Майкл Джексон: Заговор (ЛП)

Барнс описывал Джексона как давнишнего друга, как человека, с которым он поддерживал отношения на протяжении многих лет. Было очевидно, что молодой человек наслаждался дружбой с Джексоном, который, по его словам, был им "как член семьи".
 
 
Когда Рон Зонен приступил к перекрёстному допросу, он захотел, чтобы Бретт Барнс уточнил, как часто он оставался в комнате Майкла. Барнс решительно и без колебаний ответил, что всегда спал там. Но Зонен полагал, что в этом есть что-то предосудительное, и хотел, чтобы Барнсу стало стыдно.
– То есть, сэр, это правда, что вы практически всё время ночевали в его спальне, так? – спросил Зонен.
– Да, – подтвердил Барнс.
– И в это время, кроме вас и Майкла Джексона, в комнате никого больше не было, правда?
– Нет, не правда.
– Не могли бы вы назвать нам имена людей, которые оставались в спальне вместе с вами? – попросил Зонен.
– Моя сестра. Маколей Калкин. Левон и Элайя, – начал вспоминать Бретт, – Также там бывали Фрэнк, Эдди и Доминик, и сын Майкла Принс.
Зонен с трудом мог поверить в услышанное, когда Барнс свидетельствовал, что он продолжал оставаться на ночь в спальне Майкла до 19 лет. Молодой человек рассказал присяжным, что он оставался в комнате Майкла вместе с его сыном Принсом Майклом I, которому на тот момент было 3 годика. И это было просто выше понимания Зонена.
Пока Бретт Барнс говорил, наблюдатели в зале суда не сводили с него глаз, пытаясь разгадать его. Было очевидно, Зонен пытался сделать всё, что в его силах, чтобы вывести свидетеля из себя. И люди ждали, будет ли он использовать тех же приёмы, что и с Уэйдом Робсоном. Когда Уэйд стоял на месте свидетеля, Зонен показал ему книгу, которая называлась "Мальчишки останутся мальчишками" ("Boys will be boys").
 
 
Эта книга, которую Зонен любил демонстрировать вместе с другой, под названием "Мальчик" ("The boy"), была изъята при давнем обыске Неверленда в 1993 году. Обе книги содержали художественные фотографии обнажённых мальчиков, так же как и фотографии мальчишек, одетых в плавки, играющих на пляже, висящих на деревьях и просто резвящихся. Когда Робсон был на месте для дачи показаний, Зонен попросил его взглянуть на книгу "Мальчишки останутся мальчишками" и сказать присяжным, являются ли эти фотографии, на его взгляд, достаточно невинными. Уэйд Робсон посмотрел на улику и заявил, что никогда её ранее не видел. После чего сказал присяжным, что, по его мнению, книга эта абсолютно безобидна.
 
 
Наблюдатели в зале суда видели, что Зонен буквально накидывался на этих молодых людей, пытаясь любым способом заставить их нервничать.
Зонен хотел подогреть интерес присяжных и засыпал юношей обличительными вопросами о непристойных действиях, поднимая подробные материалы сексуальной тематики. Эта тактика не сработала с Уэйдом Робсоном, и присяжные начали раздражаться, недоумевая, какой грязный способ на этот раз выберет представитель обвинения в попытке расколоть Бретта Барнса. Перекрёстный допрос Рона Зонена становился всё более изощрённым, и люди в зале суда приготовились к новому виду нападения.
– Мистер Барнс, как вы полагаете, быть растленным постыдно? – спросил Зонен.
– Безусловно, – ответил Барнс.
– Конечно. А почему тот, кого растлили, испытывает стыд?
Барнс попытался ответить на этот гипотетический вопрос, но Мезеро высказал протест, обосновывая его тем, что вопрос призывал к предположению, и Зонен двинулся дальше. Он расспрашивал Барнса о каждом году его жизни, начиная с момента, когда тот впервые посетил Неверленд в возрасте 9 лет. Каждый раз он задавал вопрос, оставался ли Барнс ночевать в одной постели с Джексоном в 9 лет, в 10, в 11, в 12 и так далее.
 
Барнс сказал, что не помнит, сколько точно лет ему было во время каждой поездки в Неверленд. Но припомнил, что спустя год после первого посещения ранчо, он снова приехал в гости к Майклу и каждую ночь провёл в его комнате.
– Вы и по сей день продолжаете спать с Майклом Джексоном? – поинтересовался Зонен.
– Нет, – ответил ему Барнс.
– Сколько лет вам было, когда вы перестали ночевать в его спальне?
– Не могу сказать.
– И почему же вы больше не спите с Майклом Джексоном?
– Ну, у него теперь есть свои дети.
Зонен будто под лупой рассматривал каждый случай, когда Барнс делил постель с Джексоном. Он давил и давил, пытаясь выставить вещи в негативном свете. Но по лицу Бретта Барнса было ясно, молодой человек уверен – ни он, ни Майкл не сделали ничего дурного.
– Вы когда-нибудь беседовали с отцом на тему допустимости ваших ночёвок в постели 35-летнего мужчины? – спросил Зонен.
– Не припоминаю такого, – сказал ему Барнс.
– Вы когда-нибудь беседовали с матерью об этом и о том, является постель 35-летнего мужчины самым подходящим местом для вас?
– Не припоминаю такого.
– Демонстрировал ли он вам когда-либо материалы, носящие сексуальный характер?
– Безусловно, нет.
– Вы знали о том, что он владел материалами, носящими сексуальный характер?
– Нет.
Зонен попросил Барнса подробно рассказать присяжным о его путешествиях с Джексоном, о сопровождении его в турне по таким экзотическим местам, как Южная Америка, и о поездках по городам Северной Америки. Барнс свидетельствовал – он чувствовал себя "счастливчиком", раз ему удалось попутешествовать с Джексоном. Это было необыкновенно – присоединиться к поп-звезде во время его тура. Барнс рассказал присяжным, что Джексон устроил всю поездку, оплатив расходы всей его семье.
– Во что вы, как правило, были одеты, когда ночевали с Джексоном? – спросил Зонен.
– В пижамные штаны, футболку. Иногда в футболку от пижамы с длинными рукавами, – ответил ему Барнс.
– Всегда?
– На мне всегда были пижамные штаны и футболка.
– А на мистере Джексоне?
– То же самое, что и на мне.
– Вы когда-нибудь говорили с Майклом Джексоном о том, допустимо ли спать вместе с ним? – саркастически поинтересовался Зонен.
– Не припоминаю такого, – невозмутимо ответил Барнс.
– Как всегда "не припоминаете". А вы когда-нибудь беседовали с Майклом Джексоном на тему того, стоит ли вам делить с ним постель или нет?
– Не припоминаю такого.
Зонен пытался вытащить из Барнса признание, что Джексон трогал его или целовал, но единственной вещью, которую смог вспомнить Бретт, были слова Джексона "Я тебя люблю", которые он часто произносил. Ещё Бретт припомнил, что Майкл целовал его в щеку и в лоб. Это был максимум.
  
 Глава 28. The Love You Save 
 
Перевод Татьяны Работновой
Облачённый в чёрный костюм и белую рубашку без галстука, 23-летний актёр Маколей Калкин наделал шуму своим появлением в суде. Люди перешёптывались, обсуждая внешний вид знаменитого актёра. Казалось, он почти не изменился со времён выхода фильма "Один дома", который и сделал его знаменитым. Представители СМИ оживились, увидев Калкина. До самой последней минуты они сомневались, что Маколей придёт, чтобы выступить на стороне Джексона.
Заявив присяжным, что он является крестным отцом двоих детей Джексона, Маколей Калкин рассказал, что его и Майкла связывают совершенно особые узы.
Они оба стали звёздами, будучи ещё совсем детьми, и представляли крошечную группу людей, которые оказались выставленными на всеобщее обозрение ещё до того как у них появилась способность как-то с этим справляться.
Майкл хорошо понимал Маколея. Он знал об одиночестве, которое испытывают дети-звезды. Были и другие знаменитости, бывшие юные звёздочки, к которым он тянулся – например, Элизабет Тейлор, Лайза Миннелли и Ширли Темпл. Майкл испытывал глубокую привязанность к ним, он боготворил их и преклонялся перед ними. Майкл относился к ним, как к людям, которым пришлось бороться с навешанными на них ярлыками, которые росли под пристальным вниманием публики, и которые этой самой публикой практически всегда оказывались неверно понятыми.