каждая из нас предлагает то, в чем нуждается другая!
Тесса презрительно сощурилась. Неужели ей хотя бы на один ничтожный миг стало жалко эту тварь?!
– Это отвратительно.
– Ох, тебе еще не надоело ломать комедию? – Ди выпрямилась. – Мне нужны деньги. Тебе нужно стать капитаном… И что-то подсказывает мне, что ты хотела бы найти такую работу, чтобы быть поближе к домашнему очагу. Мое предложение означает один рейс в сутки, шесть дней в неделю, с апреля по октябрь. И ночевать ты будешь дома.
Действительно, это предложение имело несомненные плюсы. Неужели Тессе улыбнулась такая большая удача? Не может быть, скорее всего это просто большая ловушка.
– Я подумаю об этом, – сдавленно проговорила она.
– Звучит многообещающе. Я никогда не пошла бы на поводу у ложной гордости – особенно когда светит такая выгода. Думаю, что ты будешь рассуждать так же.
Тесса отставила в сторону свой кофе и подалась к Ди:
– Вы явились сюда не только для того, чтобы предложить мне работу. Что еще?
– Корабли тонут, но жизнь продолжается, – ответила Ди, заметно погрустнев. – Я срочно отправляюсь в Кливленд. Надеюсь, мне удастся подчистить все хвосты до того, как на меня накинется свора инвесторов и кредиторов. У меня есть кое-что лично для Лукаса, но я больше не могу ждать. И буду признательна, если ты передашь ему мое сообщение.
– Зависит от того, что это за сообщение, – осторожно ответила Тесса, моментально насторожившись.
– Я только что узнала, что Джозеф Ярвуд несколько часов назад сам явился в полицию Мичигана. Он признался в том, что погрузил на «Талисин» автомобиль с бомбой. Лукасу наверняка будет приятно узнать о том, что он перестал быть живой мишенью.
Не в силах скрыть облегчения, Тесса откинулась на спинку дивана. Прошло несколько секунд, прежде чем она овладела собой и смогла произнести:
– Спасибо.
– Со всем моим уважением к чувствам несчастных родных Ярвуда я очень надеюсь, что они запрут его в сумасшедшем доме до конца жизни.
– А я просто рада, что все это кончилось.
– Я тоже. – Ди немного помолчала и решительно встала с кресла. – Пожалуй, мне пора. Джон наверняка уже заждался.
 
– Джон? – тупо переспросила Тесса. – Какой еще Джон?
– Бартон. Ну, ты же знаешь – мой цепной пес.
– Но вам больше не нужен цепной пес! – Она помолчала, с трудом переваривая полученную информацию. – И мне казалось, что вы не называете друг друга по имени…
Фирменная улыбка снова засияла на холеном лице:
– Жизнь полна неожиданностей, не так ли? – Ди отошла на несколько шагов – с легкостью и грацией, о которых Тесса и мечтать не смела, – и снова повернулась на своих каблуках высотой в четыре фута. – Я хочу поблагодарить вас с Лукасом за все, что вы сделали. И скажи Лукасу… я понимаю, как тяжело ему было возвращаться на «Талисин» за Маршаллом и той девочкой. В моих глазах он всегда был героем – даже несмотря на полное отсутствие вкуса. Это же надо – предпочесть тебя мне!
Язвительно фыркнув, Ди величаво удалилась, покачивая бедрами – в шелесте дорогого шелка, в цоканье каблуков – и в полной уверенности, что за ней осталось последнее слово.
Тесса долго смотрела ей вслед, не в силах сбросить оцепенение. Наконец она откинулась на спинку дивана, покачала головой и негромко рассмеялась.
Прошла еще одна тяжелая неделя непрерывных разговоров и допросов в полиции, береговой охране и комиссии по внутренним расследованиям. Тессу уже тошнило от бесконечных повторений одной и той же истории. Ее поддерживало лишь сознание того, что вечером Лукас ждет ее в своем коттедже на берегу озера.
Собрания, встречи, встревоженные родные, дружно явившиеся выразить ей сочувствие и поддержку – включая даже ее отца! – отнимали почти все свободное время, которое она хотела бы провести с Лукасом. Это, а также ее усталость и его раны помогали с легкостью обходить некоторые щекотливые моменты… Например, тот факт, что за эту неделю Тесса постепенно практически переехала в его коттедж. Первой проложила дорогу на его кухонную полку ее любимая кофейная кружка, затем запасная ночная рубашка и кое-что из нижнего белья оказались в его шкафу, и вскоре к ним присоединилась верхняя одежда. А в ванной комнате Лукаса уютно устроилась ее зубная щетка и прочие мелочи женского туалета.
Он не спрашивал, что это означает, а уж она тем более не спешила обсуждать с ним эту тему. Тесса и сама не имела понятия, как объяснить собственные чувства. А главное – она не знала ответа на вопрос: что дальше? Судя по задумчивым взглядам, которые Лукас то и дело бросал в ее сторону, и по его осторожным, робким ласкам, его тоже мучил этот вопрос.
В этот день Тесса вернулась из города гораздо раньше обычного. Она поставила свою машину возле автомобиля Лукаса и выключила зажигание, но не спешила подниматься в дом.
Она чувствовала себя виноватой перед Лукасом. Она же объявила ему, что между ними все кончено, но на следующий день их корабль пошел ко дну – и теперь она как ни в чем не бывало спит в его постели.
Конечно, в их жизни многое изменилось. Тесса постоянно помнила о том, что могла потерять Лукаса навсегда. Слишком свежа была эта картина: изувеченное, окровавленное тело на палубе спасательного катера. Она то и дело ловила себя на том, что прикладывает ладонь к его груди и считает удары сердца: только это могло успокоить Тессу, убедить ее в том, что Лукас выжил и он здесь, с ней.
Тяжело вздохнув, она вытащила ключ из замка зажигания.
Пора наконец набраться храбрости и посмотреть правде в глаза. Дело в том, что свое желание быть рядом с Лукасом Тесса упрямо объясняла себе дружеской тревогой за его здоровье, хотя в физическом плане он давно окреп и его состояние уже не внушало опасений. Да и в остальных смыслах Лукас не мог пожаловаться на ухудшение своего самочувствия. Всю эту неделю он спал как бревно, и ей приходилось буквально стягивать его с кровати каждое утро. Он полагал, что спит так крепко после обезболивающих препаратов, однако Тесса лелеяла надежду на то, что пройденное им на «Талисине» испытание на прочность каким-то необъяснимым образом помогло исцелить прежние душевные раны.