В мире снов. Книга 1: Марк (СИ)

Однако знание редко перерастает в веру. Можно знать Библию наизусть, и не верить ни единому её слову. Можно знать лучшие качества друга, и никогда не доверить ему тайны. Можно знать точно, что однажды умрёшь, и не верить в конечность бытия.
Марк опустил птицу на асфальт вместе с полотенцем. Та нервно скинула с себя тряпичную помеху и неуклюже растопырила крылья.
– Давай же, лети! Давай, смелее! – шёпотом приговаривал её спаситель. Но птица не собиралась хлопать крыльями. Она просто поскакала на лапах в сторону припаркованной машины и спряталась под её днищем.
– Да, брат, плохи твои дела, – расстроенно сказал Марк, поднимая кухонное полотенце. – Я бы тебя выходил. Но, сам понимаешь, у меня кот. Вы с ним точно не подружитесь. А ещё у меня жена. Ты видел её реакцию. Так что, бывай. Выживешь, дай весточку. Только в гости больше не залетай.
Не дождавшись ответа, Марк собрался было уходить, как вдруг услышал странный звук. Знакомый до боли. Похожий на урчание пустого желудка, правда, усиленный в сотни раз. Пёс, размером с небольшого барана, встал между ним и входом в подъезд. Его волчий оскал не оставлял ни малейших надежд на дружелюбные намерения. Свирепые глаза нацелились прямо на Марка. Прижатые уши выдали желание броситься вперёд.
И нет с собой ножа, верного талисмана. Нет ни петард, подаренных случайным знакомцем. Нет даже булыжника под ногами. Но есть полотенце в руках, а это уже не так мало. Можно засунуть его в пасть обезумевшему животному и натянуть как конские поводья. Это не ранит и тем более не убьёт собаку, но может сбить пыл. Или напротив, разозлит в конец. Но тогда придётся драться до потери сознания. И вряд ли животное потеряет его первым.
Пролаяв сквозь рык, пёс ринулся в атаку. Марк уже приготовил полотенце для единственной возможной уловки, как вдруг нечто чёрное выпрыгнуло из-за спины. Оно помчалось навстречу взбесившейся собаке, истошно завизжало и захлопало крыльями.
Стриж. Это снова был стриж, и Марк не сомневался, что тот же самый. Бедняга толи оказался очень умным и высокоморальным, раз решил отплатить добром за добро, толи напротив, получил настолько серьёзную травму головы, что перепутал в какую сторону лететь, спасаясь от лая и рыка.
Птица столкнулась с мордой пса в нескольких шагах от Марка. Она принялась истошно верещать и хлопать крыльями, тем самым ослепила и обескуражила разъярённого зверя.
Марк тут же воспользовался заминкой и побежал к подъезду. Собака отреагировала на это и ринулась следом, но упустила пару драгоценных секунд. Тех самых, которых хватило, чтобы захлопнуть дверь перед её носом.
– Ну нафиг, – сказал Марк, тяжело переводя дух. – Куплю пневматический пистолет и сокращу вашу блохастую популяцию. Достали уже!
2
Не считая утреннего инцидента, день проходил довольно обыденно. Марк управлялся по дому: в пятый раз проверял дверные петли на скрип, почистил чайник от накипи, прикрутил дверцу кухонного шкафчика. Он уже добрался до наведения порядка в ящике с инструментами, когда внезапно зазвонил телефон. Приглушённо, будто за стеной.
– Лина, наверное, – вслух выразил мысль Марк и стал крутить головой в поисках источника звука. Телефона нигде не было. Тогда Марк решил заглянуть в спальную. Он открыл дверь, заглянул внутрь и обнаружил, что звук громче не стал. Недоумевая, Марк обернулся и посмотрел на Барсика. Тот вальяжно развалился на обувной полочке, как раз рядом со шкафчиком для инструментов. Кот вытаращил удивлённо-испуганные глаза и слабо мяукнул.
Марк заглянул в гостиную. Кроме ругани рабочих под окном, никакие другие звуки не усилились, а значит телефон не здесь. Осмотр ванной и кухни ничего не дал. Звонок особенно чётко слышался в коридоре, но так, словно его придавили подушкой.
Осознав, как глупо сейчас выглядит, Марк оставил телефона и по стенке скатился на пол. Он сел рядом с Барсиком, заглянул в его круглые от удивления глаза и тихо сказал:
– Я, кажись, с кукушкой от безделья расстался.
Кот, как и полагалось старому приятелю, не стал вдаваться в утешения и мурлыкать. Вместо этого он протяжно мяукнул, что можно было принять за согласие.
 
– Ах ты подкольщик усатый! Я тебя за это… – Марк принялся энергично растирать полосатый бок шерстяного товарища. Тому это явно не понравилось. Кот противоестественно изогнулся, пытаясь укусить хозяина за пальцы, и тем самым выдал свой страшный секрет. Из-под пушистой шерсти выглянул край закруглённого прямоугольника в силиконовом чехле.
Марк вознегодовал. Он скинул кота на пол, освобождая свой телефон от тяжёлого гнёта.
Звонила не Лина. На экране, под надписью пропущенный звонок, латиницей было набрано польское слово, которое лучше не переводить в приличном обществе. Что-то вроде Питерского варианта слова курица, с обязательным добавлением буквы «V» в последнем слоге. Так нелестно Марк записал номер менеджера Виктории.
Сердце снова застучало неимоверно быстро. Точно так же, как утром при пробуждении. Да, Марк мог позволить себе скандал с работодателем, притом неоднократный. Но ни единого раза не было, чтобы его голова осталась холодной и кровь не вскипела. Не от страха, нет. От адреналина, что непременно выплёскивался, когда дело подходило к словесной перепалке.
– Алло, – сухо бросил Марк в трубку, когда гудки прервались шипением и хрипом.
– Да, алё! Маркуша, это ты? – раздался чрезмерно весёлый голос менеджера Виктории.
– Да.
– Маркуш, ты когда на работу выйдешь? Мы тут по тебе уже соскучились.
Марк не поспешил с ответом. Сначала он прикинул, как бы так ловко заставить её перейти к извинениям. Потом захотел послушать, как она подлизывается к нему. Но, согласившись со здравым смыслом, решил построить диалог в деловом русле.
– А что, работы привалило? – спросил он.
– Ой, да не то слово. Сашка тут зашивается. Очередь по расходникам на месяц расписана. А вот-вот резину менять начнут. Снег на днях обещают. Так что, работы много. Делать – не переделать!
– А что с тем, у кого колодки скрипят? – лукаво закинул удочку Марк. И ошибся. Виктория тут же изменилась в голосе:
– Сашка разобрался уже.
Марк, непонятно зачем, покивал головой и, выждав паузу, согласился выйти завтра. Прямо с утра, к восьми. Обслужить первого клиента по записи.
Виктория явно обрадовалась такому завершению разговора, так как попрощалась словами: «ну всё, дорогой, жду тебя!». Марк, подавляя чувство тошноты, вызванное новым гормональным перепадом менеджера, набрал другой номер телефона. Изменившимися планами на завтра непременно нужно было поделиться с женой.
3
Марк проснулся первым. Вернее уснул, позволив себе скромный отдых после обеда. Очутился он на пассажирском сиденье в Студебекере. Чему совсем не удивился: тут он и отключился с тарахтящим сердцем.
Сердце, к слову, успокоилось. Более того, исчезло ощущение, будто конечности ватные. Да и мысли упорядочились. Единственное, что никуда не ушло – невыносимое желание поесть. Впрочем, наркотический дым мог быть не причём. Вчера они и крошки маковой во рту не держали. Кажется, и воды не пили.
Марк подтяну к себе заплечный мешок товарища и принялся бесцеремонно обыскивать.
На этот раз «УЗИ» не вызвал никаких будоражащих ощущений – автомат как автомат, в ногах вон пулемёт с дисковой обоймой лежит, тот куда страшнее смотрится. Не вызвала негативных ощущений и пожухшая листва, заполнившая половину мешка.
А вот что точно не оставило равнодушным, так это холодная жестяная банка. Её Марк немедля извлёк на свет и всё прочее отложил в сторону.
С помощью ножа-талисмана он вскрыл жестянку с вожделенной массой. Этикеток на банке не было, потому Марк с чистой совестью уплетал дрожащие кусочки, полагая, что имеет дело с говядиной. Может и хорошо, порой, не знать, что в твоей тарелке.
Орудуя острым ножом, как вилкой, Марк вытащил из банки все куски мяса покрытые застывшим жиром. Оставшееся желе он просто вывалил себе в рот и, не жуя, проглотил. Тут же проснулась жажда. Но её быстро подавила жижа из термоса. Холодная жижа, сохранившая фантомный привкус чая из горных трав.