Только твоя (СИ)

Едва держусь, чтобы не высказать, что мы вообще никакой вариант не рассматриваем. Я не люблю говорить о детях. Я только закончила универ!
И… возможно она права. Наверное, где-то на интуитивном уровне я категорически не хочу связывать себя и Игната ребенком. Потому что это то, что точно никогда нельзя откинуть как неважное и перечеркнуть. Мама и папа всегда будут ребенку мамой и папой, независимо, вместе они или порознь, и какие у них отношения.
Так теперь связаны Ийя и Дамиан…
Кое-как выдерживаю полтора часа "радушного" застолья, терпеливо слушаю "мудрые" советы и с огромным облегчением убегаю, когда подходит время.
Само собой Марина Александровна не слишком довольна, что я пойду на встречу со старой подругой одна, ведь "они с Сережей всю жизнь рука об руку", но здесь повлиять она бессильна.
Игнат как обычно солидарен с мамой – ведет машину насупившись, бросая то и дело на меня косые взгляды. Пытаясь, наверное, увидеть на моем лице отпечаток предвкушения встречи с бывшим.
Хочу ли я увидеть его? Большой вопрос. Одна часть меня, отвечающая за сердце, хочет этого, просто снова на него взглянуть, посмотреть, как он изменился. Ведь тех минут в супермаркете было катастрофически мало. А другая моя часть – разум, против, потому что это точно ни к чему хорошему не приведет.
Смогу ли я сделать вид, что мне все равно? Точно смогу?
Но я должна. У меня просто нет выбора.
Когда подъезжаем к дому, адрес которого мне скинула в смс Ийя, я едва держусь, чтобы скрыть бешеное волнение. Сердце носится по грудной клетке свихнувшийся птицей.
– Значит, тут они живут… – изрекает Игнат и оценивающе осматривает дом. – Ну, неплохо. У твоего бывшего есть вкус. Соскучилась?
– Это не смешно, – цежу сквозь зубы. – Я здесь только из-за подруги.
Выхожу из машины и громко хлопаю дверью. Иду по тропинке к воротам.
– Через сколько за тобой заехать? – летит в спину.
– Не утруждайся, вызову такси.
Мотор позади заводится не сразу, Игнат стоит и чего-то ждет. Но мне уже плевать на него, мои мысли сосредоточены на деревянных качелях подвешенных за ветку дерева, на большой яркой горке и наполненной игрушками песочнице.
Возле закрытых ворот гаража стоит огромный черный внедорожник, и мне кажется странным, что выбор Дамиана пал на эту помпезную марку. Казалось, что он не из тех, для кого важна показуха.
Хотя, хорошо ли я его знала?
– Ви! Ты пришла! – визжит Ийя и бегом летит ко мне через лужайку. В руках наполненный бокал, глаза блестят. – Чуть-чуть опоздала, но это мелочи.
– Мы были на ужине у родителей Игната. То есть, у Марины Александровны.
– Да, слышала про его отца. Бедолага. Игнат! – смотрит за мою спину и активно машет рукой. – Привет!
И вот только теперь раздается нервный рык мотора.
– У тебя красивый дом, – язык не поворачивается сказать "у вас". – Большой.
– Угу, внутри еще круче. Сейчас посмотришь или давай сначала у бассейна побалдеем?
– Бассейн? Кучеряво живешь, – улыбаюсь через силу. – Одна вот та тачка чего стоит.
– А, это моя! – расцветает. – Пошли, поболтаем, наконец.
– А где Алиса?
– Так она с няней гуляет у моря. Скоро придут. Пошли, – приобнимает меня за талию и тащит к воде.
Смотрю аккуратно по сторонам – Дамиана нигде не видно. Дома он, нет, я не знаю. И это ожидание встречи сводит с ума.
– Бери, вот тут напитки, канапешки, – пихает мне в руки стакан. – Чин-чин, за встречу!
Это Ийя и словно не она. Потому что никогда в присутствии подруги я не испытывала настолько противоречивых чувств. Я должна быть ужасно рада ее видеть, рада примирению, но это не так. И виной тому парень, который в итоге выбрал ее, а не меня.
В курсе ли она, что между нами было?
Или он отделался общими фразами и они не поднимали тему наших с ним отношений?
Знает ли она, что это было не обыкновенное расставание и что он меня бросил?
За спиной, у ворот, раздается шуршание шин, и нервы натягиваются словно расстроенные струны.
Это ОН…
Резко оборачиваюсь и… нет, просто кто-то проехал мимо.
 
– … мне и моим девочкам.
– Прости? – возвращаю внимание Ийе и пытаюсь включиться в беседу. – Что тебе? Каким твоим девочкам?
– Ну, – трогает ладонями буфера и хихикает. – Всю жизнь же мечтала, помнишь? Теперь они у меня есть. Купила нам новое бикини.
Так она про грудь?
Девочки?
Нам?!
– А у тебя как жизнь вообще? Что интересного там в Москве было? Слышала, клубы там шикарные.
– О, да, просто огонь, – подтверждаю, умалчивая, что ни один из них не посетила. Снова невзначай оборачиваюсь, озираюсь по сторонам…
Мне кажется, Ийя с любопытством наблюдает за мной в этот момент. Но не со злостью или ехидством, просто смотрит и подмечает мою нервозность.
К воротам подходит женщина с коляской, в которой сидит маленькая Алиса. Не могу сказать, что девочка копия Дамиана, скорее, они даже не похожи, но она его дочь. И от одного этого осознания бегут мурашки.
– Быстро они что-то. Отдохнуть не дадут, – ворчит Ийя, и я не могу понять – она что, не рада собственной дочери?
– Ийя Давидовна, я пойду, хорошо? Сын с невесткой приехали. Уже заждались.
– Конечно, Зоя, иди.
Няня передает подруге вместительную сумку с детскими принадлежностями, коляску, прощается и уходит. Малышка от чего-то начинает хныкать, кажется, мамины руки не самое уютное для нее место.
– Ну Алиска, хватит ныть, у нас гости вообще-то. Смотри, это тетя Виолетта. Скажи приве-е-ет.
Девочка смотрит на меня заплаканными голубыми глазами и кажется, не слишком рада знакомству.
– Беременность – это треш, конечно. Боялась, что растяжки до шеи вылезут, пузо было размером с дирижабль. Вроде бы такая кроха, да? А еще будучи в животе есть требовала каждый час. Я пятнадцать килограмм набрала, еле скинула. Спасибо моему тренеру.
Представить Ийю беременной мне крайне сложно, да и матерью, собственно… Даже сейчас удерживая на руках малышку она больше думает о проблемах, которые она ей доставила, а не о счастье, которое вместе с ней пришло в ее дом.
Хотя если судить по ее рассказам, оно скорее НЕ пришло.
– Хочешь подержать? На, бери, – буквально пихает мне в руки девочку, которая смотрит на меня крайне настороженно. Но хоть больше не плачет и на том спасибо. – Я в дом сбегаю, ладно? Телефон на зарядке, срочно надо позвонить. Буквально пять минут, – и не дожидаясь ответа убегает. – Если будет орать – дай ей соску.
– Так нет соски…
– Ну… дай чего-нибудь там.
Ийя скрывается в доме, а я держу дочь Дамиана и не понимаю, что со всем этим делать. Это просто какой-то сюрреализм. Крошечная девочка, его ребенок от другой женщины, моей подруги.
– Привет, – осторожно трогаю пухлую румяную щечку, – ты Алиса, да?
– Ся! – выкрикивает девочка, и от неожиданности мои глаза образуют два круглых блюдца.
– Так ты уже говоришь? И что же ты такое сказала?
– Ся! – снова выкрикивает она, хаотично хлопая мелкими ладошками по моим плечам. – Ся! Ся! Ся!
– Она сказала Алиса. Назвала свое имя.
Оборачиваюсь – за спиной стоит Дамиан. От волнения я даже не услышала, как он подошел. Даже нет – подъехал, у ворот стоит добротный, но довольно пыльный хэтчбек.
– Привет, – теряюсь, – незаметно ты подкрался. Возьмешь ее?
– Давай, – тянет руки, и я передаю ему девочку.
Он берет ее бережно, но уверенно, автоматически поправляет подол платьица, и в этом казалось бы обычном жесте столько трогательной отцовской любви, что горло сковывает спазм приближающихся слез.
– Красивая она у… вас, – сглатываю ком. – Чудесная девочка.
– Да.
Он смотрит на меня, и я теряюсь окончательно. И чувствую себя жалкой. И ненужной. Несчастливой. Обиженной им же.
Это все из-за тебя я такая! – хочется проорать ему в лицо. – Из-за тебя! Чтобы забыть тебя я вышла за Игната! И несчастлива я тоже по твоей вине!