Эргоном: Восхождение берсерка (СИ)

Новый глава Серого клана явился спустя восемь минут. Было слышно, как он вошёл в соседнюю квартиру.
Я вытащил из сумки баллон с усыпляющим газом. К нему крепился тонкий шланг длиной тридцать сантиметров.
— Нужно отверстие под него, — сказал я Есении.
Она меня поняла. Встала, подошла к стене и приложила к ней ладонь. Показался зелёный дымок, и в обоях появилась дырочка диаметром в два сантиметра.
Просунув в неё трубку, я открутил вентиль. Газ был без запаха, так что почуять его в соседней квартире не могли.
Выждав минут пять, я кивнул Падшей.
— Дверь.
Девушка проделала её чуть правее.
— Прими вот это, — сказал я, протянув ей капсулу с антидотом. — Нужно разжевать.
Сам я проглотил такую же.
— Открывай.
Я вошёл первым. Гущина лежала на полу, а Каминский стоял возле неё на коленях. Когда он поднял на нас взгляд, лицо у него было встревоженным и удивлённым.
— Вы кто такие?! — проговорил он после короткой паузы.
Видимо, сразу не сообразил, что дверь, в которую мы вошли, только что появилась в стене.
Меня же неприятно поразило, что Каминский не вырубился вместе с любовницей. Но размышлять об этом времени не было. Тем более, что князь сориентировался на удивление быстро: перед ним возник клубок змей, которые с шипением бросились к нам!
Его Дар я уже видел у Кирилла. И читал о нём. Так что понимал: князь сможет и защиту выставить. Поэтому уклонился влево и обратился к Беру. Для этого требовалось секунд пять. Я ещё не умел призывать Дар так же быстро, как Каминский. Есения отпрыгнула к окну. Змеи промахнулись, но тут же раздались в стороны: часть атаковала девушку, а остальные — меня. Падшая запрыгнула на комод и выхватила пистолет, но пускать оружие в ход не торопилась: против змей пули бесполезны, а князя убивать ей приказа не было.
Я кубарем откатился к арке, ведущей в прихожую, выиграв требующееся для призыва Бера время. Синхронизация!
Когда призрак окутал меня, я ударил змей когтями. Посыпались срубленные головы.
Подпрыгнув, я полоснул по люстре. Посыпались куски конструкции и стекло, свет погас. Я тут же обратился к Тени.
Тем временем Есении пришлось перемахнуть на стол, чтобы избежать укусов змей. Каминский переместился вправо с явным намерением рвануть к выходу из квартиры.
В этот миг я исчез. Метнувшись к князю, пригнулся, чтобы избежать атаки змей, расползавшихся во все стороны. Каминский использовал защитную технику, развернув перед собой подобие змеиного капюшона. Я зашёл справа, подхватив с комода тяжёлую пепельницу. Резкий удар, и стекло врезалось князю в череп. Покачнувшись, тот начал падать. Змеи с шипением растворялись в воздухе.
Я подхватил Каминского, чтобы тело упало без стука. Не хватало, чтобы охрана услышала из-за стены нашу возню. Хорошо хоть уничтожение люстры их не привлекло.
— Принеси с кухни нож! — велел я спрыгнувшей со стола Есении. — Побольше.
Убрав пушку, девушка исчезла в недрах квартиры, но скоро вернулась, держа в руке нож. Я забрал его у неё и, опустившись на колени, тщательно вымерил угол, под которым могла бы нанести удар Гущина. Пришлось учесть рост обоих — и её, и Каминского.
— Она левша или правша? — спросил я.
— Минутку, господин барон, — Есения вышла на минуту. — Судя по расположению предметов на письменном столе — правша.
— Блокнот и карандаш возле телефона проверила?
— Да, Ваша Милость. Тоже справа.
Я вонзил нож в шею Каминского. Полилась артериальная кровь. Ещё три удара потребовались для маскировки. Ни один из них не был смертельным. Выглядело так, словно разъярённая девушка неуклюже била любовника, и один раз ей «повезло».
Протерев рукоять ножа, я вложил его в ладонь Гущиной.
— Зачем ей убивать князя? — спросила, глядя на инсценировку, Есения.
— Ревность. Каминский собирался жениться. Не на Гущиной. Она разозлилась и прикончила любовника.
— Люстра портит впечатление.
— Её разрушил Каминский. Случайно. Вообще, неважно. Объяснение найдётся.
— Почему князь не отключился от газа?
— Понятия не имею. Но подозреваю, что дело в его Даре. Видимо, он даёт устойчивость к ядам. Я этого не знал. Думаю, Каминские скрывают этот факт. Всё, хватит трепаться. Уходим. Тебя ещё ждёт ужин со старушкой. А вину надо дать время подышать.
   
Глава 39
 
Я ждал, пока Есения наплетёт старушке про обморок, выслушает жалобы на годы и здоровье, а затем наблюдал ужин с задушевными разговорами и распитием бутылки вина. Падшая пригубливала и старалась быть милой, а её собеседницу быстро развезло, она начала клевать носом и, в конце концов, отправилась спать, извинившись за то, что не смогла дольше составлять компанию. Всё это время я сидел в соседней комнате. Ни разу даже в Тень уйти не пришлось: хозяйка квартиры гостью одну не оставляла.
Когда старушка прикорнула, я вышел.
— Охрана Каминского начнёт беспокоиться минут через двадцать. Пора нам уходить. Отпечатки пальцев стираем.
Справились мы с задачей быстро — благо, особо ничего лишнего старались не трогать. Впрочем, подозрений на гостью пасть было не должно: с чего бы? Ну, поссорились любовнички да порешили друг дружку. Банальная бытовуха. Не считая того, что одна из жертв — новоявленный князь.
— Мне не оборачиваться? — спросила Есения, открывая дверь.
— Да, следуем тем же манером.
Препятствий не возникло. Охрана ждала обычного часа, когда князь покидает любовницу. И то стучаться начнут не сразу: мог же Каминский задержаться ненадолго. У нас в запасе было достаточно времени, чтобы убраться.
О происшествии объявили только вечером следующего дня. Я смотрел репортаж у себя в покоях. Кадров из квартиры не было, зато показали следователя, топившего за несчастный случай. Видимо, клан позаботился о том, чтобы Гущину не упоминали. Конечно, теперь её существование особой роли не играло: жениться на дочери Мошкова уже некому. Однако для Серых было бы конфузом, узнай все, что их главу прирезала любовница. Особенно учитывая, что поносить титул он успел без году неделю. О люстре, как я и предполагал, речи не зашло. Скорее всего, списали на Дар покойного.
Я не торопился предъявлять счёт Шуваловой. Хотя, уверен, она догадывалась, что без моего участия тут не обошлось. Время получить должок ещё не пришло. Нужно подготовить почву.
К тому же, были у меня и иные заботы. Лукьянов, объявивший награду за мою голову. Смерть посредника никоим образом данный факт не отменяла. Возможно, барон даже накинул денег к прежней сумме — за вредность, так сказать. Кроме него предстояло разобраться с боссами, зарящимися на территорию Емельянова. Тут я особых проблем не предвидел. Они и сами друг дружку мочили вполне успешно, хоть и грубо.
Несмотря на то что Емельянов предоставил информацию по своим конкурентам, отдел разведки всё равно получил задание собрать сведения о Василе и Сиплом. Так надёжнее.
Ночной клуб «Вишнёвый сад» готовился к открытию. Я собирался посетить его на днях, чтобы под видом проверки готовности найти вход в хранилище артефактов.
Есения учила меня фехтованию. Я инструктировал снайперов, как поражать цели, перемещаться и избегать ответного огня в городских условиях. Осваивали они это дело быстро, однако всё упиралось в отсутствие гулей. И эту проблему нужно было решать. Однако ускорить процесс возможным не представлялось: симураны не могли размножаться и расти быстрее.
В школе поставили пьесу Марины. Молчанова-таки получила главную роль и блестяще с ней справилась. Вся труппа в одночасье стала созвездием на Преображенском небосклоне. Фустова оказалась окружена толпой поклонников. Я, уйдя в тень (в переносном смысле), не мешал ей наслаждаться вниманием противоположного пола. Хомутов действовал решительно, напомнив девушке об их совместном прошлом и, кажется, угрозами отвадив наиболее опасных с его точки зрения конкурентов.
И всё же, план работал не так хорошо, как хотелось бы. День на третий после премьеры Марина поймала меня в вестибюле, отвела в сторону и спросила, настороженно глядя в глаза: