В мире снов. Книга 1: Марк (СИ)
– Что ты тут делаешь? – удивлённо спросил Марк. Его обуяло чувство, будто он застал товарища за непристойным занятием, вроде излюбленного подростками уединения с журналами. Но Блэк и не думал смущаться. Он с той же интенсивностью налегал на лопату – наваливался на неё и правой рукой, и правой ступнёй – кидал комья земли в зловонную могилу.
– Я думал, тебя расстреляли уже, – сказал Марк, всё острее ощущая неуместность своего присутствия.
– Для достижения поставленной цели, иногда приходится идти на уступки, – невпопад выдал Блэк, притом не отрываясь от занятия.
– Я не понимаю, какого чёрта ты творишь?!
– А разве не видно? Сортир закапываю. Вчера яму под новый рыл. Сегодня старую засыпаю.
– Это я вижу. Но понять не могу! Какого рожна ты этим занялся? Почему ещё не удрал? Почему всех серых тут не перебил?
– Времена меняются и требуют перемен в наших поступках. Я пошёл на небольшое соглашение, чтобы выжить. Главное – выжить. Остальное шелуха.
После Марк не смог объяснить себе, почему он молча развернулся и ушёл. Нечто надломилось в его восприятии. Блэк, в его воображении, представал неким Роландом Дискейном, гонящимся за Блэкредом, как за Человеком в чёрном. Но стал бы Роланд Дискейн рыть сортиры, чтобы спасти свою жалкую шкуру? Вряд ли.
Увиденное стало потрясением для Марка. Потрясением, от которого он бы так и не оправился, если бы спустя пару ночей не завыли сирены.
Глава 9
Да, вот и всё, о чём мы мечтали
Но жизнь не для тех кто любит сны
Мы слишком долго выход искали
Но шли бесконечно вдоль стены
Группа Ария – Осколок льда
1
Марк, Саша и Шили работали несли очередное дежурство на складе. Начальство, повинуясь воле шизофренических голосов в голове, приказало переставить все коробки с литерой «ה» из правой стороны склада в левую. Глядя на ангар, выходы из которого были одинаковыми с обеих сторон, Саша почесал за ухом и решил: «сориентируемся по солнцу». Но и эта идея не выгорела – ангар стоял как раз поперёк солнечным лучам.
Пойти за уточнением было глупо – пулю в лоб, конечно, не пустили бы, а вот дать по зубам – за милую душу. Тем более в последнее время, когда всё руководство постоянно пребывает в нервозном состоянии.
Причины такого состояния были ясны, хоть и не до конца. Солдат сняли с насиженного места явно не для участия в параде. К тому же, из бескрайней равнины частенько доносились звуки, похожие на раскаты грома, это при том, что на небе не было ни облачка.
Шили полагал, что армия Спящих перешла к решительным действиям и решила-таки дать по зубам серым. Саша же считал, что солдат бросили на зачистку какой-нибудь деревеньки, в которой, по всей видимости, нашлись мастера военного дела.
– Это весьма вероятно, – говорил Саша. – После графских войн много оружия у простого народа осело. Да и бывалые стрелки – не редкость. Думаю, серые как раз на таких напоролись. Могли даже отряд целый потерять, после чего, собственно, и вызвали подкрепление в две сотни голов.
Марку в такое с трудом верилось (впрочем, напрасно).
Вой сирены раздался внезапно и оглушительно. Несколько секунд Марк не мог осознать, что бы это значило. Сам звук электрического прибора заставил его оторопеть – в этом полудиком мире не было даже проводной телефонии, не говоря уже о радио. А сирена, как оказалось, существовала. Очень знакомая по звуку сирена.
– Что происходит? – Марк выдал самый глупый в такой ситуации вопрос. Его товарищи пожали плечами и рванули к выходу.
То, что они увидели, было красноречивее любых слов. Толпы серых солдат – в оборванных гимнастёрках, в окровавленных бинтах, в грязи и поту, – бежали сломя голову. Некоторые с опаской оборачивались в сторону железнодорожной насыпи, отмечали что-то для себя и бежали дальше. Бежали, забирая в лево от солнца, но всё таки против него. Прямо чувствовалось, что им хотелось побежать прямо на Лэфт, но что-то не позволяло им это сделать. И это что-то двигалось как Японская эскадрилья – в лучах близкого к горизонту светила.
Сирена внезапно замолкла. Из своего штаба вышел комендант в окружении свиты. Размахивая перед лицом большим пистолетом, он отдавал распоряжения. После каждой паузы, небольшой, в половину секунды, от свиты отделялся один солдат и бежал выполнять поставленную задачу. Когда последний солдат оставил коменданта, тот направился прямиком к складам. Пользуясь временем, которое требовалось грузному коменданту, чтобы дойти косолапым шагом до единственного открытого ангара, Саша и Марк бочком проскользнули внутрь. Шили не успел этого сделать, так как встретился взглядом с комендантом и в ужасе оцепенел.
– Шили, пошли! Шили быстрей! – шёпотом звал его Саша, но без толку. Тот так и застыл в дверном проёме, неотрывно наблюдая за тем, как к нему приближается человек с походкой и голосом медведя.
Марк тоже остановился в дверях, только с противоположной стороны ангара. Лишь на несколько секунд. Но и их хватило.
К ногам Шили подкралась широкая тень. Парень так и стоял, завороженно глядя туда, где тень начиналась. Раздался выстрел. Из головы Шили вырвался фонтан крови вперемешку с кусочками костей и серой массы.
Марк оцепенел. Нет, вовсе не от вида крови. Скорее от «флэшбэка» – ведь он сам, и совсем недавно, проделал дыру в человеческом черепе. И особенно – этот фонтанчик.
Марк так бы и стоял столбом, если бы не Саша. Тот дёрнул товарища за рукав джинсовой куртки и едва не сбил с ног. Благо, Марк вовремя вышел из ступора и сообразил, что пора уносить ноги.
Саша, вопреки всем здравым законам логики, не побежал прочь на равнину. Не побежал и к железнодорожной насыпи. Вместо этого он обогнул ангар и направился прямиком к зданию комендатуры. Едва поспевая за товарищем, Марк оглянулся. Он ожидал увидеть бесформенный силуэт коменданта. Но его там не было. Видимо, перешагнул через тело Шили и направился в ангар в поисках ещё парочки голов.
– Быстрее! – сдавленно крикнул Саша и пробежал мимо входа в приёмную коменданта.
– Куда мы? – спросил Марк. Он уже задыхался от бега.
Саша не ответил. Да это и не требовалось. Он на полном ходу врезался в дощатую дверь аварийного выхода и тем самым сорвал её с петель.
То место, куда они попали, никак не вязалось со всем, что Марк видел в затянувшемся сне. Длинная зала с высокими потолками была выложена гладкими, чёрными плитами – и по полу, и по стенам, и по потолку. Замысловатый узор, в виде белых разводов эмульсии, с трудом узнавался в царившем тут полумраке – и это при том, что узкие окна-бойницы, высотой в добрых четыре метра, выходили на солнечную сторону. Окна начинались у самого потолка и спускались к мраморному пьедесталу, тоже чёрному, на котором, должно быть, раньше стоял трон. К пьедесталу вели низкие, но широкие ступеньки. В солнечных лучах они отливали изумрудом, хотя тоже были чёрными.
Наслаждаться красотой тронного зала было некогда. Саша бежал вглубь тёмного помещения, вызывая гулкое эхо каждым шагом.
Что-то противно скрипнуло.
– Быстрее! Сюда! – скомандовал Саша. Марк приблизился и увидел, что товарищ из последних сил держит приподнятой одну из плит, что устилали пол.
– Быстрее, вниз! Давай, мне тяжело!
Марк недоверчиво глянул во тьму, что открывалась под полом, но возражать не стал. Ныряя в квадратный зазор, он надеялся нащупать ногами лестницу или пол. Но их там не оказалось. Пустота и темнота. И чувство свободного падения.
Марк приземлился на что-то мягкое – достаточно мягкое, чтобы не сломать кости, но недостаточно мягкое, чтобы не набить себе синяков. Было больно, но не так, чтобы закричать во всю глотку.
– Двигайся! – прокричал Саша сверху, и, судя по радостному крику, спрыгнул. Марк, кувыркнулся и чудом успел убраться из зоны жёсткой посадки. Плита над головой, и Саша за спиной, упали одновременно. Смачный хлопок отразился эхом от стен.