Вперед, за Белым Кроликом! (СИ)
Личных вещей у девушек тоже практически не было, что выдаст старая смотрительница, то и носили. Пожилая нагиня Хенита была за главную, помогали ей еще две нагини, они следили за детьми. Дети же были ничьи. Кто их отцы, было неизвестно, а матери к отпрыскам интереса не проявляли.
Сказать откровенно, украденные девушки, которых Таня и Наина про себя звали «гаремом», вообще ни к чему не проявляли интереса. Этакие амебы. Они выходили во двор на время уборки, слонялись туда-сюда, шли в общую столовую ужинать и возвращались к себе, где либо ложились спать, либо бесцельно смотрели в окна-бойницы. Уборка тоже была какая-то странная. Прислужница обходила комнату за комнатой, но ничего не делала, только водила артефактом вдоль стен и вокруг постели.
— А что она делает? — спросила Таня у своей горничной Захары, которая теперь сопровождала ее повсюду.
— Обрабатывает комнаты от вишеков, — ответили ей.
— А вишеки это?..
Подозрения Тани подтвердились. Вишекам оказались жучки размером с бисеринку, нечто среднее между блохами, вшами и клопами, благополучно обитающие как в шерсти оборотней, так и на теле людей, не брезгующие и нагами. Короче, абсолютно всеядные паразиты.
Татьяна тут же поспешила отступить и принялась придирчиво осматривать себя и одежду.
— Вернемся? В купальню сходим, — предложила она Наине. Но та упрямо покачала головой.
Таня вздохнула. Нет, желание подруги всех спасать она понимала. Но не разделяла. Им надо Аню искать, а не с этими рыбами снулыми возиться.
— А чего они такие замороженные? — спросила она у прислужниц. — Они всегда такие?
— Ну да, — подтвердила Зои, — ходят туда-сюда, как мертвецы у некромантов. Их кормят, поят, вон, вишеков убирают, а больше им ничего и не надо. А рожать придет время — в дальнее крыло переведут, но нам туда нельзя ходить.
— Нет, они раньше другие были! — внезапно вступила в разговор обычно молчаливая Захара. После того, как Наина обработала ей руку, девочка ее побаивалась и в ее присутствии помалкивала, но неукоснительно выполняла свои обязанности личной прислужницы при Татьяне. — Они поначалу дергались очень, плакали много, убежать старались. И к нагам не хотели идти, которые их выбрали. Их старая Корделия к себе велела привести. Ну и вот, после этого они такие уже стали. Послушные, только не помнят себя. И кто затяжелел, тоже не знают от кого. За ними Айза следить должна была, чтобы каждая из них только с одним нагом общалась. Если бы они забеременели, их бы разобрали к хозяевам. Но когда советник себе девушек выбрал, она начала их под всех подкладывать. Так что, чье потомство получилось, не узнать пока.
М-да, не зря эти су… машедшие нагини Тане сразу не понравились, особенно та, с пищаще-визжащим голоском. А она вроде и есть Айза?
— А что происходило у Корделии, кто-нибудь знает? — спросила Наина так спокойно, что Таня сразу поняла, что подруга в бешенстве. — И кто это вообще такая?
— Бабка пиринса, она уже давно из своих покоев не выходят, говорят, что ей тыщща лет и она света боится. И слуги у нее свои, они не разговаривают, не умеют, только Иратус туда иногда ходит по поручениям, — охотно делилась информацией Зои.
“Да, дело ясное, что дело темное! Видимо, эта та леди, от которой стоит держаться подальше”, — определилась с тактикой Таня и принялась следить за девушками, гадая, что же с ними произошло — опоили, околдовали, загипнотизировали? Все же змеи, могут, наверное, и так.
— А что там такое, в этом дальнем крыле, — поинтересовалась Наина с самым скучающим видом. — А то вдруг я по незнанию забреду случайно, а там эти ваши рвачи!
Слово ударило, что хлыст, рассекая воздух. Захара побледнела и отшатнулась назад, пряча раненую руку за Таню, Зои же прикрыла рот в испуге, но потом, выпучив от удивления глаза, все же спросила:
— Откуда вы знаете, леди?
Наина промолчала, растерявшись, а Таня поняла, что они еще многого не знают. Но об этом она решила подумать позже. Коли Иратус у них вездесущ, то надо придумать, куда спрятать вещи. Она ухватила Наину под локоток и потянула ее в барак. Расчет был просто — там такой бардак, что искать там точно никто ничего не будет!
Глава 12. Наина. Содержимое сумки
Наина ходила по пристрою, в котором размещались человеческие девушки, молча. Нет, она знала, что некоторые люди живут в стесненных условиях, что бывают квартиры, где на десять комнат один туалет. Общежития опять же…Но знать и видеть — это разные вещи. У родителей был особняк, у брата квартира, в которой они могли и не встретиться, в санатории у нее была, конечно, небольшая комната, но со всеми удобствами. А тут…
Когда речь зашла о вишеках, Наина даже не сразу поняла, почему Таня предложила пойти в купальню. Когда разобралась, то сбежать захотелось невероятно, но она твердила себе “я справлюсь, я смогу” и не давала ужасу и брезгливости отразиться на лице.
Это до момента, пока она не узнала, что сделали с девушками, чтобы они стали такими замороженными. Вот тогда возникло желание разорвать эту старую гадюку своими руками. Наина поклялась себе, что рано или поздно она доберется до этой гадины, и мало той не покажется.
Она удивилась, когда Таня со словами “Лишь дурак пойдет в барак, потому что там бардак!” потащила ее обратно в этот пристрой. Потому что, во-первых, была согласна с Таней, что бардак и барак, и, во-вторых, дурой себя не считала.
— Так, тебе нужна здесь смотровая и процедурная, — рассуждала подруга, заглядывая в каждую из комнат. — Кто здесь главный? Нам надо две смежных комнаты с рукомойником.
Зои тут же унеслась куда-то и вернулась с Хенитой.
— Добрый день, почтенная, Темнейший пиринс дал нам поручение вести наблюдение за прохождением беременности у человеческих девушек, и проследить, чтобы они выносили здоровое потомство. Нам нужно место для осмотра. Организовать это в ваших силах или с этой малой просьбой нам обратиться лично к Темнейшему? — Таня так уверенно напирала на змеюку, что та скривилась, но повела их в самый конец коридора.
— Комнатушку найду, много ли вам надо, — бурчала по дороге старая смотрительница.
Наина разглядывала ее с интересом. Это была первая старуха, что они здесь встретили — чуть сгорбленная, с шаркающей походкой, узловатыми пальцами, морщинами и темными пятнами на коже. Наину, как будущего медика (всего год оставался до окончания колледжа), снедал вопрос — если тело оборотней при обороте “обновляется”, то сколько лет этой нагине?
— Вы не поняли, почтенная, — продолжала между тем напирать Татьяна. — Сам пиринс велел нам, посланницам богини, следить за притоком здоровой свежей крови на остров, и, разумеется, одной комнатушки нам не хватит. Нам нужно пять, нет — семь комнат, связанных между собой, с туалетом и мыльней, — требовала Таня.
Наине осталось только удивиться растущим аппетитам подруги, но важно кивнуть с видом королевы. Старуха тоже прониклась.
— Ишь че, пол крыла им отдай. Ладно, распоряжусь. Вот от сих и до лестницы четыре комнаты, кладовая и мыльня. Забирайте.
Наина окатила старуху таким недоуменно-презрительным взглядом, что та споткнулась.
— Ладно, вот эти две еще прикажу освободить.
— А поясните-ка насчет мыльни, почтенная, ей ведь пользовались ваши подопечные. Где они сейчас будут это делать? — Татьяна продолжала наседать на нагиню
Старуха зашипела сквозь зубы. Вот реально подобралась вся и зашипела, как змея, Наина была уверена, что она вот-вот обернется, и приготовилась спасать Таню. Но все обошлось, старуха успокоилась, а Таня так вообще ничего не заметила.
— Прикажу открыть вторую в том конце крыла, довольны?
— Нет! — сказала Татьяна, и Наина снова высокомерным кивком подтвердила ее слова. — Завтра пришлете нам трех девиц, что не в тягости, будут чистоту наводить. Пить и есть им ничего не давать, они нам для опытов нужны голодные. Подготовите еще воды горячей три кадушки, тканей простых семь отрезов и все для уборки, что вам Зои скажет.