Золотой след (ЛП)

— Для цели этой встречи он — бывший муж Габриэль Лейн, — сказал Колт Райкеру.
Райкер перевел взгляд на Колта.
— Кто это, черт возьми?
— Женщина Стью Барански, — ответил Колт.
Райкер ухмыльнулся, он знал, кто она такая, но все же спросил:
— Эта сука?
— Райкер, — тихо предупредил его Колт.
— Тупая сука. — Райкер отказался слушать предупреждение Колта.
Лейн вступил в разговор.
— У нас с ней двое сыновей, один из них видел, как Барански передал Карлито конверт. Габби говорит, что у Стью проблемы. Ты что-нибудь об этом знаешь?
Глаза Райкера скользнули по Лейну на словах «двое сыновей», он помолчал, прежде чем ответить:
— Я знаю, что Карлито мудило.
— Это я тоже знаю, — ответил Лейн.
— И я знаю, что Барански — мудак, — продолжал Райкер.
— Ага, ты ничего нового мне не сказал, — сообщил ему Лейн. — Я здесь не для того, чтобы выяснять то, что я уже знаю, я приехал сюда для того, чтобы выяснить, что происходит, потому что я не большой поклонник, что мои сыновья увидели, как Барански выплачивает ростовщику.
Райкер усмехнулся.
— А он не выплачивал.
Лейну не понравилось, как это прозвучало.
— А что он делал тогда? — спросил Лейн.
— Он ничего не выплачивает, — ответил Райкер.
Лейн изучающе посмотрел на Райкера, потом перевел взгляд на Колта.
— Райкер, у тебя есть что-то, что может помочь Лейну, — подсказал Колт, и Райкер перевел взгляд с Колта на Лейна.
Он долго изучал Лейна, прежде чем спросил:
— Который из сыновей?
— Еще раз, — произнес в ответ Лейн.
— Который из парней?
Лейн почувствовал, как напряглись мышцы на шее.
— Не уверен, что это имеет отношение к делу.
Райкер не отпускал взгляда.
— Который? Тот, кто подпрыгнул и забил мяч, а потом получил от придурка тренера, который должен держать свои яйца в тисках, или тот, который блокирует других, когда эта жирная сука, толкнул его?
Господи, этот гребаный парень был фанатом «Бульдогов».
— Джаспер, — Лэйн понял, что в этот момент может говорить с уверенностью. — Мой старший сын. Тот, кто блокирует.
— У него быстрые ноги, но в двух последних играх его не выпускают на поле, — заметил Райкер. — Ты что-то предпринимаешь по поводу этого?
— Все, что я смог, сделал, — ответил Лейн.
— И что же? — продолжал Райкер.
— Школьный совет расследует мою жалобу, — ответил Лэйн, Райкер запрокинул голову и разразился смехом, который Лэйну не очень понравился, но он придержал язык.
Когда Райкер закончил хохотать, опустил подбородок и посмотрел на Лейна.
— Дай мне слово, парень, и я, может быть, найду в себе силы убедить тренера позволить обоим твоим сыновьям выйти на поле и сыграть в мяч. Ты мне не будешь должен, я сделаю это бесплатно.
Господи.
— Мне нравятся методы, как я решил этот вопрос, — заявил ему Лейн.
— «Скауты» не получат полной картины, твой старший мальчик — старший, этот ублюдок его испортит.
— Мне все равно нравится, как я решил этот вопрос, — повторил Лейн, и на этот раз гораздо тверже.
Райкер некоторое время изучал его, потом пожал плечами.
Лэйн решил вернуться к вопросу, ради которого они и приехали.
— Сколько Барански должен Карлито?
— Ничего, — тут же ответил Райкер, и брови Лейна сошлись на переносице.
— Ничего?! — переспросил он.
— Не-а, был когда-то, когда этот мудак играл на бегах собак, но теперь уже нет.
Лейн почувствовал на себе взгляд Колта и повернулся, встретившись с ним взглядом.
Потом Колт посмотрел на Райкера.
— Не хочешь нам пролить свет?
Лейн тоже посмотрел на Райкера, и тот наклонился вперед, положив татуированную руку на стол.
— Он так глубоко увяз с Карлито, что не может выбраться, — поделился Райкер. — Итак, вместо того, чтобы Карлито вымещал свое зло на Барански обычным способом, он заставил Барански работать на себя. Баранскому понравилась эта работа, и теперь он работает на полставки.
Потом он откинулся на спинку стула и замолчал, но Лейн понял, о чем парень говорил, и знал, почему Габби попросила его взять мальчиков к себе на несколько недель, хотя, возможно, и не знал, почему. Карлито, несомненно, был частым гостем, и, даже если Габби была не в курсе, она видела его пару раз и не хотела, чтобы их сыновья видели его тоже. И, наконец, Лейн боролся с желанием выследить Стью Барански и выбить из него мозги.
 
Он выиграл борьбу с самим собой, выдохнул, пытаясь найти подтверждения своим догадкам.
— Стью типа «громила» Карлито?
Райкер кивнул.
— Один из них, да.
Вот оно. Подтверждение.
Чертово дерьмо.
— Ты издеваешься надо мной, — прошептал Лейн, но он знал, что Райкер не шутил.
Райкер тоже подтвердил это и ухмыльнулся.
— Нет.
Лейн повернул голову к Колту.
— Этот засранец живет с моими ребятами.
Лейн обращался к Колту, но Райкер ответил:
— Да, — и взгляд Лейна вернулся к нему.
— Я выполнил свое домашнее задание, Райкер, Барански не платит по счетам, как и моя бывшая.
Райкер снова пожал плечами.
— А зачем ему это? У него есть сладкий трах. Она толстая, посмотреть не на что, но она кормит его. Платит по счетам, — он снова ухмыльнулся, — может, и не платит, но старается. У него хорошее прикрытие — все респектабельно, мать-одиночка, двое мальчиков. — Он наклонил голову к Колту. — Значит, даже копы не в курсе его досуга. Он свободно делает свою работу и дает ему возможность, которой у него не было раньше, использовать свои деньги и свою добычу для Карлито, чтобы жить своей жизнью, как он хочет, и содержать еще и другую свою телку. Прикинь, он связался с твоей бывшей, потому что никто другой не стал бы сосать его член, но множество женщин будет сосать его член, если у него будут деньги.
— У него кто-то есть? — спросил Колт.
— Ага, — ответил Райкер.
— Ты знаешь, кто? — настаивал Колт.
— Не знаю, как ее зовут, но знаю, что она не толстая сука, у нее нет детей, и ездит она на потрясной тачке, которую купил ей Барански, а также дает ему трахнуть себя в задницу, потому что все знают, что это единственный способ, который предпочитает Барански.
Лэйн проглотил слюну от этого заявления, совсем не нуждаясь в такой подробной информации об отношениях Габби с ее гребаным парнем.
Райкер ухмыльнулся ему, а потом снова наклонился вперед, и его ухмылка исчезла.
— Я дам тебе дополнительный бонус, потому что твои сыновья умеют управляться с мячом, — заявил он. — Барански не будет плакать утром в свои кукурузные хлопья, когда твоя бывшая его выгонит. Но он вытрясет ее начисто, прежде чем уйти. Она роет яму, чтобы удержать его в своей постели, а он не собирается оставаться в ее постели, черт возьми, он бросит ее в эту яму. Ты хочешь, чтобы он убрался из ее постели, тебе даже не придется напрягаться, слегка надавить, и он уйдет, но это не значит, что он не оставит ее трахнутой в задницу, и я имею в виду это не только фигурально. Если ты хочешь, чтобы он ушел, тебе потребуется около двух чертовых секунд, чтобы это случилось. Но, если ты хочешь, чтобы он вернул деньги, вот тут начнется веселье, поскольку я чувствую себя сегодня щедрым на поступки, могу помочь тебе и с этим.
— Как? — выдавил Лейн.
— Мне необходимо знать, чем занимается Карлито, могу сказать, что он послал Барански за кое-кем. Ты придурок, готов поспорить, что у тебя имеются камеры, и, если ты пустишь одну в дело, готов поспорить, что ты можешь стать невидимкой. Ты заснимешь, как он навалиться на кое-кого, у него есть особый талант к таким делам, он главный бугай у Карлито, и ты поймаешь его за этим занятием, все будет выглядеть некрасиво, поскольку он не брезглив до вида крови. Ты можешь использовать эту пленку, чтобы вышибить его из дома твоей бывшей тостой сучки. У тебя будет улика против него, которую ты сунешь ему под нос, и сделаешь еще что-нибудь в этом духе, вытащив свою бывшую из ямы, он оставит ее. — Он откинулся на спинку стула и хлопнул в ладоши. — Проблемы будут решены. — Он широко улыбнулся, и эта улыбка сделала его еще уродливее. — У тебя есть мозги, чтобы все это провернуть, ты можешь трахать свою задницу сколько хочешь, пытаясь вышибить его по-другому, но после того, что я тебе сказал, он вернет деньги, твоя бывшая будет в порядке, а ты все равно отдашь пленку копам. Барански будет уже вне игры, единственный, кто будет скучать по нему — это Карлито и его отморозки, готов поспорить, что ни один из них не долго будет скучать по нему, найдя ему замену.