Смерть в Голливуде (Происхождение зла)
Она запустила руку в его густую кудрявую шевелюру и ласково потрепала ее. Мак посмотрел на нее снизу вверх, не зная, как ему следует поступать. Она наклонилась и поцеловала его в губы.
— Вот тебе мой ответ на все. Ты такой славный, Мак… Понимаешь, у девушек тоже могут быть свои маленькие секреты. Мак! Стой! Нет! Нет, я сказала! Если мы когда-нибудь… сойдемся с тобой, то это произойдет никак не на дереве, а только в нормальном, уютном доме. На земле. Сейчас у меня нет на это времени. Мне некогда.
— Нет времени! Некогда!
— Милый мой, ведь случились ужасные, страшные события. А в моей жизни прежде не было ничего ужасного… насколько я помню. Он был так добр ко мне, так любил меня! И единственное, чем я могу отплатить ему за его любовь и заботу, — это найти того, кто доконал его и… увидеть смерть убийцы моего отца. Пускай это звучит нелепо. Но я жажду крови, жажду мести. И сейчас в целом мире меня занимает только это. Если преступника удастся отдать в руки правосудия — хорошо. Но если нет…
— Черт возьми! — Мак вскочил на ноги, его лицо пылало. Тут же в руке Лаурел возник короткоствольный пистолет, дуло которого уставилось Макгоуэну прямо в голый живот.
— Но если нет, я сама настигну убийцу. А когда настигну, я застрелю его как собаку, Мак. Даже если после этого мне придется отправиться на электрический стул.
— Лаурел, убери эту проклятую пушку в карман!
— И будет неважно, кто им окажется, — не унималась Лаурел. Ее зеленые, с коричневым отливом глаза сверкали. Она и не думала убирать пистолет. — Если им окажешься даже ты, Мак, я и тебя убью. Без всякого сожаления.
— Думаю, что с Роджером тебе будет справиться посложнее, чем со мной, — со странной решимостью посмотрел ей в глаза Мак. — Ладно, если ты выяснишь, что преступник — я, то тогда я получу по заслугам. Но пока я…
Лаурел вскрикнула. Пистолет уже был у Гроува в руках. Он с любопытством повертел его.
— Господи, эта штучка не опаснее детского духового ружья. Но все-таки, мой милый Джек Потрошитель, пока вы не добьетесь своего, не позволяйте никому так легко лишать вас оружия, — и он галантно опустил пистолет в ее карман, схватил ее на руки и рухнул с ней на кровать.
Опомнившись через мгновение, Лаурел сказала слабеющим голосом:
— Мак, я же пришла сюда не за этим…
— Странно!
— Мак, что ты думаешь об Эллери Куине?
— Я, черт побери, думаю, что он положил глаз на Делию, — отвечал гигант. — Мы что, так и будем беседовать?
— Как ты недогадлив, Мак. Конечно, я тоже думаю, что она его круто подцепила. Но я имела в виду совсем другое. В профессиональном смысле, я хотела сказать.
— Ну, я думаю, тут он стреляный воробей и на мякине, как говорится…
— Мак!
— Ладно, ладно. — Он выпустил ее из своих объятий и поднялся с обиженным видом на ноги. — Если он хотя бы наполовину так хорош, как о нем говорят…
— Думаю, что это так. Ведь так?
— Да что — так? Слушай, что за дурацкие разговоры мы тут с тобой ведем? — он налил себе виски.
— То есть он может лишь наполовину соответствовать тому мнению, которое…
— Да откуда мне знать, черт побери? И тебе-то какое дело?!
— Никакого. Но просто я за последнее время уже дважды заходила к нему, и звонила просто бессчетное количество раз. А он все сидит сиднем и носу из дому не показывает. Окопался там, наверху, курит целыми днями и созерцает закат над Голливудом. Разве так работают?
— Брось, Лаурел! В жизни по-всякому бывает. — Он залпом выпил стакан и скривился. — Такие асы, как он, часто ведут себя непонятно, если смотреть со стороны. Но им виднее.
— Знаешь, мне было бы как-то виднее, если бы он делал что-нибудь заметное. — Лаурел резко вскочила. — А так я не могу больше выносить постоянного ничегонеделания. Может, самим предпринять что-нибудь, а? Вместе?
— Что предпринять?
— То, что должен был бы предпринять он.
— То есть самим начать расследование? — изумленно поднял брови юный гигант.
— Ну, не важно что. Главное действовать. Расследовать, собирать информацию — называй как хочешь. Главное — начать, а не ждать у моря погоды.
— Мисс Мстительница и ее верный оруженосец Мистер Сильная Рука! — рассмеялся Мак, упираясь обеими руками в потолок. — Неплохой сюжетец! Тебе нравится?
Лаурел холодно взглянула на него:
— Я не шучу, Мак.
— А кто шутит? Твои мозги, мои мышцы… Многообещающее сочетание.
— Ладно, хватит. Спокойной ночи.
— Эй, погоди! — Он настиг ее уже у самого выхода. — Ну чего ты постоянно шарахаешься от меня? Я действительно слегка одичал тут, обитая на дереве. Знаешь, постоянное ожидание светопреставления не очень располагает к хорошим манерам… Слушай, ну куда ты сейчас пойдешь, а? Одна?
Она долго молча смотрела ему в глаза:
— Мак, не пытайся заморочить мне голову.
— Господи, разве тебе ее заморочишь!
— Пойми, я не играю в игры, вроде тебя, с твоими обезьяноподобными выходками. Я не собираюсь придумывать пароли, наклеивать фальшивые бороды и цеплять на нос черные очки! Я имею в виду нудную и кропотливую работу, выяснение фактов, шаг за шагом… и может быть, без особенных успехов. Если ты отдаешь себе в этом отчет, то выбирай: либо мы действуем вместе, либо я и одна справлюсь без тебя.
— При одном условии, — угрюмо кивнул головой гигант. — Либо ты будешь одевать нормальную юбку, либо брюки подлиннее, а не эти… не знаю, как и назвать. Так с чего мы начнем?
— Начнем с мертвой собаки. С той самой пресловутой собаки. Откуда она взялась, кто был ее хозяином, отчего она умерла и так далее. Однако сейчас пока ответить на эти вопросы почти так же сложно, как мне согреться… — она поежилась, поглубже засунула руки в карманы пальто и прислонилась к дверному косяку. — Послушай, Мак. А что с этим мышьяком? Вот чем в первую очередь придется заняться. Кто-то пробрался в кухню и подмешал отраву в салат из тунца. Но мышьяк не так уж просто купить. Во всяком случае мест, где он продается, немного. И покупают его не каждый день. Значит, есть шанс напасть на след.
— Да? Я как-то не подумал об этом. И каким же образом ты собираешься напасть на след?
— Я кое-что придумала. Но до этого необходимо принять кое-какие предварительные меры. Вот смотри — салат был отравлен в доме. Значит, надо перво-наперво обыскать дом.
— Ну что ж, пойдем, — Макгоуэн начал натягивать темно-голубой свитер.
— Как, прямо сейчас? — несколько смутилась Лаурел.
— А ты можешь предложить для этого более подходящее время?
Вошла миссис Вильямс и спросила, наткнувшись на стул:
— Мистер Куин! Вы здесь?
— Здесь.
— Тогда почему сидите в темноте? — Она нащупала выключатель.
Свет залил комнату, осветив Эллери, забравшегося с ногами в дальний угол дивана, возле окна. Он как завороженный смотрел на расстилающийся внизу Голливуд, который напоминал фантастический пульт управления, переливающийся и вспыхивающий всеми цветами электрической радуги.
— Мистер Куин! Ваш обед стынет.
— Оставьте его в кухне на столике, миссис Вильямс. И можете идти домой.
Она скептически фыркнула:
— А там к вам явились. Эта мисс Хилл и голый мужчина. Только сегодня он почему-то оделся.
— Так что же вы молчали! — вскричал Эллери, подпрыгивая на диване. — Лаурел! Мак! Заходите! — крикнул он.
Они вошли, улыбаясь, но вид у обоих был слегка измученный. Гроув Макгоуэн оделся в элегантный костюм. Он даже галстук повязал.
— Так-так, все медитируете, да, Куин? Мы не помешали вашим глубокомысленным размышлениям? — приветствовал его самодовольно улыбающийся Мак.
— Насколько я могу судить, — поддержала своего спутника Лаурел с неменьшим самодовольством, — он не сдвигается со своего насиженного места уже в течение шестидесяти часов. Не так ли, Эллери? — Она внезапно изменила тон и сказала совершенно серьезно:
— А у нас для вас новости.
— Новости? Для меня?
— Мы кое-что выяснили.