Оборот первый (СИ)

На экране появился цифровой код. Принцесса, поглядывая на него, принялась тыкать в кнопку на собственном браслете. Ей приходилось каждый раз перебирать цифры заново, а, дойдя до нужной, удерживать кнопку. Звезданись интерфейс.
Я положил руку ей на колени, чтобы поудобней было. И заметил, что принцесса покраснела. Ей-богу, как дитё малое… Не удержавшись, погладил коленку. Принцесса ещё пуще залилась краской и с набора сбилась. Пролепетала:
— Не отвлекайте меня, пожалуйста.
— Не буду, — стараясь не улыбаться, пообещал я.
Принцесса мне всё больше нравилась. Так забавно смущалась. Обнять бы её, поцеловать, чтобы привыкала потихоньку — но ведь опять, бедняга, собьётся… Я любовался нежной кожей и россыпью мелких веснушек на курносом носу и скулах.
— Готово, — наконец объявила принцесса. Приказала браслету: — Голосовая связь, — и протянула мне наушник.
Знакомый треск. И настороженный голос Шарля:
— Слушаю.
— Шарль, это Костя. Я с другого номера, мой заблокировали.
— Господи, что случилось?!
— Долго объяснять. В общем, я сейчас в космопорту.
— Почему?! Ты ведь должен…
— Я уже ничего не должен. И я тут не один.
— А кто с тобой?
— Неважно. Нам нужно на корабль. Расскажешь, как его найти?
— Ты с полицией?
— Нет.
— А с кем?
— С невестой.
— С какой ещё… о, господи. Пожалуйста, Костя. Скажи, что это не та девушка, о которой я думаю!
— В твоём возрасте о душе пора думать, — проворчал я. — Как нам на корабль попасть?
— Костя, не увиливай! С кем ты там?
— Добрый ночи, Шарль, — вмешалась принцесса. — Это принцесса Розалинда. — Уф-ф, ну хоть напомнила, как её звать. А то у меня с именами и так-то не очень, а тут от нервов совсем из головы вылетело. — Нам с Костей действительно очень нужно попасть на ваш корабль.
* * *
До корабля мы, следуя указаниям Шарля, добирались ещё с полчаса. Головы оторвать тем, кто так космопорты строит, без навигации в жизни бы дорогу не нашли.
Уже знакомым мне путём, через грузовой трюм, прошли в рубку.
— Здравствуйте, принцесса, — глядя на мою спутницу во все глаза, поздоровалась тян, — меня зовут Фи…
— Фиона, — торопливо вмешался я, — моя десятая жена. А это принцесса Розалинда.
— Очень приятно, — вежливо сказала тян. И только после этого возмутилась: — Почему это десятая?!
— Потому что между девятой и одиннадцатой. Слушай, тут такое дело… — Я цапнул тян за рукав и попробовал отвести в сторону. В тесноте рубки получилось не очень, но принцесса тактично отвернулась и принялась разглядывать приборную панель. Изображать интерес у неё получалось здорово, вот что значит аристократическое воспитание. Я почти поверил, что ничего любопытнее, чем два ряда потёртых кнопок и перекошенных рычагов, в жизни не видела. — В общем, нам с принцессой срочно нужно уединиться.
Тян распахнула глаза:
— Зачем?
— Мы полюбили друг друга и хотим проверить чувства.
— А… — помолчав, начала тян. — А. То есть, я понял, но почему здесь?
— Во дворце неудобно, там охрана кругом. Еле вырвались. Дело сделаем, да назад. — Я решил обойтись без подробностей. — Короче. Как мужик мужика прошу: посиди пока у себя. Окей?
— Ну… ладно, — нерешительно согласилась тян, — а…
— Костя! — загремел из монитора возмущённый голос Шарля, — ты с ума сошёл? Что ты ещё затеял? Зачем ты её сюда привёл?
Принцесса взвизгнула. Я бросился к ней.
— Не бойся! Это Шарль. Он у нас, того… социофоб. Живых людей боится, из каюты не выходит. Через динамик разговаривает.
Принцесса выдохнула. Покаялась в пространство:
— Извините, что помешала! Честное слово, я вас очень хорошо понимаю. Сама терпеть не могу живое общение.
— Я когда-то читал лекции многотысячной аудитории, — сухо отрезал Шарль, — и, уверяю вас, никаких затруднений не испытывал.
— А потом тебе прострелили колено, — напомнил я. — Забыл, что ли, кто ты такой?
— Ох, ну да, — спохватился Шарль, — действительно. В результате… э-э-э… жестокого нападения грабителей моя внешность изменилась до неузнаваемости. С тех пор я стал очень стеснительным человеком.
 
Принцесса сочувственно ахнула и покачала головой.
— А потому что не фиг было выделываться, — мстительно напомнил Шарлю я. — Тогда бы никто на тебя не нападал! И я, между прочим, давно бы дома был, а не по всяким стрёмным дворцам шарахался. У них там гиены, между прочим. Вместо зубной пасты — мыло, и стражник в тюрьме бухлом барыжит.
— Что-что? — встрепенулась принцесса.
— Ничего, — спохватился я. Надо же, чуть не порушил дядьке бизнес. Ей-богу, не хотел. — Гиены, говорю, у вас по ночам здоровые шастают.
Принцесса обиженно поджала губы.
— Они дрессированные! Это специально выведенная порода, нам их из мира С-26711/Bпривезли. Идеальные уборщики, и очень милые, ласковые животные.
— Да ладно, не дуйся. — Я обнял её за талию. — Понимаю, что тебе выбирать не приходится, с такими родственничками и гиена — котик. Идём?
Принцесса под моей рукой напряглась, как каменная, но нашла в себе силы не отшатнуться. Когда потащил в сторону каюты, послушно засеменила следом.
— Костя! — возопил Шарль. — Это то, о чём я думаю?
— Думай потише, — попросил я, — с ритма собьёшь.
Дойдя до каюты, захлопнул за собой и принцессой дверь. Объявил:
— Ну, вот мы и одни. — Покрутил головой, пытаясь определить, где тут находится динамик. Не нашёл и, прибавив голосу внушительности, озвучил в пространство: — Мы с тобой, да лазерный тесак.
— Что? — удивилась принцесса.
— Так, одна полезная штука. И если кто-то сомневается, что я быстро найду ей применение, — я снова постарался, чтобы прозвучало внушительно, — зря он это делает, ей-богу.
Шарль в динамике чуть слышно вздохнул. А может, показалось. Ну да чёрт с ним. Не услышать он не мог и выводы, надеюсь, сделал.
— Ничего не понимаю, — сказала принцесса.
— Тебе и не надо, — успокоил я.
Наклонился к ней и поцеловал. Думал, отпрянет с перепугу. Но ничего, не отшатнулась. Только застыла опять, как будто я манекен целую. Не вырывается, но и отвечать — даже не думает.
— Не, подруга, — оторвавшись от губ принцессы, сказал я, — так дело не пойдёт.
— Почему?
— Потому что у меня с резиновыми женщинами хреново получается. Не складываются отношения, хоть ты убейся.
— Что?
— То, что если так и будешь стоять, как Родина-мать над Волгой, ни фига у нас не выйдет! Так и потопаешь домой невинной.
Принцесса нахмурилась:
— А что я должна делать?
— Для начала расслабься. — Я провёл руками по её плечам. Попытался пригладить кудряшки — они оказались на удивление мягкими. И непослушными — ни одна тёмно-рыжая пружинка распрямляться не желала. Похвалил: — Классные у тебя волосы.
— Ох, терпеть их не могу, — вздохнула принцесса, — сплошная морока.
Но покраснела немножко, уже хорошо. Я зарылся пальцами в её волосы, принялся легонько массировать затылок. Скоро ресницы принцессы дрогнули, глаза прикрылись. Вот-вот замурлычет от удовольствия.
— Приятно? — наклоняясь к ее уху, шепнул я.
— Да, — выдохнула принцесса.
— А будет ещё приятнее. Только не напрягайся, ладно? И брось свои загоны про «я неопытная», и всё такое. В этом деле, чтобы опыта набраться, много ума не надо, мне в первый раз вообще четырнадцать лет было.
— Правда?! — Она аж глаза распахнула.
— Угу.
Приврал, конечно. Шестнадцать мне было, даже почти семнадцать. Только кто проверит-то? Уж здесь, в Нимире, точно никто.
— Не думай ни о чём, — снова наклоняясь к уху принцессы, прошептал я. — Просто делай, что хочется, — и снова её поцеловал.
В этот раз получилось лучше. Я почувствовал, как принцесса подалась ко мне. Чуть заметно, может, на сантиметр сдвинулась, но на самом деле это был ого-го какой шажище.
Я крепче обнял её, прижал к себе. Почувствовал, как тело принцессы под моими руками становится податливым. Как шевельнулись её губы, раскрываясь и неумело отвечая на поцелуй.