Не совсем запад (СИ)
Посмотрев на экран шлема, вдруг увидел, что у меня включён режим фильтрации воздуха. «Интересное дело, сам сработал или же мне на автопилоте во время бега удалось невзначай ответить утвердительно»?
Подойдя к скале, я увидел два переливающихся на солнце всеми цветами радуги блестящих шара диаметром шестьдесят сантиметров каждый. На ощупь они оказались тоже мягкими и совсем не тяжёлыми. Отказавшись от предложенной скафандром замены брони, убрал оба трофея в рюкзак и только тогда подошёл к Лёхе. Приятель смотрел на меня широко раскрытыми глазами:
— А ты крутой! Где так воевать научился, если в армии не служил?
— В тире тренировался и за школу выступал на городских соревнованиях по стрельбе.
— Жаль я с другой стороны ущелья оказался, а то бы вдвоём сбегали.
— Всё равно из бластера ты стрелков в тяжёлой броне снять не смог бы.
— Так и есть. Думал, что у меня самое лучшее оружие, но всё не так. Попрошу у предков такую же пушку, как у тебя.
Вдруг мы услышали свист и увидели, как Лёхин отец машет нам рукой, приглашая подойти. Переглянувшись, почти одновременно спросили:
— Наперегонки, кто быстрее?
И бросились к выползшим из укрытий остаткам банды.
Лёха пришёл к финишу первым, но я не расстроился, так как бежал с довольно объёмным рюкзаком и перед тем успел пробежаться и полазить по каменистым склонам. А когда мы остановились, запыхавшиеся и разгорячённые, то мама моего приятеля объяснила, что группа поисковиков, обеспокоенная нападениями, наняла двух охранников. Кто же знал, что ребята окажутся больными на всю голову? И теперь, в качестве извинений, бригада готова поделиться добычей и разрешает самим собрать, сколько сможем унести.
Нам выдали по большому рюкзаку и показали по «наделу», размеченному полосатой ленточкой, вроде той, что рабочие огораживали открытый колодец возле гаражей. На меня нахлынули воспоминания: «Как же давно всё со мной происходило, словно в другой реинкарнации! Жил с мамой, учился в школе, ремонтировал старую дядину машину и собирался поступать в институт. А здесь такие вещи каждый день творятся, что туши свет»!
И вдруг, перешагнув через условное ограждение моего участка, я натолкнулся на самый настоящий скелет, валяющийся на земле, и замер на месте.
— Что встал, ни разу не видел инопланетянина? — спросил Лёха. — Они такие же, как мы, даже ДНК совпадает.
Чертыхнувшись, подумал: «Правда, всего-навсего скелет. У нас в биологическом кабинете такой же стоял, эка невидаль». Перешагнув через останки представителя внеземного разума, пошёл к самым ярким артефактам.
Складывая в рюкзак всё подряд, я продолжал размышлять: «Раньше у меня имелись чёткие жизненные цели, а что сейчас? Даже и не знаю: накопить денег, купить складные крылья и научиться летать? Поднять свои уровни, приобрести крутое оружие? У меня и так всё из самых лучших образцов, а уж пушечка вообще вне конкуренции! И ещё хорошо Лёхин отец объяснил, что нельзя заряды к плазменной винтовке носить в кармане, а то мог тоже лохануться и поджариться от любого случайного попадания».
Первый рюкзак очень быстро оказался забитым под завязку, я открыл свой, с двумя комплектами тяжёлой брони. Хотелось её примерить, но не стал, лучше наберу больше разных штуковин, когда ещё удастся поработать в таком богатом месте? Продолжив выискивать самые яркие артефакты, не переставал думать: «У Витьки есть далекоидущие цели, перебраться к Алтайской толкучке, чтобы обустроиться там. Только не знаю, отпустит ли меня мама, и как же тогда мой институт? Да и вообще, какие у меня теперь цели, к чему стремиться в жизни? Насколько вся суета вокруг непонятно откуда свалившихся инопланетных богатств надолго и всерьёз? Лёха, если не врёт, собрался вписываться в элиты нового общества, только где оно? Пока не особо замечается. Ведь чтобы стать таковым вовсе не достаточно оградиться забором и поставить охрану на въезде. Но в одном Витька абсолютно прав, пока есть возможность зарабатывать, надо впрягаться и пахать».
Полностью набить второй рюкзак не получилось, думал, что Лёхин отец тоже собирает артефакты. Оказалось, что дядя Игорь слетал на площадку (откуда только крылья взял, ведь шёл без них) и вернулся с двумя охранниками. Ребята уже осмотрели место боя и теперь хотели глянуть место, откуда я стрелял.
Начав объяснять, думал, сами разберутся, но вдруг батя моего друга достал из рюкзака ещё один комплект инопланетных крыльев и протянул мне:
— Надевай, сейчас вместе туда сгоняем.
— Не умею!
— Летать по прямой линии даже пятилетние дети могут за пять минут научиться, надевай.
Трясущимися пальцами я застегнул небольшой рюкзачок за спиной и увидел, как на экране появился дополнительный слот с новым артефактом.
— А теперь активируй — просто посмотри и согласись. Только глянь вокруг, чтобы никого не зацепить, когда раскроются.
Выполнив, что он попросил, почувствовал, как за спиной развернулись лёгкие, упругие крылья.
— И что делать дальше?
— Разбегаешься. А как увидишь, что на экране появилось светлое пятно, подпрыгиваешь и летишь. Если смотришь вдаль, то скорость возрастает, а сосредотачиваешь взгляд ближе к светящейся точке, уменьшается. Когда в упор смотришь, происходит посадка, но такое делать можно лишь над поверхностью. Приземляешься на ноги, бежишь и останавливаешься.
— И как здесь поворачивать, набирать высоту?
— Смотришь не в светящееся пятно, а левее или правее, выше или ниже. И ещё, резко глазами не дёргай, далеко в сторону не смотри, а то свалишься.
— А если глянуть вбок потребуется?
— Скафандр оценивает не то, как смотришь, а к чему стремишься. Если продолжать тянуться вперёд, а глаза скосить в сторону, поворота не происходит. Но к такому привыкнуть сложно, пока просто смотри, куда тебе надо лететь. Мы рядом, станем подсказывать, давай!
Не веря своему счастью (ага, на Алтай ехать, учителей нанимать), я разбежался и, даже не набрав полной скорости, увидел светлое полупрозрачное пятно посередине экрана шлема. Для большей уверенности поднажал ещё, подпрыгнул и уставился вперёд, на тот самый кустик, из-за которого стрелял в агрессивных охранников.
Чувствуя, что у меня всё получается, не смог сдержать эмоций и закричал:
— Даааааа!
А когда вдохнул воздуха, чтобы продолжить выражать свою бурную радость, вдруг услышал спокойный голос Лёхиного отца:
— Сильно не разгоняйся, наверху полупрозрачная шкала скорости. Зелёный цвет — нормально, жёлтый — на пределе, красный — слишком медленно, можешь свалиться в штопор. Но намного хуже фиолетовый — возможно отключение крыльев из-за перегрузки, возникающей на большой скорости.
Поняв, что лечу прямо на куст, свернул чуть влево, а как очутился над плато, выровнялся и сразу посмотрел прямо на пятно управления полётом. Скорость резко упала до жёлтого уровня, ушла в самую левую, красную часть, и слот крыльев снова стал неактивным. Столкнувшись правой ногой со скальной поверхностью, подпрыгнул, перескочил на левую, побежал и довольно быстро остановился. Не веря, что всё вышло с первого раза, закричал:
— Даааа, у меня получилось!
Один из охранников, глядя на мою реакцию, рассмеялся:
— Чудак-человек! То, что ты отсюда с пары патронов положил двоих гавриков в тяжёлой броне, это я понимаю достижение! А слетать по прямой — тьфу.
— Показывай, где твоя позиция находилась? — спросил второй.
Когда я всё показал и наглядно продемонстрировал, первый охранник замерил расстояние лазерным (земным, не инопланетным) дальномером и присвистнул:
— Одна и шесть десятых километра! Да ты, пацан, просто снайпер! Какой у тебя уровень стрельбы?
Быстро вызвав короткое меню, с удивлением увидел, что у меня сегодня поднялось сразу три навыка:
Бег 20 (+1); Стрельба 15 (+1); Полёт 1 (+1).
Сообщив про пятнадцатый уровень, удивил охранников ещё сильнее. Думали тридцатник у меня, но оказалось, что в два раза меньше. С их точки зрения всего ничего, а результаты потрясающие. Восхищение у мужиков прямо-таки читалось по лицам, что заставило меня задуматься. Ведь я никогда не придавал особого значения своей стрелковой подготовке, но в новой жизни, начавшейся здесь, моя хорошая меткость оказалась чрезвычайно важна.