Во власти шторма (СИ)

— Иваныч в реанимации.
— Что случилось? Почему?
— Машина сбила, состояние тяжёлое.
— О, Боже! Жалко как… Есть шансы?
— Никто ничего не обещает… Мне нужно уехать. Вернусь завтра.
— Куда?
— В Краснодар, у меня там срочное дело, переночую в отеле, завтра подпишу документы и домой.
— Ладно, я тогда Аню приглашу к себе на ночёвку. Арсен уехал, она тоже одна.
— Угу. Спасибо за ужин, пойду собираться, — целую жену и иду в душ.
На выезде из города из-за ремонта дороги простоял больше часа, плюс час по серпантину, ни конца, ни края. Главное, в сторону города почти пустая колея, а на выезд немыслимое количество машин, ползём, всё время сплошная. Ещё и дождь начинается, беру телефон набрать врача, но он начинает вибрировать в руках входящим вызовом. Никита.
— Влад, я в «Медузу» зашёл, а тут Алина с Анькой отрываются по полной.
— Что?!
— Пьяные, пи*дец! А ещё в клубе зависает один из охранников Виктора Петровича. Ты же понимаешь, что всё будет доложено поминутно.
— Бл*дь! Постарайся отвезти её домой.
— Я пытался сказать хоть что-то, но она мне сказала, чтобы я шёл к тебе в баню.
— Что за бред?
— Сам нифига не понял.
— Присмотри, постараюсь быстрее приехать.
Поворачиваю назад через сплошную, выжимаю газ на максимум. Что вообще происходит? Она что, сошла с ума?
  
Глава 32
 
Алина
Аня приходит почти сразу после отъезда Влада. Мы не виделись со дня свадьбы, заказываем пиццу, открываем бутылку вина и рассказываем друг другу последние новости. Оказывается, Арсен не сказал ей про тренера, она сокрушается, жалеет Иваныча и возмущается, что разговаривала с Мусаевым сегодня по телефону, а он промолчал.
— Может, не захотел расстраивать?
— Знаешь, он в последнее время вообще изменился. У него кто-то есть. Часто стал пропадать, реже звонит, мы больше не бываем, как раньше, сутками вместе.
При этих словах, голос подруги ломается, ей хочется плакать. Она надпивает вино, глубоко вздыхает, а потом горько усмехается.
— Раньше я крутила парнями, как хотела, а теперь вот сама страдаю от такого отношения.
— Может, ты ошибаешься? Попробуй просто поговорить, чтобы не гадать на кофейной гуще.
Аня машет головой.
— Нет, не ошибаюсь. Несколько дней назад я позвонила ему ночью, а она взяла трубку и сказала, что он в душе.
Из её глаз начинают капать крупные слёзы, несколько прямо в бокал, моё сердце щемит такая обида, что я тоже начинаю плакать.
— Ань, зачем он тебе тогда? Рано или поздно, тебе придётся с ним расстаться.
— Я его люблю.
Никогда не слышала такого от Агинян, для меня это прямо открытие. Она больше не бравирует своим вечно хорошим настроем и пофигизмом, просто обиженная влюблённая девушка, которую предали. А я ведь знала, что так будет, мне Влад давно сказал, а я промолчала. Чувствую себя сейчас так паршиво, встаю, обхожу стол, обнимаю её.
— Куда только делась моя вечно бойкая подруга? Может, ну его? Найдёшь другого?
— Найду, но не уверенна, что смогу его забыть.
Понимаю её, как никто, я бы тоже не смогла.
— Наливай ещё, а то сейчас скиснем, — сквозь слёзы улыбается Аня.
Наполняю бокалы, чокаемся, выпиваем. Она рассказывает, как они мирились на нашей свадьбе в детской комнате, по моему совету, как потом он исчез на два дня, затем приехал, как не в чём не бывало. На столе оживает её телефон, она открывает смс и зависает. Глаза ползут вверх, лицо резко вспыхивает жаром.
— Что случилось? — с опаской спрашиваю я.
— Они в бане…
Протягивает мне телефон, предварительно добавив звук.
На видеоролике, длинною не больше минуты, Арсен с девицей на руках, и Влад, небрежно закутанные в простыни сидят за столиком с бокалами пива в бане, за спиной у них дверь в сауну и бассейн. Из этой самой двери выходит ещё одна девушка, она абсолютно голая. Подходит к Владу и тоже усаживается ему на руки, он обнимает её за талию, она целует его в шею, видео прерывается на его пьяной довольной улыбке.
Боль диким пламенем накрывает с головой и сжигает дотла, холодными руками выпускаю на стол телефон, поднимаю глаза на подругу.
 
— Кто это прислал?
В её неподвижно остановившихся глазах полная потерянность.
— Я не знаю, номер незнакомый. А куда Влад сказал, что он поехал?
— По работе, в Краснодар, — отвечаю безжизненным голосом.
— Все они одинаковые, а ещё совсем недавно кольцо надевал и в верности клялся… Прости, не нужно было, чтобы ты это видела…
Мой шок сменяется гневом, я снова хватаю телефон, пересматриваю видео. Влад пьяный, глаза с поволокой, мне хочется вырвать от этой картины. Как же он умеет запудрить мозги! Пару дней назад так убедил меня в своей верности, что ни единого сомнения не осталось. Надо же так искусно врать! Мне тяжело дышать, отрезвляющая действительность стучит по вискам, не могу унять дрожь. Холодными руками выливаю себе в бокал оставшееся в бутылке вино, выпиваю залпом и швыряю бокал о стену. Он разлетается мелкими осколками нам под ноги. Аня вскакивает, хватает меня за руки, пока больше ничего не полетело следом.
— Всё, прекращай. Алина! Это не поможет. Пойми, мужики они такие, их не переделаешь.
— Предлагаешь, сделать вид, что всё нормально?
— А ты хочешь расстаться с ним? Из-за этого? Не будь дурой, Алька!
— Я как раз сейчас себя дурой и чувствую! — плачу и не понимаю, как можно такое простить? Как с этим жить? — Перекинь мне видео, пожалуйста, чтобы было что предъявить по приезду.
Аня пересылает смс, кладёт телефон в сумочку, а мой откладывает на столешницу кухни.
— Не смотри. И не мучай себя этим. А знаешь что? Давай съездим куда-нибудь, выпустим пар, а то так и крышу сорвёт.
— Куда?
— Вообще неважно. В «Медузу», например, оторвёмся, выплеснем негатив. А что, только им можно? Козлы!
Не знаю, какой рычаг даёт во мне полный ход, но я иду, умываюсь, надеваю короткое красное платье, наношу макияж. Вызываем такси и едем в клуб.
В «Медузе» добавляем к выпитому ещё по коктейлю, идём танцевать, отрываемся по полной программе. Люди, лица, звуки, неоновые блики, всё смешивается в одну картину и плывёт. Я тоже плыву, полное опустошение лишает меня возможности что-то чувствовать, кроме головокружения. Это фиаско. Я не знаю, как и что дальше будет. Без него моя жизнь в опасности, с ним я жить не смогу.
Кто-то разворачивает меня лицом к себе. Я чуть не падаю, меня штормит, я не крепко держусь на ногах.
— Алина! Вы что вы здесь делаете? Влад знает?
— Никита! — улыбаюсь я — а ты что тут делаешь? Твои друзья нашли себе занятие поинтереснее.
— Давай отвезу тебя домой, ты перебрала.
— Вези свою барышню очередную, а я сама решу, что мне делать.
— Завтра весь город будет говорить, что пьяная жена Волкова отплясывала одна в клубе.
— Шаталов, иди ты в баню к своим дружкам. Они только начали, ещё успеешь.
Он машет головой и отходит, потом я не вижу его больше. Я вообще уже ничего не вижу, всё вокруг кружится и двоится. Тяну Аню за столик. Садимся, смотрим друг на друга и начинаем истерически смеяться.
— Пить ещё будем? — спрашивает она.
— Нет, я рухну под стол, если выпью хоть глоток.
Снова смеёмся. Потом беседуем на тему, какие мужики все сволочи, и снова идём танцевать. Трек за треком двигаюсь на износ, не чувствую течения времени, запахов, звуки тоже теряют чёткость, устала, хочу спать.
В какой-то момент мне кажется, что я схожу с ума, вижу перед собой Влада.
— Что ты здесь делаешь?! — нависает надо мной.
Сквозь туман алкоголя понимаю, что это не сон. Он здесь. Значит, был совсем радом.
— А ты уже вернулся из Краснодара? — пытаюсь говорить с сарказмом, но язык заплетается и у меня получается плохо.
Он хватает меня за руку и тащит на выход. Идёт с такой скоростью, что мне на своих каблуках приходится за ним бежать, у меня подворачиваются ноги, состояние не предусматривает возможности таких скоростей. Когда оказываемся на улице, вижу его машину прямо у входа, как он заехал на набережную? Сюда же не пускают машины.