Голограф (СИ)
После обеда я прихватил еще пару часов сна, и к ужину был как огурчик. За ужином выпили бутылку вина, и до одиннадцати гуляли по территории. Надя рассказывала о себе, я – о себе. В постели хотел повторить ночное дело, но Надя отказалась, сказав, что завтра понадобятся все силы.
Глава 7
Глава 7
Утром проснулся, как назначил себе, в шесть часов, я редко пользуюсь будильником. Надя спала, прижавшись ко мне спиной. Пока я принимал душ, она проснулась и встретила меня улыбкой:
— Так и пойдешь?
Но увидев, что я собираюсь делать, закричала:
— Стой, стой, я пошутила!
Вставание растянулось еще на час. А нечего было шутить. После завтрака всей компанией сели в ожидавший автобус и поехали в Долину царей. Надо сказать, дорога туда отличается от обычных дорог: через каждые несколько километров стоят пулеметные вышки, а во главе нашей колонны автобусов идет бронетранспортер. Но туристам все по барабану – многие уже приняли с утра, другие везут с собой. Пулеметные вышки и бронетранспортер воспринимаются, как элементы оплаченного приключения.
Точных координат Египетского Дома нет, поэтому на всякий случай мы с Надей внимательно смотрим по сторонам. Первым по маршруту – дворец царицы Хатсепшут. От автобуса до дворца всего несколько сот метров, но пройти их по сорокоградусной жаре равносильно подвигу. В самом дворце, как ни странно, не жарко, ветерок, продувающий через колонны, создает ощущение прохлады. Там и сям шныряют местные и предлагают туристам себя в компанию на групповое фото.
На всех статуях царица изображена с бородой. Экскурсовод объяснил это тем, чтоборода была атрибутом фараона, и царям, даже женского пола, без бороды было невместно. Что из этого следует, я не понял, ведь, борода – не главный атрибут мужчины. Назначение мужчины – добывать и защищать. Правда, теперь многие женщины зарабатывают больше мужчин, и единственной привилегией мужчин осталась прерогатива защищать. Я не приемлю, когда женщин в некоторых странах заставляют служить в армии, это противоречит естеству женщины.
Представив себе, что для пользы дела Наде пришлось бы обзавестись бородой, я в панике вздрогнул, и стал держаться подальше от статуй, стараясь на них вовсе не смотреть. Вход в Дом мог располагаться где угодно, поэтому мы обошли все закоулки дворца, ища хоть какое-нибудь несоответствие архитектурному комплексу. Все тщетно, здесь ничего нет.
Дальше наш путь лежит к гробницам фараонов. Вырытые в земле, они должны были хранить их мумии, драгоценности и скарб, необходимые в загробной жизни. Удивительно, как надежда на вечную жизнь и самообман сформировались в догму, не требующую доказательств. Если глупость повторять много раз, через некоторое время она становится бесспорной истиной. Судя по всему, расхитители гробниц не заморачивались высокими материями и очистили захоронения от полезных вещей. Ученые разобрали по музеям оставшиеся на их долю мумии, и на сегодня гробницы были практически пусты.
Душно и жарко. Чертыхаясь, ходим по подземельям, глядя в затылок друг другу, но ничего подозрительного нет. И не удивительно: не дураки же были строители Дома, чтобы делать выход под землю. Главную надежду мы возложили на Карнакский храм, который был следующим в нашей программе, и который соответствовал нашим представлениям о правильном расположении Дома.
Нас опять загрузили в автобусы и подвезли к величественному сооружению, основанному четыре тысячи лет назад древними зодчими и выдержавшим смены нескольких цивилизаций. Дух захватывает от того, сколько поколений прошло по этим каменным плитам с тех пор, как была создана первая человеческая цивилизация. По аллее сфинксов в толпе туристов направляемся вглубь храмового комплекса, внимательно смотря по сторонам. Мы решили сначала бегло осмотреть все вокруг, и лишь потом пройти по закоулкам.
Вокруг потока туристов вьются подозрительные типы и вглядываются в лица проходящих мимо людей. На нас с Надей темные очки на пол-лица, хотя я не уверен, что они помогут нам остаться неопознанными. Наша охрана прикрывает нас собой от чересчур любопытных, но долго так продолжаться не может. Только прошли первый пилон, я сразу увидел Дом. Он мерцал посреди огромного двора, и совершенно не был похож на дом в России. Общая архитектура соответствовала духу окружающего храмового комплекса, но, видимо, располагался в реальности с несколько другим расположением строений.
Здесь сомнительных типов еще больше, на туристов они не похожи: разглядывают не окружающую древность, а нас, туристов. Пока мы в толпе, нас не выделяют, но нам нужно искать вход, и волей-неволей придется отойти от общей группы. Вход должен быть где-то здесь, возле дома, ведь, сами обитатели Дома как-то туда заходили. С какой стороны обходить, слева или справа? Слева – часовня Сети Второго, и, кивнув Олегу, тяну Надю туда. Как только мы отделяемся от толпы, несколько человек, до этого изображавших из себя туристов, устремляют на нас взгляд. Если я ошибся с направлением, нам несдобровать.
Крутя головами, изображаем любопытство и медленно идем к часовне. Пока никаких действий против нас нет, только наблюдение – мало ли, группа друзей решила отколоться, узрев что-то любопытное. Однако, по мере приближения к часовне, двое туристов, до этого, смотревшие на пилон, вдруг тоже решили посмотреть часовню и направились в нашу сторону. Я толкнул Олега, но он уже и сам увидел, и, расстегивая сумку, бросил своим: «Слева». Те, продолжая движение, развернулись вполоборота спиной к нам с Надей.
Уже с двадцати метров от входа в часовню я увидел в ее глубине дверь, которой никак не могло там быть.
— Видишь? — спросил я Надю, кивнув на вход.
— Да.
— Открывай.
Надя бросилась туда и, распахнув дверь, вошла в нее. В тот же миг туристы, до этого смотревшие на нас, рванули в нашу сторону.
— За мной, — крикнул я, и, подбежав к двери, остановился, ожидая остальных. В это время со стороны туристов послышались выстрелы, которые постепенно переросли в пальбу. Наши, поочередно перебегая и прикрывая друг друга, стали отстреливаться от нападавших. Я стал впихивать подбегавших ребят в дверь, где Надя встречала и втаскивала их за руки внутрь. Последним прихромал Олег, и, втащив его в Дом, я закрыл дверь. Он был весь в крови, и, похоже, серьезно ранен, остальных тоже зацепило. Я подошел к испуганной Наде, и, прижав к себе, стал успокаивать:
— Все хорошо. Ты молодец. Теперь надо найти твою комнату с саркофагами.
Изнутри дом был похож на Российский. В центре – квадратный зал с множеством дверей, но, зная, куда они ведут, мы даже не стали их открывать, а сразу прошли к нужной. Я попробовал войти в нее сам, и, к своему удивлению, вошел. За дверью был зал, похожий на тот, в котором меня лечили. Стояли такие же саркофаги и устройства, разобраться с которыми я так и не удосужился. Вернувшись за нашей командой, я одного за другим стал вводить в зал. Потом, объяснив суть лечения, велел им раздеться и лечь в саркофаги. Подождав, пока парни улягутся, я закрыл крышки и включил саркофаги.
— Теперь твоя очередь, — сказал я Наде, любуясь ею и помогая лечь.
Включив последний саркофаг, я пошел в оружейку. Оружейное хранилище было на месте и заполнено такими же стеллажами с оружием, как и в России. Я прихватил лазер и, вернувшись к главному входу, набрал Надин номер.
— Как ты, родная?
— Все хорошо.
— Понимаешь…
— Лешенька, ничего не говори, — прервала меня Надя, — я все знаю. Ночью я видела тебя ее глазами, и даже чуть-чуть почувствовала. Не оправдывайся, ведь, она и есть я. Не оставляй ее одну. Я здесь в безопасности, и подожду тебя столько, сколько будет нужно.
— Хорошо, любимая, я буду здесь до тех пор, пока не разберусь во всем.
Пока Надя в саркофаге, я решил посмотреть, куда ведут двери главного зала. За первой дверью до горизонта простиралась раскаленная пустыня. Очевидно, климат здесь изменился, и ни о какой цивилизации не могло быть и речи.