Украду твое счастье (СИ)

- Давай ее мне.
- Нет, пап, я хочу с мамой.
Мы со Стеной оба в шоке. Он смотрит на Яську, кивает.
Да уж, счастливая у нас семейка!
Выходим в коридор.
Я несу дочь Стены. Он ведет за руку моего сына.
Думаю – если нас сейчас кто-то догадается сфотографировать, то это будет сенсация!
«Стена – глава большого семейства», «Нога Бога» нашел жену», «Стенин вывел в свет новую семью».
Да уж. Не приведи, Господи!
В небольшом холле мы не сговариваясь останавливаемся. Смотрим друг на друга.
- А здорово я тебя мамочкой назвала, да?  Я просто хотела доктору подыграть. Он решил, что ты моя мама!
- Да, спасибо. – я удивлена, и тому, что она сказала и тому, как она прилично рассуждает для четырехлетки.
- Она у меня вообще смышленая девица. – говорит Егор, словно прочитав мои мысли.
А потом… потом Ярослава неожиданно прижимается сильнее и шепчет на ухо:
- Я бы хотела, чтобы ты была моей мамой, Витаминка!
* * *
«Я бы хотела, чтобы ты была моей мамой».
Почему мне так больно слышать эти слова?
Потому что я вообще не хотела, чтобы эта девочка родилась!
 Сейчас мне очень страшно вспоминать, но был момент, когда я так хотела несчастья для Снежаны!
Хотела, чтобы у нее случился выкидыш, хотела, чтобы она потеряла ребенка.
Звучит ужасно.
Это и было ужасно!
Сидеть на приеме в женской консультации и узнать от врача, что у меня угроза... Потом лежать на сохранении с гестозом, понимать, что можешь потерять малыша, которого хочешь несмотря ни на что, и… и желать такого же горя другой женщине!
Мне стыдно признаваться в этом, но это было!
Помню, как я рыдала, когда мама забирала меня из больницы. Рыдала, рассказывая ей о своих черных мыслях.
- Нельзя так, маленькая моя.
- Я знаю, мама! Знаю! Но… я не могу…
А все потому, что там, в больнице, в журнале у соседки по палате я увидела фото Егора и Снежаны.
Я знала, что Стена женился на ней. Знала, когда это случилось.
В тот момент я была с Иваном.
Вернее, не совсем с ним, конечно. Он мне просто очень помог тогда.
Я ведь, узнав о том, что Егор меня бросил, уехала к маме, мне было очень плохо.
Иван позвонил, сказал, что есть работа – ему предложили сняться в рекламе, он узнал, что для этой фотосессии ищут модель – девушку, и поставил условие – он готов сниматься, если возьмут меня. Так что я была утверждена без всяких проб.
Съемки были в Турции – снимали рекламу роскошного отеля в местечке Датча.
Красивое море, удивительная природа, шикарный отель, который мы рекламировали, и яхта, арендованная Иваном.
Он был очень предупредителен. О Егоре мы почти не разговаривали.
Фотосессия заняла совсем не много времени. Мы работали всего пару дней. Отель предоставил нам номера на неделю.
Мы загорали, купались, ходили на яхте в море, ездили на арендованной машине. В общем – это была не работа, а, скорее, отличный отдых.
Ваня тогда просто спас меня, помог прийти в себя. Правда, в конце концов мы с ним разругались. Потому что он предложил мне кое-что неприемлемое…
- Тебе нужно сделать аборт.
- Что? – рука сама собой потянулась, чтобы оставить на его щеке хлесткую пощечину.
- Зря, Витаминка. Не понимаю, почему ты продолжаешь быть такой идиоткой! Стена тебя предал! Врал тебе. Держал за дуру…
- Хватит, Иван, перестань…
- Не перестану! Как ты не понимаешь, глупая, - он прижал меня к борту яхты, - он попользовался тобой, и выбросил! Он женится на Снежане, ты в курсе? Свадьба через несколько дней!
Помню, как тогда почувствовала дикую боль в груди…
- Твой Егор подонок. Всем рассказывал, как соблазнил тебя. Как ты ему отдалась после шоколадки.
- Ты врешь. Он не мог! – я правда не могла в это поверить!
- Откуда я тогда знаю про бельгийский шоколад? Пралине, да?
- Прекрати!
- Это ты прекрати! И послушай! У тебя шикарные перспективы. Агентство, которое снимает эту рекламу готово заключить с тобой контракт. Ты сможешь посмотреть мир, заработаешь кучу бабла! Станешь знаменитой!
 
- Хватит, Иван, пусти!
- Не пущу! Не хочу отпускать, слышишь? Ты моя! Ты должна быть моей! Я хочу тебя! С первого дня, ты как наваждение!
Он пытался целовать меня, вернее я пыталась отбиться от его поцелуев.
- Прекрати, Ваня! Не надо!
- Надо, сладкая! Очень надо! Не могу больше ждать, ты нужна мне вся!
Он схватил меня, потащил по лестнице вниз, в каюту. Я стала кричать, понимая, что может произойти непоправимое. А Иван продолжал говорить, и его слова впивались в кожу обжигающими иголками.
- Егор сейчас с ней! Наверняка они в постели! Снежанка говорила, какой он горячий, страстный. Ты же в курсе, что она тоже беременна? И ее ребенок Егору нужен, а твой нет! Так давай решим проблему?
- Прекрати! Пусти!
- Сделаешь аборт, делов-то? Срок у тебя небольшой ведь, да? Еще можно решить проблему таблетками! Очень просто. Ты молодая, красивая, зачем тебе ребенок сейчас? А потом у нас будут дети! Сколько хочешь, два, три, пять!
- Оставь меня!
- Не оставлю. Все! Хватит ломаться! Или ты все еще надеешься, что Стена вернет тебя? Ты знаешь, что ему пообещал отец Снежанки? Шикарный контракт с клубом, игры в сборной и долю в семейном бизнесе! А что ему можешь предложить ты?
Он уже почти затолкал меня в каюту, когда появился капитан яхты – немолодой уже турок.
Капитан потребовал, чтобы Иван меня отпустил, пригрозил полицией. Ваня хотел было пободаться с ним, но не тут-то было. К нам быстро спустились еще два человека команды. Они помогли.
Позже, уже в отеле, Иван попытался извиниться передо мной. Просил, чтобы я забыла о его позорном нападении, признавался в том, что с ума по мне сходит, что готов на все, чтобы я была с ним.
Я не хотела его видеть. Уехала на следующий же день, тайно, не прощаясь.
Правда, потом он пару раз приезжал в мой родной город. Все еще пытался наладить контакт.
Я простила его. В конце концов, понимала, что, наверное, в чем-то по-своему он был прав.
Я не нужна была Егору. И мой ребенок не был нужен ему.
Ребенок был нужен мне. Мой ребенок. Мой малыш. Только мой.
Я родила моего мальчика в конце декабря, под Новый год. Дочь Стены родилась примерно в это же время.
Девочка…
Я так хотела, чтобы девочка была у меня! А получилось наоборот.
Но я совсем не жалела!
Когда мне на грудь положили серьезного, пухлощекого, красного карапузика, я была так счастлива, что забыла обо всем на свете.
Еще в роддоме подумала, что назову его так, как хотел его отец. Матвей.
Почему я сделала это? Не знаю. Честно, сама не знаю. Просто в какой-то момент подумала – раз он хотел назвать первенца в честь деда – пусть так и будет.
Если бы я знала, что он назовет дочь именем, о котором мечтала я!
Странно, что в СМИ никогда не упоминали имени ребенка, думаю, Егор хорошо заплатил, чтобы этого не было. Он вообще прятал девочку от прессы. И я могла его понять. После шумихи с опекунством, ему наверняка хотелось спрятать ее от всех.
Честно, меня мало интересовала его дочь.
Вообще не интересовала.
Да и он тоже.
Нет. Вру. Самой себе вру. Как раз Егор меня интересовал!
Мне очень хотелось, чтобы он не был счастлив! Хотелось, чтобы он страдал!
Я злорадствовала, когда в прессе на него выливали очередной ушат грязи!
Думала – так тебе и надо, Стенин! Так и надо!
Мне казалось, что судьба мстит ему за меня.
Сейчас смотрю на него и думаю – и чего я так испугалась в парке?
Дурочка.
Это просто был шок. Я его не боюсь.
И сына он у меня не заберет.
«Я бы хотела, чтобы ты была моей мамой»
А вот к этим словам я точно не готова.
Как не готова и к тонким ручонкам, которые обвивают мою шею. И к мягким сладким губам, прижимающимся к моей щеке.