Властный (ЛП)

— Что случилось? Поезжай в больницу, Торрин, мы встретимся с тобой там. Или приезжай сюда, не оставайся дома одна. — от паники в ее голосе я поежилась. Я любила свою сестру и не хотела, чтобы она боялась, особенно за меня, но интуиция подсказывала не рассказывать ей всего. Был ли это страх, что у Оникса возникнут проблемы с законом или что-то другое, я не знала. Но сказать я не могла.
— Я попала в аварию, а Оникс нашел меня.
— Но… — начала Кеннеди, но я продолжила.
— Кеннеди, я люблю тебя, но больше ничего не могу рассказать. Просто знай, что я в безопасности.
— Поговори со мной, Тор! — умоляла она.
— Сегодня был адский день, Кеннеди. Как долго ты сама скрывала от меня свои секреты? — резко возразила я. Я не хотела причинять ей боль, но и не хотела упускать этот шанс с Ониксом. — Обещаю, что скоро расскажу тебе обо всем, но пока знай, что я в безопасности. И еду домой отдыхать.
Ее глубокий вздох был наполнен облегчением и долей гнева. У нее были свои секреты по поводу ребенка, а у меня с Ониксом свои. Если бы кто-нибудь спросил меня полгода или год назад, стала бы я когда-нибудь скрывать что-либо от Кеннеди, то, безусловно, ответом было бы «нет». Однако происходящее между мной и Ониксом мне хотелось защитить и сохранить в секрете.
— Ладно. Я как раз направляюсь к тебе домой. Встретимся там.
— Нет. — я прочистила горло. — Я еду домой к Ониксу, Кеннеди, а не в свою квартиру.
— Но ты сказала, что едешь домой…
Улыбаясь, я ответила:
— Да, я еду домой. Я позвоню тебе завтра и расскажу, что происходит. Крепко поцелуй Элли от меня. Люблю вас. — я слишком устала, чтобы обсуждать все это с ней сегодня.
— Я тоже тебя люблю, но, просто для твоего сведения, я не в восторге от того, что ты от меня что-то скрываешь!
Она знала, что с Ониксом я в безопасности. Хотя я никогда не рассказывала ей всего о своем пребывании в поместье, она знала, что с ним я всегда была под защитой.
— Принято. Кстати, было время, когда и ты тоже кое-что скрывала от меня. В конце концов, все твои мечты сбылись, и, возможно, сейчас сбываются мои. Так что пока.
— Пока. — тихо ответила она, понимая, к чему я клонила.
Я сбросила звонок и хотела положить телефон на место, но Оникс остановил меня.
— Зайди в «контакты» и нажми на имя «Пакстон», затем включи громкую связь.
У меня начала кружиться голова от того, что он разрешит мне услышать их разговор. Это была привилегия, которую Оникс никому и никогда не позволял. Это лишь заставило меня полюбить его еще сильнее.
— Да. — раздался на другом конце провода глубокий голос, который я помнила еще с того дня, когда он приходил в дом моей сестры.
— Джеймса нет. Нужно навести порядок в ангаре.
— Черт! — прогремел Пакстон. — Ты в порядке?
— Ага.
— Больше можешь ничего не говорить. Я разберусь со всем. — связь прервалась. Их отношения ставили меня в тупик, но об этом в другой раз.
Поездка не заняла много времени, и как только Оникс припарковал внедорожник, то велел:
— Сиди здесь. Я занесу тебя внутрь.
— Оникс! Я вполне в состоянии ходить сама.
Его глаза сузились, когда он посмотрел на меня.
— У тебя ушибы, и что я тебе говорил насчет лжи?
— Это не ложь! Я правда могу идти сама.
— Но тебе больно?
Я прикусила нижнюю губу.
— Да, но ты про это и не спрашивал.
Улыбка за считанные секунды превратила выражение его лица из угрожающего в загадочное.
— Я отнесу тебя, детка.
Румянец залил мои щеки. Это был первый раз, когда он назвал меня так, и черт возьми, я снова почувствовала себя подростком. Он обошел машину, открыл мою дверцу и с легкостью поднял меня на руки. Оникс отпер дверь, все еще удерживая меня. Обвив руками его шею, я положила голову ему на плечо, вдыхая его запах.
Оникс внес меня внутрь, и у меня перехватило дыхание. Стены были окрашены в голубовато-серый цвет, который выглядел почти как цвет камня.
— Ты покрасил стены?
— Не я, пришлось нанять людей.
— Почему? — любопытство взяло надо мной верх. Это были огромные изменения, и дом выглядел намного уютнее.
 
Он наклонился ко мне, касаясь своими губами моих.
— Без тебя все было безлико.
Слезы навернулись на мои глаза, когда Оникс нежно поцеловал меня, наши языки сплелись между собой, и мое тело ожило после трехмесячного воздержания. Я подумала, что он отнесет меня в спальню, но вместо этого Оникс направился в сторону библиотеки.
Дверь была открыта, и у меня отвисла челюсть от увиденного. Книги! Они были повсюду, начиная с самой высокой части книжного шкафа, которая практически касалась потолка, и заканчивая полом. Во всем помещении пустовали лишь две полки.
Стены были выкрашены в тот же цвет, что и входная дверь, но здесь было так много полок, которые теперь переливались всеми цветами радуги, что их почти не было видно. Под диваном и двумя стульями лежал огромный цветной ковер. Диван остался белого цвета, тот самый, на котором мы с Ониксом впервые занялись сексом. А стулья были в синих, серых и черных тонах.
Я была сбита с толку.
— Тут так красиво, Оникс!
Он сел на диван, потянув меня за собой и усадив на себя сверху.
— Вон те полки, — он указал на дальнюю стену, — это книги из твоей предыдущей квартиры. Тебе так нравилась эта комната, даже несмотря на то, что сюда запрещено было заходить. Я хотел, чтобы в доме хоть где-нибудь осталась частичка тебя.
Слезы градом потекли по моему лицу от его признания.
— Ты хотел, чтобы я была здесь, рядом с тобой?
Оникс обхватил меня за шею, притягивая к себе и целуя в губы.
— Да.
— Ты не звонил и не приезжал. — разочарование было трудно скрыть.
Он пальцами откинул прядь волос с моих глаз.
— Нужно было, чтобы ты сама это сделала. Я больше не хотел тебя заставлять, как раньше.
С моих губ сорвался тихий смешок.
— Я ждала тебя, а ты, получается, ждал меня. Мы так облажались, Оникс!
— Нет, детка. Не облажались. Я испытал самые настоящие чувства. Раньше со мной такого не было.
Целовать его было моим любимым занятием. Это было волнующе и словно связывало нас еще сильнее. Именно это я чувствовала, находясь рядом с этим мужчиной. Привязанность. Будто у нас была такая связь, которая обжигала душу. Когда мы прижались друг к другу, целуясь, я чувствовала себя самой счастливой на свете. Такой же счастливой, когда родилась наша Элли.
Я зашевелилась и застонала от боли, разрушая чары, под которыми мы находились.
— Ты идешь в постель, а я позабочусь о твоих ранах. — сначала он вытащил свой телефон и набрал номер, прежде чем я успела возразить. — Ты нужен мне дома. Код — 1410. Заходи и поднимайся в мою спальню.
Я ахнула, когда он повесил трубку.
— Ты дал ему код от ворот в поместье? Ты случайно не заболел?
— Детка, я сделаю ради тебя, что угодно. — Оникс поднялся, держа меня на руках. — И я просто сменю его, когда доктор уйдет. Этот код предназначен для гостей, и я его постоянно меняю. Так я могу отследить, кто входит и выходит из поместья. Поэтому тут безопасно и чужие зайти не смогут.
— Через сколько приедет врач?
Он пожал плечами.
— Пятнадцать-двадцать минут.
Я лукаво улыбнулась. Да, было больно, но мне хотелось побыть с Ониксом. Нам нужно было вернуться к тому, с чего все это началось. Мне нужно было почувствовать его внутри.
— Сядь, Оникс.
Он изогнул бровь.
— Детка, твои приказы не очень-то на меня действуют.
— Оникс! — предупредила я, и он улыбнулся.
Когда он сел, я оседлала его. У меня болели ноги и спина, но ничто не могло удержать меня. Я бы вытерпела боль, слезы или что бы то ни было еще, чтобы обрести эту близость с ним, которой мне так долго не хватало.
Он положил руки мне на бедра.
— Ты нужен мне, — прошептала я. На мне была лишь его футболка. Я отбросила ее на пол, и Оникс зарычал в ответ.
— Мне больно видеть все эти синяки на тебе.