Консультант (СИ)
– Видишь ли, лапочка, в чём дело… У меня плохо с боезапасом. И с энергией не фонтан. Выдалась пара неудачных рейдов, пришлось потратиться на ремонт. Так что, боюсь, выйдет дороговато. Знаешь, какие здесь цены?
Лана начала было прикидывать, какие ресурсы может вложить в предприятие, не привлекая ненужного внимания к своей персоне и производимым операциям, но тут вмешался Рис.
– Сеньор Силва, кораблем какого класса вы располагаете?
– «Звёздный ястреб», а что?
Лана окончательно сникла. «Звёздный ястреб» был кораблем, прямо скажем, не самым маленьким. Боезапас и энергия… впрочем, Хаузер отнюдь не выглядел смущённым. Даже улыбнулся:
– А то, что «ястреб» в принципе способен, оттолкнувшись от Руби, уйти на Шанхай одними Вратами. Если, конечно, навигатор знает своё дело. Ваш – знает?
– Конечно!
Вскинувшийся Силва явно счёл вопрос оскорбительным, и Лана, не понявшая пока, к чему клонит Рис, была полностью согласна со старым знакомым.
– В таком случае предлагаю решать проблемы по мере их поступления. Сначала отправляемся на Шанхай, а потом…
– И что нам это даст? – вклинилась Лана.
– Женщина, ты устала. Твои мозги заржавели и скрипят, – снисходительно усмехнулся Хаузер, и Лана, задохнувшись от возмущения, даже не сразу нашлась, что ответить на столь наглое заявление. А Рис продолжил: – При одних Вратах на переход нам обеспечена на старте защита станций охранения Руби, а на финише – станций охранения Шанхая. Так что боезапас – здесь – неважен. А там я обеспечу нам любую разумную скидку с цен, которые и так существенно ниже местных, поскольку, в отличие от Руби, Большой Шанхай – порто-франко [20].
– Рис, – выдохнула Лана, которой разом расхотелось скандалить, – ты гений!
– Я знаю, – с подчеркнутой скромностью улыбнулся мужчина, склонил голову набок и постучал себя указательным пальцем по щеке: – Сюда, пожалуйста.
Девушка послушно чмокнула указанную точку, потом снова посмотрела на Силву и вопросительно приподняла брови:
– Что скажешь, Аль?
– Что скажу… если боезапас вы берёте на себя, то сумма контракта составит… – он пробежался пальцами по сенсорам браслета и протянул руку через стол. – Устроит?
Для окончательного завершения процесса найма требовалось соблюсти небольшую формальность, и дон Альберто снова завладел пультом. Отражающее поле исчезло, четвёртая стена кабинки, представлявшая собой что-то вроде роль-ставней, намоталась на вал и скрылась в тут же закрывшемся потолочном коробе.
Теперь любой желающий, а их, естественно, была… эээ… сущая горсточка – все, присутствующие в «Папаше» – мог видеть, как капитан Силва, демонстративно усевшийся на одну сторону стола с нанимателями, торжественно открывает бутылку. Такова была неизменная традиция всех «семейных» кабаков. Как и накрывшая зал тишина: всем хотелось услышать, какими именно словами будет закреплён состоявшийся фрахт.
– Я предлагаю выпить за удачу, – пророкотал поднявшийся на ноги капитан, и его голос, вроде бы и негромкий, наполнил кабак величественным гулом. – Да будет она к нам благосклонна.
– Куда она денется, – задиристо бросила также вставшая Лана. – Быть благосклонной к нам – святая её обязанность. Не мы ли её солдаты?! Впрочем, ты прав, Аль: здоровье Её Величества Удачи!
Наполненные всклень стаканы сошлись над центром стола с мелодичным звоном, и Рис Хаузер мельком подумал, что такое качество стекла попадается не во всяком заведении тремя классами выше. Изрядная часть светло-янтарной жидкости выплеснулась на столешницу, остаток перекочевал в желудки собеседников, которым, наверное, ещё не раз предстояло стать собутыльниками.
Рис обратил внимание на то, как пьёт Лана: обычно так – слегка раскрутив пойло в стакане и забросив его в горло одним комком – пили мужчины. Причём, как правило, те из них, кто стремился продемонстрировать окружающим свою лихость. Он удивлённо покосился сначала на девушку, потом на Силву, который не преминул снисходительно ухмыльнуться:
– Смотри-ка, научилась! – и пояснил: – Это я ей подсказал, как пить крепкое, чтобы не обжечь язык. Она тогда совсем девчонкой была, ещё и пиво не пробовала, а вот поди ж ты! Запомнила!
– Что тебя удивляет, Аль? – Лана притворилась, что слова Силвы задели ее, но в глазах девушки мелькнуло что-то, подозрительно похожее на нежность пополам с ностальгией.
– Ничего, малышка. Просто никогда не знаешь, что именно задержится в голове ученика, особенно если этот ученик – подросток. Ладно, к чёрту лирику, – махнул он рукой, и вдруг взревел так, что опустевшие стаканы подпрыгнули: – Экипажу «Хвоста Трубой» немедленно вернуться на борт! Мальчики и девочки, мы – зафрахтованы!
Ответом ему был восторженный вопль примерно десятка глоток. У кабинки начали собираться люди – и не только. Во всяком случае, первой к столу подоспела та самая мрина, с которой Лана перекинулась несколькими словами по дороге к стойке.
– Грета Дальберг Кейн рри [21] Зель-Ли, – коротко отрекомендовалась она. – Бортовой врач. Что с твоей ногой, сестрёнка?
– Светлана Дитц Кронберг Ордоньес Лазарев рри Зель-Гар, – в свою очередь представилась Лана, и Рис удивленно хмыкнул про себя: столь многоэтажного имени он не ожидал даже после представления врача. Светлана… – Стукнулась коленом, а регенаратор пришлось снять до того, как он отработал программу.
– Ясно, – если врач и удивилась использованию регенератора при банальном ушибе, который подразумевал легкомысленный тон Ланы, то никак это не проявила. Просто приняла информацию к сведению. – Сейчас я ничего не сделаю, а на борту посмотрим, что, к чему и почему. Идти можешь?
– Запросто! – фыркнула Лана, закрывая вопрос.
Судя по слегка нахмуренному лбу, девушка не была вполне уверена в своих силах, но и терять лицо перед соотечественницей не собиралась. Ладно, в крайнем случае, Рис и донести её может. Людей хватает, кто-нибудь да подсобит с баулом. Строго говоря, Лану тоже мог нести кто-то ещё, но это удовольствие Кристиан Хаузер твердо решил оставить себе.
Четверть часа спустя стало предельно очевидно, что может Лана идти, не может – не важно. Идти придётся. И, вероятно, не только идти. Потому что, когда они свернули на одну из «улиц» порта, ведущую к частным посадочным площадкам, дорога оказалась перекрыта. Причём и спереди, и сзади.
– Ч-черт! – процедил сквозь зубы разом напрягшийся Силва. – «Попрыгунчики», мать их!
Лана наскоро прикинула диспозицию. Впереди человек двадцать, за спиной… угу, ещё столько же. А их всего четырнадцать, причем не все трезвы и как минимум двое, она и Рис, успели уже сегодня подраться, устали и хотят спать. В принципе, прорваться можно, особенно если с «Хвоста» подоспеет подмога, вот только возможные потери неоправданно велики. Что ж, пришла пора выкинуть коленце.
– Сворачиваем влево, – бросила она тем самым тоном, которым пользовалась, отдавая команды своему отделению.
– Сдурела? Там «мертвяк»! – вскинулся Шрам.
– Вот именно, – отозвалась Лана. – Я знаю, что делаю, Аль. Топаем в темпе, некогда объяснять. Вызывай своих на южную границу зоны, и двинули.
И первой шагнула в узкий, зловонный проход между двумя складами. За ней, переглядываясь и держа руки на оружии, пошли остальные. Спорить, что характерно, никто не стал. То ли доверяли нанимателю, то ли произвели мысленно те же выкладки, что и она. А выкладки, строго говоря, были несложными.
В любом порту, и «Руби-Центр» не являлся исключением из правила, существовали зоны, в которые без крайней надобности совались только самоубийцы. Как бы вольно ни толковались планетарные законы в портах, «мертвяки» не признавали и их, живя по своим собственным. И одним из таких законов являлся категорический запрет на разборки чужаков. Банды, «держащие» «мертвяки», право убивать, грабить и даже просто дышать на своей территории оставляли за собой.