Воин забвения. Отравленный исток

Млада посмотрела на него ненавидяще, но Рогла отпустила, позволяя Ведане склониться над ним. Может, лучше помочь сумеет.
– Чего это вдруг горит? – недовольно проговорила она, выпрямляясь. – Я ничего плохого ему не делаю.
– Корибут его тёмной силой Забвения наделил, – внимательно оглядывая сына, пояснил жрец. – А у тебя светлая сила Богов. Пусть и не проявленная. Вот и плохо ему от этого. Теперь я понимаю, зачем он Хозяину был нужен. Он просто подготовил мне замену. Я предал его, а без сильного жреца Корибуту не обойтись.
– Разве у Рогла есть какие-то способности? – Ведана отняла ладонь от лба вельдчонка и подняла глаза.
Млада припомнила и Юрско, которого Рогл едва не убил одним прикосновением, и Драгомира. Ему и вовсе стало худо лишь от приближения мальчишки. Значит, Корибут раньше об этом знал, но, видно, Рогл выскользнул из-под его надзора на время, а как случилась оказия, он отравил его Забвением. Чтобы уж точно никуда больше не делся. Скверно выходит: только угрозы, от Зорена исходящей, миновать удалось, а теперь от Рогла не знаешь, чего ждать.
– Есть, – кивнул Зорен, помолчав. – Тот ритуал, во время которого Рогл сбежал… Его приказал мне провести Корибут. Тогда я ещё не знал, зачем. А теперь понимаю. Но он не был закончен.
– А теперь, значит, всё свершилось? – Млада раздражённо поднялась на ноги и отряхнула колени. – Хоть лей слёзы, хоть не лей. Хоть захлебнись ты, Зорен, в своих оправданиях, а ничего не изменится.
Хальвдан успокаивающе положил ладонь ей на плечо, но она сбросила её.
– Угомонись, Млада, – подкрепил верег свой жест словами. – От того, что мы тут поругаемся в очередной раз, никому легче не станет!
– Ты бы вот, воевода, не лез лучше! – она резко обернулась и махнула на него рукой. – Несёшь посох, вот и неси себе. На большее всё равно не сгодишься.
– А ты, значит, особенная? – сурово прищурился Хальвдан. – Воин Забвения… Избавительница. Знать бы ещё, к какому месту тебя приложить, чтобы толк был.
– Тихо! – яростно шепнула Ведана, прерывая зарождающуюся склоку. – Он очнулся.
Рогл и правда открыл глаза и вяло огляделся, плохо понимая, где находится. Страшно стало на миг, что разум уже покинул его, что завладел им Корибут безраздельно. Чуть дольше вельдчонок задержался взглядом на пламени костра, всмотрелся в него, будто увидел что-то, но потом мотнул головой.
– Я убил их, – пробормотал он едва разборчиво. – Всех их. Как же так?
Он отрешённо посмотрел на Младу, а потом перевёл взгляд на Зорена. Тот болезненно поморщился.
– Ты сможешь когда-нибудь меня простить?
Вельдчонок свёл брови, и по его лицу пронеслась гримаса отвращения.
– Жаль, не добрался до тебя тогда… – только и ответил он.
Знать, нет большего удара для отца, чем сожаление сына о том, что убить его не сумел. А ведь когда-то казались слова вельдчонка о ненависти к своему роду едва не ложью распоследней. Уж настолько неправдоподобно звучали. Не врал он, выходит – всё было видно теперь по его глазам и по тому, как поник Зорен.
– Как такое случилось? – не раздумывая, перешёл к делу Хальвдан. Ему-то до семейных распрей вовсе дела нет. – О каких ещё чудищах говорил Ждан? Кого ты призвать умудрился?
– Дай ему хоть в себя прийти, воевода! – вступилась Ведана.
– Я не стану дожидаться, когда нас во сне тоже кто-нибудь сожрёт! – ехидно осклабился верег.
– Я в порядке, – Рогл взял Ведану за руку и слабо улыбнулся, а потом попытался сесть. Млада и хотела бы ему помочь, но прикасаться на всякий случай не стала.
Хальвдан помолчал, пока вельдчонок устраивался поудобнее, а затем повторил вопрос:
– Ну так рассказывай, что стряслось в тот день. Получается, правду люди судачат, что твоя вина в том, что полдеревни погибло.
– Правду, – горестно склонив голову, прошептал мальчишка. – Я плохо помню, как убегал оттуда. Но зато хорошо помню, что видел, пока был без чувств.
– Вот как… – дёрнул бровью воевода.
– Я видел место, которое не представить даже в страшном сне. Но я был там. Там горит земля, но там темно и холодно. И нет ничего живого. Кроме тех тварей. Я видел высокий камень, выше человека. Он черный и ледяной, но внутри него что-то светилось и мерцало, будто сердце бьется.
 
– Корибут, – глухо проговорил Зорен. – Ты был в Забвении.
Рогл только хмуро посмотрел на него, не понимая, о чем тот говорит. Он-то о Корибуте пока ничего не слышал. На радость, на беду ли.
– Что ты ещё видел? – Млада присела рядом с мальчишкой и заглянула ему в лицо.
– Тот мир похож на наш, но как будто там всегда ночь и ничего не шевелится. Деревья без листьев и иголок, вода в реке не течёт. И замок. Княжеский замок я видел тоже. Только он там другой. Огромный. И вокруг него ничего нет. Нет Кирията, – Рогл помолчал. – Хозяин звал меня и обещал, что я стану великим. Странно. Почему я? Мне стало так страшно. Я хотел сбежать, но те чудища шли за мной, как на привязи. Не нападали, но и не отставали. Я увидел проход – полоску света как будто. И прыгнул туда. А они пошли за мной… Я их вывел. Я виноват.
– Виноват Корибут, – вздохнула Ведана.
– Кто он? – вельдчонок обвёл всех взглядом, ожидая, что хоть кто-нибудь ему объяснит. – И вообще. Как вы тут оказались? Ты и отец.
– Они теперь как бы друзья нам, – зло усмехнулся Хальвдан. – А остальное тебе Зорен расскажет. И расскажет ещё, почему ты теперь в угоду Хозяину вытаскиваешь из Забвения его слуг.
– Я не хотел.
– Мы знаем, что ты не хотел, – Млада осторожно погладила Рогла по спине.
Все замолчали. Ведана ещё раз осмотрела вельдчонка, тихо сетуя, что при ней нет её трав. Зорен задрал голову к светлеющему в преддверии рассвета небу.
– Уходить надо, – вздохнул он. – В дороге всё расскажу, если Рогл знать захочет. И постараюсь научить, как свою силу в узде держать, чтобы те твари не выходили из Забвения, когда захочется только Корибуту самому.
– А так можно? – недоверчиво покосился на него мальчишка.
– Отчего же нельзя. Ты же до сих пор не знал, что я тоже тех тварей призывал.
– Вот и славно, – Хальвдан поднялся на ноги и принялся сворачивать свою лежанку. – Не будем медлить. Путь впереди неблизкий, и лучше бы нам убраться поскорее с тех мест, где Корибут больше власти имеет.
– А ты многое понимаешь, воевода, – жрец уважительно на него глянул. – И правда, если мы подальше уйдём, сила Корибута, который к здешним местам привязан, ослабеет. Но вот с нами его посох, так что не стоит ждать большого облегчения. Разве что на время.
– На время? – Хальвдан хмыкнул. – Вот и не будем его терять.
Все споро собрались в путь, погрузили свой скудный скарб на коней и выехали по лесной тропе. На большак решили покамест не соваться, если уж там рыщет второй княжеский отряд. У них не Медведь во главе. Они разговаривать не станут, скрутят да в Кирият спровадят, а там кто знает, с какой силой ударит беглецов гнев правителя. Можно и правда на плаху загреметь.
Рогл будто и не валялся два дня в забытьи: на лошадке, которую ему загодя любезно привёл из деревни Медведь, держался твёрдо, да и следов недуга никаких не выказывал. И не хотелось думать, что подпитывает его Забвение и тёмная сила Корибута. Хотя Млада и понимала, чувствовала даже, что так оно и есть. Иначе как бы он выжил в лесу в одних портах посередь зимы? А вот Зорен после темниц так толком и не очухался. Ссадины и синяки его заживали плохо, вялость не проходила, да и с каждым днём он будто бы терял по капле молодость, которую Хозяин Забвения даровал ему на долгие лета. Натешился, стало быть – хватит. Ведана всё беспокойнее посматривала украдкой на него, но ничего не говорила, не справлялась о его здоровье – да и чего справляться? – на лице всё написано яснее некуда.
Вот она, значит, какая… Месть Корибута. Воспротивился слуга, в открытую супротив владыки пошёл – и тут же лишился милости. Сколько ещё протянет? Лишь Макошь, пряха судеб, ведает. Да и то… Ведает ли? Знать, не слишком Боги власть над Забвением имеют, раз когда-то им людская помощь нужна была. А может, просто мараться не хотели.