Не совсем запад (СИ)
Внезапно появившееся «кино» меня настолько ошарашило своим несоответствием с бурей, дождём и светом фар, что я замер и моментально пропустил сокрушительный прямой удар в голову.
От сотрясения мозга меня спасло, что «вторая кожа скафандра» на шее не заканчивалась, а невидимой плёнкой растекалась дальше, доходя до слизистой глаз, носа и губ. Именно эта мягчайшая деталь постоянно поддерживала голову, не позволяя болтаться внутри шлема, словно шарику в детской погремушке.
Оттого Витькин ломовой удар правой и не убил меня, а лишь устроил лёгкий нокдаун. Я упал на спину и, глядя на танцующих в боевом строю инопланетных солдат, одновременно видел, как мне на шлем льются тугие струи дождя.
Напарник, свалив меня на землю, сразу успокоился и заговорил спокойнее:
— Она же могла стать матерью!
— Так и становилась бы! На хрена полетела убивать поисковиков?
— Тебе не понять. У тебя мать до сих пор жива.
Последняя фраза прозвучала, словно упрёк, но я ничего не стал отвечать. Весь двор знал, что когда Витьке ещё не исполнилось шести лет, его мать погибла в автокатастрофе. И он очень болезненно относился к тому, что остался только с отцом, а потом ещё и с мачехой. Только сейчас до меня дошло: «Потому он и за девчонок всегда заступался, качался и в секцию бокса ходил, чтобы стать сильнее».
— Извини. Но с такого расстояния увидеть, что под тяжёлой бронёй прячется девчонка, невозможно.
— Согласен. Но я на неё не пялился! У меня внутри словно жизнь оборвалась, после того как увидел, кого мы убили.
— Ясно.
— Да выключи эту хрень, задолбала уже!
— С радостью, только не знаю как. Именно ты её включил, саданув мне под дых. Пойдём в машину, а то промокнем.
— Шуточки у тебя. Да в такой одежде по дну океана можно ходить!
— Ага, если не расплющит.
Когда мы расселись на сиденья, я стал разбираться с источником странного «балета». Кстати, к тому времени варварский марш закончился и под эпизодические комментарии диктора солдаты учились преодолевать замысловатые препятствия.
Попробовал взглядом свернуть изображение, у меня получилось! И вдруг до меня дошло, что всё видео и музыкальное безобразие завязано на слот неопознанного устройства, так похожего на зарядку! Начав заниматься с непонятной штуковиной на рынке, я убрал девайс в поясную сумку и забыл. А неизвестный артефакт так и продолжал там находиться, оставаясь подключённым к скафандру.
Осторожно открыв аналог «молнии» на инопланетной сумке, я достал не то зарядку, не то датчик, и увидел, что одна из доминошек «залезла» сбоку в прямоугольную пластину непонятного артефакта. От важности момента сердце у меня застучало с умопомрачительной скоростью:
— Витька, знаешь, что я купил и от чего ты отказался, пожалев двенадцать кредитов? Перед тобой инопланетный DVD-проигрыватель! А так называемое «домино», не что иное, как видеодиски!
— Значит, сейчас их скупим, а потом всем расскажем. Они поднимутся в цене, и мы разбогатеем!
— У меня есть другой план. Никому не рассказывать, а учиться, просматривая фильмы, узнавая новое. Помнишь, ты говорил, что больше всех зарабатывают те, кто умеет запускать артефакты, которые другие считают нераспознанкой? Мы должны стать именно такими специалистами!
— А у нас получится?
— Опять ты пессимистические настроения демонстрируешь? Мы обязаны стать лучшими профессионалами на площадке, и приложим к тому все силы!
Витька тяжело вздохнул и отвернулся:
— Нам нельзя туда возвращаться. Точно кто-нибудь видел, как мы укокошили летунов.
— Не паникуй раньше времени. Внутри ущелья кроме нас и пары киллеров никого не находилось, а по бокам такие горы, что никто туда не пройдёт. Летуны погибли во время грозы. Если бы ты не предупредил, что опасно приближаться к скалам, я тоже мог погибнуть — так меня болтало. Просто сегодняшние трофеи, особенно тяжёлую броню и характерные большие щиты, лучше на рынке не светить. И вести себя так, словно ничего не случилось.
Витька тяжело вздохнул, но ничего отвечать не стал, а молчание, как всем известно, знак согласия.
Мы без приключений добрались до площадки, первым делом пошли к нашим шкафчикам и всё перетряхнули. Всё лишнее вынули, чтобы отправить на продажу, а сегодняшние трофеи с летунов разделили пополам и спрятали, Витька забрал себе дополнительно только плазменную винтовку, так как у меня уже имелась одна.
Лишь после того, как все артефакты зарегистрировали для продажи и сгрузили в бокс нашего предприятия, мы позволили себе сходить в столовую и съесть по два ужина. Уже сытые и довольные вспомнили, что надо позвонить родным, и снова пошли в ангар.
По пути я решил посмотреть свои характеристики, оказалось, что система учла и нашу драку, накинув мне ещё один уровень:
Рукопашный бой 8 (+2); Стрельба 17 (+1); Полёт 3 (+2).
Сообщив маме об успехах и выслушав её причитания насчёт сильной грозы и натурального потопа в городе, я одновременно размышлял. Получается, система присваивает баллы по стрельбе не только в зависимости от количества выстрелов, но и дополнительно учитывает сложность каждого?
На стоянке вода хоть и сошла, но во время дождя, как рассказали соседи, палатки затапливало по колено, пришлось ложиться спать на мокрый спальник. Хорошо, что в скафандре проделать такой трюк совершенно не сложно. Подумав, что завтра надо не забыть разложить вещи сушиться, я уснул.
На следующее утро Витька снова поднял меня на рассвете и погнал тренироваться ножевому бою. Хоть вставать ужасно не хотелось, но спорить не стал — чтобы выжить, надо качать уровни.
После завтрака мы зашли на рынок и обнаружили, что вчерашний ураган оборвал все тряпичные козырьки, защищавшие продавцов от дождя и солнца. Попутно заглянули в круглосуточный магазин и купили второй складной стул, после чего отправились в бокс за товаром.
Когда пришли на своё рабочее место, Костик принялся красочно описывать, что творилось с товаром «тех лохов, кто вовремя не успел всё спрятать». С его слов, винтовки выстраивались в клинья по типу журавлиных, а с неба сыпался град из бластеров и накопителей.
Первым делом я решил установить захваченный из машины регистратор, чтобы скрытно наблюдать за ворами. Провертел ножом дырку в пластиковом плакате «Куплю!», как раз посредине точки у восклицательного знака. Воткнул в полученное отверстие объектив и установил так, чтобы охватывалось всё пространство перед прилавком.
С особым трепетом выложил десять одинаковых поглощающих щитов и все остальные трофеи с шестерых грабителей — наконец от улик удастся избавиться. Специально раскладывал дальше друг от друга, чтобы в глаза не бросались. А ещё обратил внимание, что двое мужиков прошлись по торговым рядам, явно что-то высматривая. Увидев щиты, подошли ближе, но сразу развернулись и пошли дальше.
Торговый день начался, как обычно, пошли отдельные покупатели, потом появилась соседка, и хлынул вал с автобусов. Мы с Витькой вдвоём только успевали показывать, консультировать и продавать. Старались со всей тщательностью следить за товаром, но когда поток покупателей схлынул, провели промежуточную ревизию, обнаружили пропажу ещё одного бластера и нескольких аптечек. Мой напарник хотел сразу начать смотреть запись регистратора, еле отговорил не засвечивать нашу скрытую камеру, отложив всё до вечера.
Потом к нам подошёл Кузя и взял с нас десять кредитов на «восстановление солнечного укрытия». А попутно сообщил, что вчера в горах у губернатора погибли сын с дочерью, и всех, кто выезжал за ворота станут водить на расспросы. И как только он отошёл, я сразу принялся инструктировать слегка побледневшего Витьку:
— Вчера мы доехали до ручья, сходили к месту крушения челнока, загрузили два с половиной рюкзака. Ты нёс полтора: маленький спереди, большой сзади. Шли пешком без остановок, никаких крыльев и полётов. Успели вернуться до грозы, а когда всё грузили, начался дождь. На обратном пути застряли в луже, машину пришлось выталкивать. Вернулись, выгрузили товар, поужинали и легли спать. В горах никого не видели и ни с кем не встречались.