Шаг к (не) Счастью (СИ)

— И куда дальше? — простонала она, смотря на очередную лестницу, ведущую как вниз, так и вверх.
— А это смотря куда вы хотите попасть, — раздался тихий голос за спиной, и чья-то рука обвилась вокруг ее талии.
Лиза дернулась и вроде бы выскользнула, вот только ногу поставила на уходящую вниз ступеньку. Всплеснув руками, она стала падать. Еще миг, и кубарем полетела бы вниз, но незнакомец успел схватить ее за руку и дернуть на себя. Уткнувшись носом ему в грудь Лиза взвыла. У него там что, металлические пластинки?
— Черт! Больно же, — и отстранилась, потирая нос, однако руки он не разжал, продолжая фактически обнимать ее. — Отпустите, — буркнула Лизавета, передернув плечами.
Сверху раздался хмык, и ее выпустили. Все еще потирая нос она сделала шаг в сторону и прижавшись спиной к стене подняла взгляд на асура. Мужчина был не совсем в человеческом виде. Глаза светились тусклым красным светом, как две маленькие фары, клыки торчали, да и само лицо больше походило на полузвериное, но руки и все остальное тело вполне человеческое.
Лиза открыла рот в немом крике.
— Испугались? — спросил мужчина, и это была именно речь, а не звериный рык.
— Что с вами? — дрогнувшим голосом поинтересовалась она.
— Я всегда принимаю такой облик, когда делаю обход, — усмехнулся он. — Что вы тут делаете? Вы в курсе, что перешли из корпуса преподавателей в ученический?
Лиза замерев стояла и смотрела на монстрообразного асура.
— Боитесь?
— Нет, — качнула она головой, как будто убеждала в этом не его, а саму себя. — Я просто перенервничала и не успела добраться до своей комнаты. Понимаете, я тут плохо ориентируюсь и не слишком-то запоминала куда идти. А вы кто?
— Начальник по безопасности в академии, Хаим Ширан, а кто вы, я уже знаю.
Лизу это не удивило. Понятно — служба безопасности. Ему по статусу положено о ней знать, и разглядывала высокого, мощного асура уже в нормальном человеческом образе, волосы темные, короткие под ежика, губы тонкие, решительно сжатые, глаза темные неопределенного оттенка и колючие. Он смерил ее взглядом с головы до ног так, словно сканировал, запоминал, оценивал.
— Пойдемте провожу вас, — усмехнулся он, — доведу до кабинета Его Темнейшества. Завтра вручу вам карту.
— Спасибо, — Лиза никак не могла прийти в себя от его частичной трансформации.
Он довел ее до кабинета и сухо пожелал всего хорошего, затем развернулся и ушел.
— Всего хорошего, — промямлила Лизавета ему в спину, но в кабинет не стала входить, а дождалась, когда он скроется за поворотом и нырнула в маленькую неприметную дверь. Эта дверь числилась черным ходом, но до появления Лизы дверь была запечатана. Магистр снял заклинания, сказав, что она будет ходить в аудитории не через его кабинет, а по этой обшарпанной лестнице, которая через десять ступеней раздваивалась. Левый поворот приводил в ту часть академии, где располагались аудитории для лекций, а правая вела в административную часть, где были и библиотека, и личные кабинеты преподавателей. Лизу такая перспектива очень устраивала. Порой совсем не хотелось попадаться на глаза Его Темнейшеству. Вот как сейчас. Она устала и ей было обидно, что кого-то магистр мог отправить домой по его первому желанию, а кого-то оставил на целый чертов содэ.
Спустя десять минут Лизавета сидела в пижаме на кровати и перебирала в голове всю ту информацию, что собрал ее многострадальный мозг за этот день. И знаете — что? Кто-то очень умный сказал: «Утро вечера мудренее!». Гений!
  
Глава 9
 
Шаг девятый…
Утро следующего дня наступило чуть ли не с восходом солнца. Впервые, находясь в этом мире, Лизавета так рано продрала глаза. За окном клубилось серое предрассветное марево нагоняя уныние, но пора было браться за свои прямые обязанности. Внимательно рассмотрев себя в зеркале, упакованную в черные легинсы и в розовую футболку Лизонька осталась довольна. Сунув ноги в спортивные тапки, она пригладила еще раз непослушные кудри убранные в хвостик и направилась на выход к полигону, где ее встретил как всегда смертельно обаятельный хасс Адар. Он выглядел таким даже рано утром. Мускулистая грудь обтянута черной спортивной майкой. Вслед за майкой начинались защитные шорты, далее шли мускулистые загорелые ноги, покрытые темными волосами, потом белоснежные носки и аналог кроссовок. Лизавета медленно подняла голову.
 
— Приступим… — смертельно-обаятельно улыбнулся демон, — побежали…
Ноги подкашивались и перед глазами плыли зеленые круги. Лизавета мчалась по истерически вихляющейся и неровной дорожке прямехонько навстречу инфаркту. А хасс Тэйт бодрой рысцой скакал рядом и светским голосом сообщал:
— Еще один круг и прогулочный шаг.
Издевается гад, мрачно подумала Лизавета. Не люблю демонов, ох, как не люблю…
После двух кругов Кудрявцева практически легла ничком, земля ходила у нее под ногами ходуном, ноги превратились в желе, дышала она с хриплым присвистом, футболка прилипла к спине. А хасс Адар был свеж и бодр как майская роза.
— Пойдемте, подкачаете бицепсы. У нас имеется отличный агрегат, совсем новый. Вы не забыли, как вас «раздуло»? Давайте поддерживать вашу восхитительную форму во избежание непредвиденного, — и направился к тренировочной арене утягивая нервно-дышащую девицу в блок для упражнений. Распахнув перед ней двери, он гостеприимно махнул рукой. — Вот это мой любимый зал. Тут тренажеры на все группы мышц. Вы хотите на какой-то конкретный или сначала разогреетесь?
Лизавета с тоской повела взором вокруг себя. Больше всего любимому залу хасса Тэйта подошло бы название «пыточная», потому что абсолютное большинство здешних тренажеров походили на орудия изощреннейших пыток. Не говоря уж о том, что о назначении некоторых из них Лизавета просто понятия не имела. Проще всего было с теми, на которых имелись сиденья, типа велосипедного седла. А зачем вот эта башня из стали с системой блоков и наклонной доской у основания? У нее даже не было сил отказаться, и потому через пять минут она оказалась намертво замурованной среди грузов и рычагов, сидя в развратной позе на узеньком и твердом сиденье. После десяти жимов заболели руки, после пятнадцати — плечи, на двадцать пятом свело шею.
Когда этот черт освободил ее из адского агрегата, Лизавета уже практически смирилась с тем, что с ней делают. Пот струился по вискам, заливал глаза, и, когда она провела ладонью по щеке, на ней остались черные полосы пыли превратившееся в грязь. Лизавета торопливо вытерла лицо краем футболки и наткнулась на странный взгляд демона.
— Знаете, вы удивительная женщина, исса Лиза. Я не устаю поражаться тому, насколько вы естественны и непосредственны. Обычно девицы приходят на тренажеры с косметичкой и обливаются с ног до головы духами от которых нечем дышать. А вы такая хорошенькая, румяная, чумазая — нормальная!
Чумазая. Вот так-то. Критерий женской красоты — чумазая и нормальная.
Лизавета безропотно пересела на тренажер для бедер и стала послушно повторять все то, что говорил и показывал ей хасс Тэйт. От острой боли она заорала и инстинктивно попыталась сковырнуться с тренажера, забыв о ремнях, так что ничего не получилось. Хасс Адар перепугался и кинулся ее спасать, в результате они оказались в весьма двусмысленной позе на гимнастическом мате. Демон двусмысленности никакой не замечал и тревожно заглядывал ей в глаза, спрашивая:
— Больно? А здесь? Это у вас мышцу свело, это не страшно, я сейчас размассирую и все пройдет…
А вот начальника по безопасности, пришедшего упражняться, заинтересовала до боли знакомая конфигурация из двух тел на гимнастическом мате и характерные стоны, издаваемые кем? Он приблизился и изумился еще больше.
 
На мате лежала их новая преподавательница и стонала. Между ее широко разведенных ног стоял на коленях преподаватель по физподготовке в трусах и майке, сжимавший двумя руками бедро зеленоглазки и нежно массировавший его. Хаим Ширан с интересом склонился над спортсменами.