Источник

Он обернулся к Россу и улыбнулся, видя его замешательство.
— Мне кажется, доктор Келли, в этом вы со мной солидарны. Вот вы ученый, атеист: как вы объясните то, что здесь происходит? Сад — колыбель эволюции, из которой пошла вся жизнь на Земле? Этакий Эдем для ученых? Или сад со всеми созданиями — просто побочный эффект чего-то более важного?
Росс не ответил.
— Ну же, доктор Келли. Мы оба понимаем, что сад со всеми тварями — просто аберрация, ложная цель. — Он поднял обломок кристалла. — Даже это — лишь побочный продукт той силы, что управляет садом. — Он махнул рукой в сторону тоннеля и похлопал по книге Фалькона. — Отец Орландо писал о ней в том разделе манускрипта, который вашей супруге не удалось перевести. Он называл эту силу «el origen». — Торино открыл папку и ткнул в один из абзацев. — В архивах инквизиции хранится протокол его допроса, в котором то же самое названо латинским словом «radix». Оба они означают «источник». Ни там ни там не объясняется, что же это такое, говорится лишь о философских и духовных аспектах. В своих записях Фалькон упоминает El Árbol de la Vida у de la Muerte — Древо жизни и смерти. В протоколе допроса то же самое записано по латыни — vita quod mors arbor. Идет ли речь о библейском Древе познания добра и зла? Как это понимать: буквально или символически? Что такое, по-вашему, «источник», доктор Келли? Как вы думаете, что там, в конце тоннеля? Источник всех чудес?
— Нет, там источник одного-единственного чуда, — ответил Росс. — Величайшего чуда на Земле — жизни. С Богом и религией этот источник никак не связан.
Торино улыбнулся:
— Мы можем соглашаться по поводу природы источника или нет — не в том суть. Главное, мы оба хотим узнать, что это. — Он посмотрел на сестру Шанталь. — Скажите, сестра, то, что убило конкистадоров, все еще там, в тоннеле?
— Я ни разу в него не заходила. Оттуда никто не вернулся живым. Один лишь отец Орландо.
— Это не совсем так, правда, доктор Келли? Марко видел, как вы спускались оттуда, когда появился я со своими солдатами.
Сестра Шанталь уставилась на Росса:
— Ты поднимался в тоннель?
Торино вновь улыбнулся.
— Доктор Келли сказал Марко, что тот не поверит тому, что он видел. Так что же вы видели, доктор Келли? Расскажите, потом подпишете договор о неразглашении, и я отпущу вас с миром. — Он вытащил кристалл. — Более того, я отдам вам вот это. Вы спасете свою семью, доктор Келли, — разве не ради этого вы сюда отправлялись?
— Не знаю, что ты там видел, главное, не говори ему, — сказала сестра Шанталь. — Тебя не отпустят, даже если подпишешь все, что попросят. Он не пойдет на такой риск.
— Не слушайте ее, доктор Келли. Я уже говорил: меня не волнует сад и все твари в нем. Только radix, только источник. Мы оба хотим разгадать его загадку. Расскажите, что вам известно, и ваша семья спасена.
Росс вздохнул.
— Я услышал стрельбу и повернул назад, так и не дойдя до конца. Но я был уже близко: там явно что-то очень могущественное. — К удивлению Торино, геолог вдруг рухнул на колени, подставив ладони, чтобы не удариться о каменный пол. Он поднял связанные руки, будто в молитве: — Умоляю вас, генерал, позвольте мне вылечить жену. Она верующая. Я не против вашей религии и не хочу знать, что для вас означает этот сад. Я уже и об источнике не хочу ничего знать, а хочу лишь одного — спасти Лорен.
— Вот и спасайте. Рассказывайте все, что вам известно, и сегодня же я вас отпущу. Через неделю, а то и раньше, будете в Штатах. — Торино держал кристалл у самых рук Росса, словно дразня его. — Так что вы видели? Прежде чем мы с солдатами отправимся наверх, мне нужно знать: то, что убило конкистадоров, все еще там? Вы что-то заметили, выяснили что-то полезное?
Росс замешкался лишь на мгновение. Он не спускал глаз с кристалла.
— Я расскажу. Я все вам расскажу.
  
ГЛАВА 63
 
— Не могу поверить, что ты ему рассказал, Росс, — прошипела сестра Шанталь, пока Базин вел их назад, к остальным. — Я же предупреждала: нельзя входить в тоннель. И нельзя говорить Леонардо Торино, что ты там видел. А ты не послушался. Как можно быть таким идиотом?
 
Росс промолчал.
Никогда прежде сестра Шанталь не впадала в такое уныние. За долгие годы она пережила немало трудных минут, но всегда вспоминала о клятве, данной отцу Орландо, и убеждала себя запастись терпением. Узнав, что Лорен при смерти, она была уверена, что сад исцелит ее. Однако сейчас ей противостоял другой враг: не время, нетерпение и разочарование, а тот самый безжалостный противник, что сокрушил отца Орландо. Да еще ее союзник оказался бесхребетным слабаком.
— Невероятно. Ты ползал перед ним на коленях. Неужели ты поверил, что он позволит тебе спасти Лорен? Он не допустит, чтобы ты отсюда выбрался.
Они вернулись под тент. Хэкетт и Зеб лежали с одного края импровизированной тюрьмы — говорить они не могли из-за кляпов во рту. Базин толкнул Росса и монахиню в другой угол, так что оба упали на землю, и связал им ноги.
Сестра Шанталь дождалась, пока тот ушел.
— Я же предупреждала тебя, Росс, не ходи в тоннель. Там опасно. Так говорил отец Орландо, а он все видел.
— Знаю, — прошептал Росс.
— Тогда почему ты рассказал Торино…
— …что там безопасно? Что я чуть ли не вплотную подошел к источнику и ничего страшного не случилось? Да потому что я не больше тебя доверяю этому иезуиту.
— Так ты солгал?
— Разумеется. Если мы хотим выбраться отсюда и забрать то, за чем пришли, надо полагаться на собственные силы. Если что-то там, в тоннеле, отвлечет церковников — нам же лучше.
Ее губы медленно изогнулись в улыбке.
— Может, ты и не такой тупой, как я опасалась.
Росс покосился на Базина. Тот стоял возле груды оружия и разговаривал с парой солдат. Немного поспорив, они взяли боевое ружье, два пистолета-пулемета «хеклер-кох» и огнемет, а затем направились обратно в пещеру.
«Пойдут в тоннель», — подумал Росс.
Наблюдая за ними, он обратил внимание на желтые брикеты, которые солдаты вытащили из рюкзака. Большую их часть равномерно разложили небольшими кучками в разных местах сада. Интересно, что это. Он взглянул на Зеб и Хэкетта, лежащих в дальнем углу. Они смотрели на Росса. Геолог хотел объяснить им, что случилось, но боялся говорить громко, чтобы не привлечь внимания последнего охранника.
— Я только не могу понять, почему Торино совсем не интересуется садом, а только источником, — прошептал он на ухо сестре Шанталь. — Мне казалось, сточки зрения религии как раз важно, что все это вместе — Сад Господень.
— Ему нужны чудеса, которыми может воспользоваться церковь, но сад и все здешние создания ставят под сомнение и Книгу Бытия, и теорию эволюции. Религия ведь не наука. Наука только выигрывает от сомнений, а церкви нужна беспрекословная вера.
— Вера верой, но разве большинство верующих все равно не выяснит истину, какой бы удивительной она им ни казалась? — спросил Росс. — Вы ведь именно это и говорили Торино: если правда во что-то веришь, ничто не может поколебать твою веру, а только лишь ее интерпретацию. Скажем, научные представления о мире постоянно меняются — появляются все новые и новые данные.
Монахиня покачала головой:
— Торино и все, кто сейчас у власти в Риме, предпочтут не заметить этих фактов, лишь бы их вера осталась неизменной. Помни: папа непогрешим, он наместник Бога на земле. Он никогда не ошибается.
Базин с солдатами был уже у входа в пещеру. Тот, что пониже ростом, нес на плече огнемет — резервуар с горючим висел у него за спиной. Росс посмотрел на оружие под навесом: там был еще один огнемет. Вдруг вспомнились вчерашние слова Зеб о фарминдустрии, и во внезапном озарении геолог понял, для чего нужны желтые брикеты.
Проклятие!
Теперь он понял, что это за брикеты и зачем Торино их сюда приволок.
— Надо выбираться.
— Это понятно. — Сестра Шанталь показала ему связанные руки. — Но вот как?