Золотой след (ЛП)

Лейн вдруг осенило, что Колт и Феб жили в этом городке, пройдя свой путь горько-сладкой истории любви. Колт был на несколько лет старше Лейна, учился в средней школе вместе с Феб. Колт был лучшим другом брата Фебрари с детского сада, и знал его всю жизнь. Они казались такой крепкой, непоколебимой парой, перестав в старших классах, все в городе знали, что у них все по-настоящему. Но оказалось все не так. Лэйн понятия не имел, что произошло, но что-то не хорошее. Колт остался в Бурге, работал, Лейн знал, что потеря Феб, даже спустя годы, стала потерей, рана, которая не затягивалась. Как и Лейн, Феб сбежала, отсутствовала даже дольше, чем Лейн. Вернулась несколько лет назад, они снова стали встречаться, местный парень потерял рассудок, начав убивать во имя Феб. Колт вмешался, чтобы защитить ее, они стали вместе — крепко, непоколебимо, теперь были женаты, у них родился ребенок. Что бы ни разрывало их на части раньше, они нашли способ оставить это все позади, им это удалось.
Вспомнив об этом, Лейн мог бы сказать, что в этот момент воспоминания о всей этой истории было действительно чертовски приятным.
— Так что, как я понимаю, с Феб все хорошо, — заметил Лейн.
— Да, чувак, с Феб очень хорошо. — Слова Колта прозвучали веско, и Лэйн даже не попытался сдержать улыбку.
Лейн выехал из Бурга, кругом расстилались обширные поля, он сменил тему.
— Выкладывай.
Колт не колебался.
— Парня зовут Райкер. Он знает, что происходит.
— Информатор?
— Он не против поделиться информацией, когда может что-то из нее извлечь.
Лейн взглянул на Колта, потом снова на дорогу.
— Он из тех парней, которым я буду должен?
— В том-то и прелесть, Таннер. Райкер не является другом Карлито и никогда не был другом Стью. Думаю, он не будет считать, что ты ему должен, если поделиться с тобой информацией о Стью.
Лейн поймал себя на том, что снова улыбается.
Лейн узнал одну вещь от своего отца, человека, которого он никогда не видел, по крайней мере Лейн не видел его, когда стал достаточно взрослым, чтобы сформулировать хотя бы одну связную мысль, узнал он следующее — никогда не гадь там, где живешь, а также, где работаешь, с кем дружишь и т.д. Лейн вырос, наблюдая, как его мать боролась за крышу над головой, работая секретаршей, посещая вечерами курсы бухгалтеров, не имея времени и еще меньше денег, поэтому занятия занимали у нее целую вечность. Но она все же получила квалификацию и стала зарабатывать больше денег, но ей всегда приходилось работать. Лэйн был замкнутым ребенком, у нее не было другого выбора, кроме как операться по жизни на него, поэтому он научился заботиться о себе с ранненого возраста, и в ту минуту, когда мог зарабатывать, он делал все, что мог, чтобы зарабатывать. Его тетя, бабушка и дедушка делали все, что могли, но у них была своя жизнь. Она была его мамой, но Лэйн знал, что его мать была красавицей. Он также знал, что она была хорошей женщиной, была забавной, милой, ее семья обожала ее, и у нее были десятки друзей, всех из них она могла назвать близкими. Человек, потерявший все это, потерявший такую женщину и такую семью, нагадивший там, где жил, повернувшийся спиной к хорошей женщине и семье, никогда не оглядывающийся назад, позволил такому счастью ускользнуть сквозь собственные пальцы.
Лейн дважды облажался, и оба раза по-королевски. Первый раз он вышел из-под контроля, когда порвался презерватив, он был с Габби, теперь этот вопрос нельзя даже было назвать спорным, что он облажался, завалившийся с Габби в постель, несмотря на то, что он был пьяный или нет. Во второй раз, когда он бросил своих сыновей, и в прошлом году он провел много времени, пытаясь вспомнить, почему, черт возьми, он вообще это сделал.
Габби была стервой, развод сделал ее еще худшей стервой, Рокки же продолжала жить в этом городе. Лэйн чувствовал себя связанным, но не сыновьями, а историей с Рокки и Габби, которые окружали его. Отчего у него появилось желание выбраться из этого города, побродить по белому свету. Были вещи, которые он хотел сделать, хотел увидеть и хотел узнать, но также и то, что он не мог узнать, увидеть и сделать в маленьком городке. Он рассказывал Рокки все это дерьмо, когда они были вместе, и она поддерживала его, потому что разделяла его потребность побродить по свету, учиться, увидеть, что-то сделать. У них были планы, как только она закончит Батлер, они уедут. Они не знали, куда именно, но это должно было произойти.
 
Он нашел то, что искал в Сент-Луисе, Сан-Антонио, Рино, Финиксе и Лос-Анджелесе, но потерял больше то, что оставил дома, что действительно было важным в жизни, заплатив за это огромную цену. Тем не менее он приобрел больше друзей, чем врагов во время своих командировок, например, Дэвина Гловера, который бросил все и приехал к нему в город после одного телефонного звонка.
Джаррод Эстли и Стью Барански так и не научились не гадить там, где жили, где работали. Им было насрать на тех, кого они обманывали. Нельзя прожить такую жизнь и в конце концов не получить возмездие.
И судные дни, возмездие для Эстли и Стью было не за горами.
Лэйн и Колт добрались до еще более маленького городка рядом с Бургом, расположенного прямо на окраине Индиаполиса. Город славился гоночной трассой и вообще считался приличным местом, но во время гонок становился довольно суровым. В Бурге была горячая точка «Джей энд Джей», других питейных заведений в городе не было, потому что все новые разорялись из-за преданности горожан к «Джей энд Джей». «Джей энд Джей» было не единственным местом, где можно было выпить, были рестораны с барами, но «Джей энд Джей» было единственным местом, куда ходили люди, чтобы встретиться с друзьями, послушать музыку из музыкального автомата, поиграть в бильярд и напиться.
Этот же городок был не таким, как Бург. Здесь были тонны баров, большинство из которых были суровые из-за того, что собирались клиенты по рассовым признакам. Лэйн свернул к одному такому бару, куда указал ему Колт, припарковался.
Он выключил зажигание и повернулся к Кольту.
— Как мы поведем беседу?
Колт отрицательно покачал головой.
— С Райкером лучше не играть. Ты ему либо нравишься, либо нет. Если понравишься, он поделится информацией. Если нет, мы узнаем о его мнении через пару секунд, значит пойдем на ленч.
Лейн кивнул, они оба повернулись к дверям внедорожника.
День был пасмурный, временами шел дождь. Даже если бы было солнце, свет в баре был таким тусклым, открыто заявляя своим клиентам, что здесь можно оторваться. Можно было трахнуть фанатку гонок в углу, никто бы не заметил. Также можно продать наркотики или всадить нож в спину врага.
Колт подвел Лэйна к угловому столику, где сидел в одиночестве мужчина, прислонившись спиной к стене и поставив перед собой бутылку пива. На улице было холодно, но парень был одет в черную майку, натянутую на его громоздкий торс, джинсы и мотоциклетные ботинки, повесив пальто на спинку стула. Но он сидел, откинувшись на спинку стула, вытянув одну из своих длинных мускулистых ног прямо перед собой, поставив одну ногу на пятку, а другую согнув в колене. Он выглядел расслабленным, но Лейн заметил, что парень готов ко всему. Две его руки от запястья до плеч были все в татуировках, оба рукава майки задрались вверх к плечам и толстой шее. Он был лысым, уродливым, и было легко понять, что он не тот парень, с которым стоило бы связываться.
— Райкер, — поздоровался Колт и, не колеблясь, сел за стол Райкера.
— Этот парень полицейский? — спросил Райкер, не сводя глаз с Лейна.
 
Лейн сел, не сводя глаз с Райкера.
— Нет, — ответил Колт.
— От него пахнет копом, — прокомментировал Райкер и, хотя Колт был копом, парень прокомментировал так, что стало ясно — копы — не его любимые люди.
— Раньше был детективом, теперь он частный детектив, — ответил Колт.
Брови Райкера взлетели вверх, и он не сводил глаз с Лейн.
— Мудак? — Это должно было иметь два значения, и Лэйн стиснул зубы.