Шаг к (не) Счастью (СИ)

— Ну надо же! Развлекаетесь? Что вы делаете Адар с нашей новенькой?
— У иссы Лизы судорога в мышце.
— Надо же, как предусмотрительно.
Лизавета прошипела сквозь зубы: — Уважаемый начальник, я вот встану сейчас…
Он и ухом не повел. Он смотрел на нее не мигая, и Лизавета мгновенно поняла — он сделал стойку смотря в ее гневные изумрудные глаза.
— Ну вот, — сказал хасс Тэйт, — вы в отличной форме, исса Лиза. Как нога?
— Лучше.
— Хорошо.
Лизавета почувствовала, что больше не может лежать перед ними, как раздавленная развратная лягушка и начала привставать. Хасс Адар торопливо и бережно подхватил ее помогая подняться, а когда она уже стояла, рук не отвел. Лиза вскинула на него изумленные глаза и хасс Тэйт захлебнулся в их изумрудной бездне.
— Лиза…
— Что?
— Пообедаем вместе?
— У меня другие планы.
— Тогда поужинаем.
— Ух…
— А еще лучше — позавтракаем.
Лизавета замерла. Позавтракать вместе они смогут только в одном случае… Если проснутся в одной постели.
— Я не завтракаю…
Во-первых, вранье, во-вторых, беспомощное вранье. Хасс Адар все еще не выпускал ее из рук. Чувственные губы изогнулись в лукавой усмешке.
— У меня совсем другие приоритеты, на мужчин, понимаете? И вас среди них нет хасс Адар, впрочем, как и всех мужчин этого мира.
— Ты уверена?
— Уверена. И потому говорю — спасибо и до свидания.
Хасс Тэйт неожиданно разжал руки, и Лизавета торопливо отскочила от него. Он не произнес ни слова — даже когда она повернулась и бочком двинулась из зала игнорируя напрочь ухмыляющегося начальника по безопасности Хаима Ширана, тот с голым торсом и перекинутым на шее белым полотенцем стоял и все это время наблюдал за ними. А Лиза, не сводя с них глаз по крабьи бочком-бочком пробиралась на выход, и только единственная мысль засела в ее прелестной головке — Почему этот демон проявляет к ней интерес? Ведь магистр сказал совсем другое! Или именно к истинному демону это не относится?
Прибывая уже на своей мансарде Лиза второпях умывалась, переодевалась и частенько поглядывала на браслет, магистр ее не звал, а завтракать очень хотелось. Махнув рукой на условности, она направилась в столовую, у входа ее встретили молчаливые хасс Адар и Хаим Ширан, оба, словно так и надо встали от нее по бокам и сопроводили в столовую.
Все! Аппетит испорчен.
А в столовой было чисто, прохладно и неожиданно вкусно пахло едой. Лизавета заказала завтрак и вскоре перед ней стояли аж пять тарелок с разными салатиками и закусками. Спортивные занятия возбудили в ней зверский аппетит. Асур и демон сидели напротив и смотрели на нее с кротким укором в глазах.
Думая об хассе Адаре и его намеках у Лизаветы снова пропал аппетит, она уставилась на вазу с алыми искусственными розочками в центре стола. Их было четное количество.
— Как на похоронах, — невнятно пробубнила она.
— Простите исса Лиза? — переспросил хасс Адар.
— Говорю, как на похоронах. Цветочки, — и кивнула в сторону вазы с алыми розочками из четырех штук.
— Они вам не нравятся? — удивился хасс, а Хаим Ширан оторвался от своей тарелки и поднял на нее глаза в которых промелькнуло веселье.
— Нравятся. Дело в том, что у нас на Земле не приняты искусственные цветы в четном количестве. Не живые цветы дарят покойникам.
— Дарят покойникам? — тут же прервал свой завтрак начальник по безопасности.
— Да, — серьезно кивнула Лиза, — искусственные цветы предпочтительны на похоронах — это дань светским традициям.
— Вы это серьезно? — удивился Хасс Тэйт.
— Вполне.
— Дело в том, исса Елизавета, что живые цветы в нашей местности не приживаются. Быстро вянут и не прорастают. А затрачивать резерв магии на их сохранность дело убыточное и не нужное. Поэтому нас радует вот такая красота, — и Хаим Ширан убрал вазу с их стола переставив на соседний столик к приступившему к еде хассу Ому.
Лиза, взглянув на лицо преподавателя по алхимии тут же уткнулась в свою тарелку.
— У нас даже на похоронах нет цветов, — нахмурился начальник по безопасности. Не принято.
 
— Ну у нас тоже не все религии следуют такой традиции. Я христианка, у нас приняты цветы, венки и еще много чего. А, например, мусульманство — вообще приносить цветы на погост воспрещает. Иудаизм — считает такие поступки, отголоском язычества и соответственно осуждает, но не воспрещает. Католическая религия — считает, что чем больше количества цветов и шикарнее букет, тем более достойный и уважаемый усопший человек.
— У вас у людей разные религии? — поинтересовался хасс Адар вполне серьезно и с интересом.
— Да, у нас религий много.
— У вас не единый Бог? — спросил кто-то из зала.
Лизавета вздохнула, только сейчас обратив внимание, что зал в столовой был полон эрганами, — Един, но каждая национальность трактует Бога по-своему, по своим традициям и канонам, — и снова посмотрела на розочки. Всё, теперь вопросами закидают и схватила фрукт напоминающий грушу.
— А вы нам на лекциях расскажите о своих религиях? — спросил из-за зала женский голосок.
Лиза кивнула, но кто задал вопрос не увидела, — Расскажу то, что знаю, — и наконец откусила кусочек груши, надеясь, что они прекратят задавать вопросы, на которые у Лизаветы нет ответов. В конце концов она этой темой никогда не интересовалась, а просто верила и отмечала великие праздники, к примеру, пасха, верила в ад и рай, а также, что именно христианская религия единственная и самая правильная, потому как позволяет воскреснуть.
— А вы любите цветы? — внезапно спросил ее хасс Тэйт.
— Очень, но живые, искусственные цветы не пахнут. Запах — душа цветка. Знаете, как улыбается Земля? — Лиза заметила смятение демона и слабо улыбнулась. — Она улыбается цветами. — И впервые за это утро искренне и лучезарно улыбнулась. — Я в своем мире работала флористом, составляла букеты из разных цветов, а люди приходили и покупали, чтобы подарить их своим любимым на разные праздники или просто так. У вас дарят цветы?
Мужчины переглянулись. В зале прекратили стучать ложками и вилками. Тишина стала полной и всеобъемлющей.
— У нас не дарят цветы, — откликнулся Хаим Ширан. — Не принято. Мы ими украшаем помещения.
— И напрасно, это приятно девушкам. Цветы — это улыбка солнца, которая дарит радость. А вы совсем не романтики.
— Мы дарим нашим девушкам редкие кристаллы, — хмуря брови изрек подслушивающий хасс Ом.
— А я бы не отказалась от цветов, — рядом с их столом оказалась вчерашняя блондинка-асурка и забрала у хасса Адара грязную тарелку поставив на поднос, а затем виляя бедрами прошла к следующему столу.
По залу пошли перешептывания, гул голосов все отчетливее разносился в столовой, в основном говорили девушки, а парни асуры молчали. Лизавета уткнулась в салат, а затем душераздирающе вздохнула и принялась за еду не смотря на мужчин. В общем не смотрела она ни на кого. Завтрак проходил в полном молчании, а в конце трапезы Лизавета услышала:
— Не теряйте и желательно запомните, — с этими словами Хаим Ширан положил перед ней карту академии.
— Благодарю, — Лиза забрала ценную карту и наконец закончила завтракать.
В полном молчании она и хасс Тэйт дошли до дверей академии и остановились, затем он посторонился, отворил перед ней дверь и пропустил вперед, как истинный джентльмен. Лиза умилилась особенно тогда, когда он кротко поинтересовался:
— Мышцы не болят?
— Нет! Я чувствую себя просто отлично.
— Вот и хорошо. Хочу извиниться за приглашение на завтрак, — показалось Лизе или в голосе хасса прозвучала скрытая горечь?
— Извинения приняты, — она заглянула ему в глаза, а хасс Адар в который раз поразился их отчаянной зелени. Она была маленькая и хрупкая эта исса Лиза. И в то же время — женственная до предела. Густые золотые волосы завивались такими тугими кольцами, что он не удержался, осторожно взял локон двумя пальцами и легонько потянул — а потом отпустил. Распрямившиеся волосы мгновенно свернулись обратно в кольцо. Точно пружина… От нее пахло цветами из его мира, а еще свежестью и юностью. Легкий румянец окрасил ее личико, длинные ресницы чуть подрагивали и немного страдальчески были заломлены красивые брови.