Никто не вечен (СИ)

— Он будет вести себя очень смирно, — сказал я Софии. — Посадим его так, чтобы казалось, будто он заснул на заднем сиденье. Машину припаркуй во дворе, где-нибудь подальше от подъездов и мусорки. Чтобы мимо поменьше людей шастало.
— Поняла, — отозвалась София. — Постараюсь найти укромное местечко.
Через несколько минут она завела автомобиль в арку, и я понял, что мы въезжаем во двор. Приподнявшись на локте, я выглянул в окно. Да, так и есть. Даже детская площадка имелась — с облупившимися горками и беседками. Ни одного ребёнка на ней не наблюдалось. Только пара ворон старательно потрошила урну, выкидывая из неё мусор.
Девушка остановилась возле глухой стены под ветками запущенного клёна. Отлично, в самый раз.
— Сначала убедись, что доктор на месте, — сказал я Софии. — Когда он ответит по домофону, чётко проговори следующее: «Привет, док, это твои друзья приехали — горло промочить. Открывай скорей, а начнём без тебя прямо на крыльце».
— Что это? Пароль?
— Вроде того. Запомнила?
София повторила кодовую фразу.
— Большинство тайных визитёров Кунца на ногах не стоят, и это фраза, если кто-то услышит разговор, объясняет, почему.
— Типа, его собутыльники?
— Ага. Док и сам нехило закладывает. С тех пор, как его попёрли из больницы.
— То есть, он ещё и в говно может быть⁈ Ты выбрал очень странного врача, Вов, чтобы доверить ему свою жизнь!
— Какой есть. Хватит трепаться! Иди давай, звони в дверь.
София вылезла из машины и побежала к подъезду.
Ждать пришлось минуты четыре. Наконец, я увидел, как открылась дверь, и на крыльцо выполз Кунц — в мешковатых джинсах, засаленной футболке и спортивной куртке. На ногах у его были резиновые шлёпки. Он отвёл Софию от двери, быстро переговорил с ней, кивнул, и они вдвоём направились ко мне.
Открылась задняя дверь машины, и Кунц заглянул в салон. Пахнуло перегаром и потом. Врач окинул взглядом меня, затем — маркиза.
— Привет, док, — сказал я. — Давно не виделись. Выглядишь всё таким же свежим.
— Двое? — спросил Кунц отрывисто и нахмурился.
— Нет, только я. Это просто пассажир. Он останется здесь. Посади его, чтобы казалось, будто он дремлет. Да, вот так в самый раз. И помоги выйти. Мне прострелили грудь и ногу.
Вдвоём с Софией они довели меня до подъезда. Жил Кунц, к счастью, на первом этаже, так что подниматься по лестнице почти не пришлось. И вероятность встретить кого-нибудь из соседей была минимальной. Впрочем, я подозревал, что доктор с ними дружит, и они, подозревая, чем он зарабатывает, закрывают на это глаза. Всё-таки, врач-сосед, какой бы ни был, это совсем неплохо. Единственное, чего стоило опасаться, — что рано или поздно Кунц по пьяне поссорится с кем-нибудь, и его всё-таки сдадут. Но будем надеяться, что это случится не во время моего нынешнего визита.
Меня затащили в квартиру, в которой воздух пропитался затхлостью, смешанной с медикаментами и перегаром.
— Сюда, — сказал Кунц, — указывая на комнату, служившую ему медкабинетом. — Кладём на стол. Аккуратнее. Вот так, отлично, — он протянул Софии ножницы, — срезай пока одежду на груди и на ноге. Побольше, не жалей. А я схожу руки помою.
Слегка покачиваясь, он двинулся из комнаты. Когда исчез в коридоре, девушка наклонилась ко мне и прошептала:
— Вов, ты уверен, что ему стоит доверять⁈ У него же руки трясутся!
— Детка, у тебя же есть инструкции. Что док сказал тебе делать?
— Резать одежду.
— Ну, так режь!
  
Глава 20
 
Общий наркоз Кунц не делал, так как у него не было для этого нужного оборудования. Так что он остановил кровь, льющуюся из ноги, обколол рану на груди обезболом и полез в неё щипцами. Естественно, я почти всё чувствовал. Приходилось терпеть, скрипя зубами. Из глаз брызгали слёзы, сердце стучало, как ненормальное, я весь был покрыт ледяной испариной.
— Вот она, родимая! — ухмыльнулся Кунц, достав, наконец, пулю. — Ого! Никак золотая! Тебя кто-то принял за мага?
— Похоже на то. Можешь оставить её себе, только сначала переплавь, а то в ломбарде возникнут вопросы, откуда у тебя боеприпас Охранки.
 
— Так ты с жандармами схлестнулся? Погоди, не отвечай! Я не хочу знать! Вторая пуля такая же?
— Уверен, что да.
Кунц обработал и зашил рану на груди, сделал перевязку и занялся ногой. Я чувствовал, что потерял слишком много крови. В глазах темнело, пальцы были холодными, руки немели. Наверное, будь я обычным человеком, уже окочурился бы. Но убить мага гораздо сложнее. Поэтому Охранке и нужны золотые пули.
— Кость не задета, — объявил Кунц. — Ты везунчик. Но неплохо бы показаться Целителю. Есть у тебя знакомый? Хотя нет, этого я тоже знать не хочу. Не моё дело. Я вас штопаю и забываю о том, что вы приходили. Так проще живётся.
Закончив со второй раной, врач наложил перевязку, сделал мне несколько уколов и кивнул.
— Ну, чем мог — помог. Остальное от меня уже не зависит. Можете остаться тут на пару-тройку часов, а потом попрошу освободить помещение. У меня тут не больничная палата. Да и в любой момент ещё кто-нибудь заявиться может, а кабинет только один.
— Конечно, док, — проговорил я, чувствуя, как по телу разливается слабость. Видимо, в одном из шприцев было успокоительное. — Я понимаю. Это тебе, — я протянул ему несколько банкнотов.
Кунц покачал головой.
— Не нужно. У тебя, как у… корпоративного клиента, абонемент. Всё оплачено. Ты ж и сам знаешь.
— Знаю, док. Это лично от меня.
— Уверен?
— Абсолютно.
Врач взял деньги, сложил и сунул в карман.
— Что ж, думаю, вы можете остаться и подольше…
— Нет, док, мы уедем. У нас ещё куча дел.
Кунц кивнул с облегчением.
— Ладно, моё дело — предложить.
Через два часа я почувствовал себя лучше. Всё-таки, тело мага не ровня обычному человеческому. Даже если на его сердце нет Печати Демона, энергетическая система восстанавливает ткани довольно быстро и без помощи Целителя, который, по сути, ей лишь помогает. Конечно, я не стал бодрым и здоровеньким, да и обезволивающие таблетки прихватил, которые любезно выдал мне Кунц. София помогла мне добраться до машины.
— Давай пока за руль, — сказал я. — Едем в башню, где мы были перед вылетом в Макао.
— Я не помню дорогу.
— Я тебе скажу адрес.
— Ты точно нормально себя чувствуешь?
— Вполне приемлемо. Нет у нас времени рассиживаться и разлёживаться. Не волнуйся, каждый час работает на меня. К утру раны почти затянутся, и боль отступит. К тому же, у меня есть волшебные таблетки. Всё, поезжай. И не гони. Попадаться на глаза полиции нам ни к чему.
— А если тормознут?
— Ну, тогда будем удирать. Тачка-то угнанная, у меня пулевые, да и попутчик наш не в том виде, чтобы демонстрировать его полицейским.
К счастью, до убежища добрались без приключений. Даже по пути заехали в магазин — София купила продуктов и питьевой воды. Голод уже конкретно давал о себе знать. А организму требовалась энергия, и не только магическая. Калории тоже.
Вдвоём кое-как затащили Альпецци в башню — благо, в доме имелся лифт. И даже никого не встретили на лестнице. В общем, чистое везение, как ни посмотри. Если и дальше так пойдёт, вообще в шоколаде будем.
Правда, в башне мне пришлось прилечь, и встать я смог только через полчаса. За это время София сварганила пасту карбонару, салат и заварила крепкий чай. Надо сказать, получилось у неё вполне сносно.
Перекусив, я занялся Альпецци — усадил его на стул и привязал руки и ноги пластиковыми хомутами к ножкам и подлокотникам. Каждый уважающий себя агент обязан иметь набор для допроса — это база.
— Что ты собираешься с ним делать? — спросила София, наблюдавшая за моими действиями с дивана. — Током пытать?
— Думаю, этого должно хватить. Предложил бы тебе куда-нибудь выйти, да помещение не позволяет. Сама видишь — комната тут одна.
— Ничего, переживу. Это ведь он пытался меня выторговать?