Я у мамы зельевар. Книга 1

Я бы так и не знала, просто подрабатывала у неё в студенческую юность, и пани сама хвалилась, что получила лицензию на аромат ландыша при стирке.
Само по себе очень странное начинание, но каждый человек имеет право на маленькую… своеобразность.
Я подняла взгляд выше и встретилась с тёмно-карими, будто чёрный шоколад, глазами. Во рту даже появилась горьковатая сладость, язык немного защипало. Высокий лоб, прямой нос, резковатые скулы, ни капли не портящие облика, красивые губы. И длинные волосы, лежащие на плечах. По цвету не сразу поймёшь, то ли тёмно-русые с пепельным оттенком, то ли светло-каштановые со стальным отливом… Разворот широких плеч, натянувшаяся тонкая ткань рубашки на руке, которой он придержал меня, не давая завалиться назад.
Осознав, что смотрю на незнакомца непозволительно долго, я отпрянула, прижав горшок к себе крепче.
– Вы кто? – спросила как можно воинственнее.
На меня посмотрели с лёгкой иронией и мягким недоумением. Видимо, пытаясь понять, что это тут такое нарисовалось и ещё пищит. В чём-то логика была, ведь незнакомцу я едва достигала плеча, поэтому смотреть на него приходилось, задрав голову. Впрочем, это не помешало отметить ни его кожаный пояс с кинжалом, ни дорогие брюки, ни обувь, явно приобретенную не в Ельнясе, а, скорее всего, на Янтарной Ярмарке в Эсте, когда съезжаются не только из наших стран, но прибывают купцы с востока, севера и юга.
– Могу задать тот же вопрос, – ни капли не смутился он.
Голос такой… чарующий, низкий, с лёгкой мурлычащей вибрацией. Сказал всего несколько слов, а у меня по телу словно молния пронеслась. Терпеть не могу этого! Мозги мгновенно начинают дружить с гормонами, которым, как известно, здравый смысл – не указ.
– Кто вы и почему так вламываетесь в мою лавку?
– В какую вашу?!
Возмущение вытолкало всю способность мыслить трезво. Нет, ну это вообще ни в какие рамки!
Проделки пана Дудоли? Решил меня выжить, подослав какого-то красавца? А как же жалобы в магистрат? Или это подлая месть за метлу? Ну я тебе устрою, будешь знать, как бедную несчастную ведьму пытаться выставить за порог!
Ну натурально картина пана Грепинса «Не ждали»!
– Никакая она не ваша, – произнесла я, размышляя, что будет, если кинуть в нахала горшком. – У меня всё по закону, плачу в начале месяца вперёд, поэтому вы не можете мне что-то предъявить. Арендодатель подтвердил, что у меня есть все права!
– Арендодатель? – уточнил он тихо, но я тут же захлопнула рот.
Таким тоном разговаривают следователи из управления, когда дают понять преступнику, что его дни сочтены.
И не надо на меня так смотреть, я ничего плохого не сделала… пока.
– Да, – твёрдо ответила, пытаясь прикинуть, на чём тут меня можно подловить.
– То есть вас совершенно не смущает, что пан две недели назад был захоронен и отбыл в Потусторонь? – вкрадчиво поинтересовался мой собеседник.
«Ну и что?» – чуть не брякнула я и тут же прикусила язык.
Не у всех сводный брат – профессиональный некромант. Аргументировать тем, что мы вчера беседовали с паном Орбасом на кладбище, не стоит. Не все такое одобряют. В тюрьму, конечно, не посадят, но Айварасу может влететь за злоупотребление служебным положением.
Но…
– А вас? – упёрлась я, решив, что ни за что не отступлю.
– А меня не должно это смущать, – любезно ответил он, складывая руки на груди, отчего ткань натянулась ещё сильнее, вовсю выставляя напоказ очень недурственную физическую форму.
– Это почему же? – прищурилась я, прикидывая, куда буду писать жалобу на самоуправство.
Теперь точно буду, не уйдут от меня!
Ну давай, расскажи мне, как тебя подкупил пан Дудоля и прислал для устрашения слабой девушки. Я…
– Потому что я – родной племянник Илмар Орбас, и эта лавка отошла мне по завещанию.
Я едва не выронила горшок из рук.
– Как-к-кой племянник? – переспросила глупо, понимая, что не могу состыковать услышанное… вообще ни с чем.
– Родной, – с готовностью повторил Илмар. – А вы, видимо, та самая особа, которая временно использовала лавку в своих целях. Буду искренне признателен, если вы соберёте свои вещи и покинете это место.
 
С этими словами он развернулся и направился внутрь.
Нет, вы видели? Это совсем никуда не годится!
– Ничего я не использовала! – возмущённо крикнула я и шагнула следом. – Я уже всё сказала. То, что вы племянник, не даёт вам права так вести себя!
Оказавшись внутри, я только охнула, потому что мои полки с пузырьками зелий уже были пустыми. Тумбочка под ними переставлена, сундук открыт. И вообще по помещению снуют четыре барздука, ловко перетаскивая стол.
– Господарь, ставим тут у окошка? – поинтересовался один из них. – Возле сорнячка?
Оскорблённая до корней Сифиздилла заехала ему листом по макушке. Бардзук подпрыгнул от неожиданности и замотал головой.
Я хмыкнула. Так тебе и надо, нечего языком молоть что попало.
Бардзуки в целом приятные ребята. Ростом обычно до пояса обычному человеку, живут между корней деревьев, обладают огромной силищей и любовью к сокровищам. Готовы всю жизнь собирать их и сидеть на сундуке, оберегая от врагов и не только.
Не зря у нас даже говорят: «Как бардзук на кладе». При этом они всегда не против заработать, поэтому охотно берутся за охрану домов, перенос тяжестей и строительство. То, что человек будет приподнимать при помощи магии или каких-то устройств, бардзук перетащит без особых усилий. Раньше, когда люди не знали, как с ними общаться, то оставляли хлеб и молоко у корней деревьев. Продукты исправно исчезали, пока в один прекрасный день не обнаружилась записочка: «Предоставлю услуги по кладке стен за умеренную плату».
– Ничего не ставим! – ледяным голосом сказала я. – Выносите стол.
Бардзуки озадаченно посмотрели на Илмара:
– Господарь, это ваша господарочка пришла?
– Это не моя «господарочка», – фыркнул он. – Ставьте у окна.
– Никакого «у окна»! Он закроет проход к печи. Как мне, по-вашему, туда пробираться?
– Лезть по столу? – осторожно предложил барздук.
– Никак, панночка, – начиная раздражаться, ответил Илмар. – Вас здесь не будет.
– Я вам не «панночка», а панна Торба, – отрезала я, давая понять, что не позволю разговаривать в таком тоне.
Ещё бы «деточкой» назвал! Кстати, по виду он возраста Айвараса, не старше. А как с такими иметь дело, я уже прекрасно знаю.
Илмар задумчиво посмотрел на меня, словно представил прямо на этом столе. Правда, так и не определился: я была у казанка для магических зелий или всё же в казанке.
Я же поставила горшок на прилавок, подошла к Сифочке, погладила её по листочкам, заодно просматривая территорию. Куда делся Муррис? Как он нужен, так ветром сдуло!
Подняв глаза, увидела чёрный хвост, свисавший вдоль сушняка, привязанного к потолочным балкам. Муррис тут же поменял положение, глянул на меня и разве что не приложил коготь к морде, мол, тихо.
Логично. Не стоит показывать, что у меня тут есть шустрый фамильяр, который и ловко добудет нужную информацию, и сумеет организовать побег, и врагу как следует вломит.
Так, хорошо, с одним разобрались. Теперь где Жужа? Почему она бездействует, когда тут такое?
Была слабая надежда, что она убирает дорожки у дома. Когда на Жужу нападает вдохновение, то не остановить. Я однажды сама удирала от неё, когда случайно бросила не туда испорченную этикетку. Смех и только… Кому сказать: ведьма бегает от собственной метлы!
– Господарь, так мы того… в смысле, не того… Куда меблю вашу ставить?
– Мебель, – поправила я.
– Так я и говорю, меблю!
Судя по виду Илмара, это было далеко не первое слово, над которым бардзуки поиздевались. Они каким-то волшебным образом умудрялись коверкать всё, что слышат.
– Оставьте.
– Так господарочка ваша…
От взгляда тёмно-карих глаз, обещавшего ему все кары небесные, бардзук тут же заткнулся и выскочил на улицу.
– Берём сундук! – прокричал он.