Развестись нельзя спасти
Екатерина Серебрякова
Развестись нельзя спасти
Пролог
Я была рада оказаться в стенах полюбившегося офиса, но не обрадовалась присутствию в кресле секретарши молоденькой девицы, престранно смотрящей в мою сторону.
И нет, я была не из тех жен, что закатывают скандалы, как только в радиусе километра от ее мужа появляется кто-то женского пола. Просто я была совсем не глупой, и кое-что понимала в жизни и в своем браке.
– Борис Григорьевич занят? – ровным голосом спросила я.
– Секунду, – девушка лет двадцати откинула локон светлых волос, испорченных дешевой краской, и небрежно нажала на кнопку. – Борис, к тебе тут посетительница.
– Жена, – поправила я это размалеванное чудо.
– Проходите.
Тяжело вздохнув, я окинула сочувствующим взглядом молодую девушку, переполненную ненавистью ко мне, и вошла в кабинет мужа.
– Привет. Я привезла бумаги, твоя мама попросила.
– Здравствуй. Почему она не послала курьера? Не нужно было напрягать тебя.
– Мне не трудно, – тут же возразила я, отходя от стола ровно на шаг.
Муж был взволнован. За десять лет брака я научилась распознавать каждую его эмоцию, любое изменение во взгляде, даже внутреннюю дрожь чувствовала. И сейчас он ой как переживал.
В его планы не входило мое появление в офисе. Я не должна была приходить и видеть новую секретаршу. Хотел скрыть? Не похоже на моего обычно честного мужа.
– Поговорим сейчас или за ужином?
– О чем ты?
– О твоей новой секретарше, – на выдохе произнесла я.
– Ты же не будешь устраивать скандал из-за молодой девушки на должности?
– А ты же не будешь водить меня за нос и спать с любовницей за моей спиной?
Тонкие губы мужчины дрогнули. Он виновато улыбнулся и опустился в кресло, рефлекторно расстегивая пуговицы на темно-синем шерстяном пиджаке, который я подарила ему на День влюбленных.
– Оля…
– Встретимся в восемь в нашем ресторане, хорошо? Сейчас у меня нет времени на этот разговор.
Как ни в чем не бывало я улыбнулась мужу и модельной походкой вышла из кабинета.
В приемной еще раз с сожалением посмотрела на девочку, которой по глупости своей или по слабости сердца пришлось стать участницей этой истории, и покинула офис.
К тридцати семи годам я построила блестящую карьеру в сфере рекламы.
Сначала было нелегко, и я часто меняла фирмы, искала практику, училась у людей, которых называли профессионалами в нашем деле.
Мои старания видели, во мне отмечали талант и большой потенциал, который с годами удавалось раскрывать с новых сторон.
Я была на пороге того, чтобы самой стать профессионалом, у которого начинающие хотели бы взять урок, но жизнь круто изменилась.
На одном форуме, за рекламу которого я отвечала, мы познакомились с Борисом. Фамилия Миролюбовых звучала на всю столицу, на всю страну, да что там, на половину земного шара.
Их семья владела всеми акциями крупного холдинга, занимающегося строительством объектов по всей России и Европе.
Бориса готовили на должность генерального директора.
Но это было вовсе не важно. Мы так полюбили друг друга, что не могли провести и дня в разлуке. Часами напролет говорили, смотрели фильмы, ходили на ночные свидания, потому как днем оба работали.
Это была невероятная искренняя любовь, не знающая преград на своем пути.
Но преград у нашей любви и не было. Моя семья с радостью приняла Бориса, а его родители полюбили меня как родную дочь. Свадьба состоялась через год, а еще через полгода меня сделали частью семейного бизнеса и главным рекламщиком холдинга.
Мне было двадцать восемь. Мы были молоды и счастливы. Это длилось почти что десять лет.
– Настя, я закончила на сегодня. В восемь у меня важный ужин. Ты забронировала столик?
– Да, Ольга Владимировна, столик на двоих, как Вы и просили, – быстро произнесла ассистентка в трубку. – Что-то еще?
– Нет, ты свободна на сегодня. Будь готова отменить все мои дела завтра до обеда.
– Хорошо… Что-то случилось?
Я выдавила из себя вымученную улыбку, хоть собеседница меня и не видела, и закрыла крышку ноутбука.
– Все в порядке. Просто будь готова. Хорошего тебе вечера.
– И Вам, Ольга Владимировна.
– Этот вечер таким точно не будет.
Я собрала необходимые вещи в дамскую сумочку, накинула на плечи бежевый тренч и вышла из своего кабинета.
Устроившись за рулем машины, оставленной на подземной парковке, я посмотрела на время.
– Без четверти восемь. Успеваю.
Черный спорткар сорвался с места и повез меня в направлении ресторана в центре Москвы.
Борис уже ждал. Он никогда не задерживался. Пунктуальность была нашим общим фетишем.
Мужчина крутил в руках стакан с темно-коричневой жидкостью и смотрел в окно, вид из которого открывался на центральную улицу города.
Увидев меня, он поднялся с места, помог снять плащ и галантно отодвинул стул.
Я хмыкнула.
– Заказал тебе овощной салат и филе морского окуня. Выпьешь со мной что-нибудь?
– Спасибо, я за рулем, – сказала, откладывая в сторону меню. – Полагаю, можем поговорить, раз все участники диалога на месте. Или мы ждем твою секретаршу?
– Марина моя ассистентка, – попытался оправдаться мужчина, но одного моего смеющегося взгляда хватило, чтобы он наконец заговорил.
Я знала Бориса, чувствовала его и его настроения. И сейчас невероятно больно было видеть, как его разрывает на кусочки от тоски и чувства несправедливости.
Однако мне было не лучше. И в этом ресторане никто не спешил сочувствовать жене, которой вот-вот сообщат, что после десяти лет брака ее меняют на молодую девчонку.
– Мы познакомились месяц назад, – грустно произнес Борис, качая бокал с крепким алкоголем в руке. – Я никогда прежде не чувствовал ничего подобного. Это было как в кино! Она такая легкая, очаровательная, веселая….
У мужчины перехватило дыхание от переполняющих его светлых чувств. Влюбленность. Я знала ее. Я сама десять лет назад испытывала нечто подобное.
– Я не позволял себе думать о ней, даже злился, когда каждый раз вспоминал эту улыбку, взгляд… Оля, ты не представляешь, как мне стыдно. Я ненавижу себя за эти чувства, но не могу не чувствовать. Что бы не делал, в моих мыслях только она.
– Молодая девушка, красивая, не обремененная проблемами и бытом. Это нормально.
– Нет, ненормально, – мужчина покачал головой, стыдясь даже заглянуть мне в глаза. – Я чувствую себя последней сволочью. Я не хочу, не хотел доводить до этого. Думал, что забудется, пройдет!
– Поэтому нанял ее на работу? – расхохоталась я. – Спасибо.
В тот момент мне хватило выдержки, чтобы принять салат из рук официанта и улыбнуться так, чтобы он не заподозрил, что происходит сейчас за этим столиком.
– С работой вышло глупо. Я искал ассистентку, и на прошлой неделе пришла она… Я понял, что это судьба, что влюбился окончательно и просто не смогу жить, если она не окажется рядом со мной! Оля…
– Что? – грубо перебила я, отрываясь от еды.
– Не делай вид, что тебе все равно, умоляю. Я не прикасался к ней, клянусь всем, чем захочешь. Я уважаю тебя и наш брак, я просто не мог обойтись с тобой так. Хотел рассказать. Но не знал, не мог…
– Это симпатия, влюбленность или, может, любовь? Как долго продлится это увлечение?
– Не говори так… – мои слова ранили мужчину глубоко в сердце, но в тот момент это было жизненно необходимо мне. Хотя бы словами сделать ему так больно, как своими чувствами к другой девушке он делает больно мне. – Я не знаю, что между нами. Я не могу обещать ни тебе, ни себе, что это лишь временное увлечение. И обманывать тебя не могу. После того, что я себе позволил, мы не можем быть вместе. Я не имею на это права.
– Как скажешь. Будет развод без сандалов и суда, обещаю. При одном условии.
– Ты получишь все, что пожелаешь. Наш дом, машины, часть капитала, свою долю холдинга, работу.