Кейн. Печать богов (СИ)

— Бага сар тон, Кхалеб! — снова выкрикнула старушка и всё вокруг замерло, — Риот сар дхе Бас! Хисса!
Дикари застыли в нелепых позах и, кажется, даже дышать перестали. Все до единого смотрели куда-то вверх, мне пришлось до хруста вывернуть шею, чтобы понять в чём дело.
На широкой ветке, с зажатой в морщинистой ладошке стрелой, стояла моя знакомая. Она недовольно смотрела на людей внизу и я сразу ощутил сильное напряжение всех присутствующих.
— Шиги Найя! — вдруг облегчённо выдохнул предводитель отряда и остальные подхватили имя бабули, как мантру.
— Шиги Найя! — воины опустили оружие и согнулись в поклонах.
— Шиги Найя! — дикари отступили назад и быстро сформировали подобие строя.
Неужели это те самые ребята, что напали на караван? Я осторожно поднялся и отошёл в сторону.
Бабушка Найя ловко спрыгнула на землю и, заложив руки за спину, прошлась вдоль ряда воинов. Старушка выдала целую тираду на своём гортанном наречии. Я ничего не понял, но с удивлением видел, как огромные мужики втягивают головы и виновато отводят глаза. Лучнику досталось особенно сильно. По рукам. Его же стрелой. Кто, чёрт подери, эта бабка?!
Когда разнос был закончен, все разошлись в стороны, и ко мне подошёл лучник. Его товарищи бесшумно исчезли в зарослях, будто их и не было. Один присел возле туши кабана и стал деловито разделывать её на части.
— Моя Кхалеб. Старейшая велела отнести тебя в деревню, дхе Бас, — с чудовищным акцентом произнёс воин.
— Отвести? — старательно проговаривая слово по буквам, уточнил я.
— Кхалеб сказал, что сказал, — усмехнулся дикарь, — Будь готов.
— Когда выдвигаемся? — фраза Кхалеба мне не понравилась, но спорить я не стал. Может, дикарь просто не понимает разницы между словами и доказывать ему что-то — только нервы тратить.
Мужик бросил взгляд по сторонам. Его соплеменник уже засовывал мясо в здоровый кожаный мешок, а больше на поляне никого не было.
— Сейчас, — просто сказал он и легко закинул меня на плечо, будто мешок с сеном.
— Воу-воу! Я и сам могу двигаться! — воскликнул я и дёрнулся всем телом. Вырваться не удалось, и я уныло повис на чужом плече. Как унизительно! Чем этих амбалов тут кормят, что они такие здоровые? И почему тогда мне досталось такое хилое тело?
— Виси, дхе Бас, — недовольно рыкнул Кхалеб, — Не мешай!
Дикарь сорвался с места и буквально полетел над землёй. Трава перед моими глазами слилась в черно-зелёное месиво. По ногам и заднице периодически стегали встречные ветки. Позор! Двадцать лет космодесанта! Десятки операций за спиной, а меня по жопе хлещут ветками, как нерадивого ребёнка!
Через час живот превратился в один большой синяк. Через три я выблевал всё, что оставалось в желудке и потерял сознание. Я временами приходил в себя, но ничего не менялось. Дикарь бежал. Внизу тошнотворно скользила лента земли, ноздри забивал крепкий запах чужого пота и каких-то растений. Чёрт, да человек он вообще или андроид какой-то? Когда же всё это закончится?
Через какое-то время на лес опустились сумерки. Тряска стала стихать, и мы наконец остановились. Кхалеб сбросил меня на землю, и я больно ударился плечом о корень дерева. Сил, чтобы встать или хотя бы перевернуться, не было. Я затёк от нечёсаных волос до пальцев ног, и каждое движение кололо тело тысячами иголок.
— Дерьмо собачье, — проворчал я, с трудом приняв сидячее положение, — Где мы?
— Дом, дхе Бас! — гордо произнёс Кхалеб и обвёл окружающий лес рукой. Запах пота моего перевозчика сменился вонью тухлой рыбы и гниющих водорослей. Какая гадость!
Чтобы не оскорблять чувств дикаря, я начал дышать ртом. Увиденное не радовало. На мой неискушённый взгляд окружающая чаща ничем не отличалась от остального леса. Где-то справа блестела вода — там деревья расступались и света было чуть больше. Я, конечно, не ждал, что дикари живут в белокаменном городе, но окружающая обстановка вызывала массу вопросов.
Неужели эти люди жили просто под деревьями? Где они хранили припасы и оружие? Сделать качественный лук не так-то просто, а у Кхалеба он был не просто качественным, а очень и очень мощным.
 
Сумерки мешали рассмотреть детали, но кое-что заметить всё же удалось. В траве змеились едва заметные тропинки. На стволах вековых дубов виднелись неестественные наросты и я не сразу понял, что это примитивные подобия лестниц.
Вверху? Я пробежался взглядом по кронам деревьев. Почти на каждом виднелись заросшие листьями шалаши и хижины. Ловко… Большая часть животных даже не подумает искать жителей наверху, а люди…люди всё равно найдут сородичей даже под землёй. Было бы желание.
— Кхалеб, — негромко позвал я, — Мне бы перекусить чего-нибудь, а то уже не помню, когда ел в последний раз. Кажется, это было в другой жизни.
Дикарь раскатисто заржал и хлопнул себя по ляжкам. Что я такого смешного сказал, осталось загадкой. Ответа пришлось ждать довольно долго.
— Ты смешной, дхе Бас, — отсмеявшись, произнёс Кхалеб, — Моя давно так не смеялся! Будто тебя мхевари к нам скинули, и ты за день в двух жизнях побывать успел.
Не за день, а чуть больше, но всё же. Кто такие мхевари, я не знал, но Кхалеб настолько спокойно рассуждал о другой жизни, что это наталкивало на определённые мысли.
— Так что? — повторил я. Желудок разразился предательской трелью, и я невольно покраснел.
— Идём, дхе Бас, — с усмешкой ответил дикарь, — Племя Быстрой Воды чтит гостей и всегда отдаёт им самое лучшее!
Кхалеб подошёл к дереву, в корнях которого я сидел, и ловко взобрался наверх. Мне времени потребовалось больше, но через несколько минут я залез следом. Домик дикаря был похож на огромное гнездо, но внутри оказалось неожиданно уютно. Смущало только, что пол под ногами слегка покачивался, как на яхте.
Кхалеб ушёл в дальний угол своего жилища и вернулся обратно с угощением. В руках гордого дикаря болтался чуть подсохший кусок рыбной туши, который он торжественно вручил мне.
— Держи, дхе Бас! — произнёс Кхалеб, — Свежий улов!
Пару секунд я смотрел на предложенную еду, а потом осторожно откусил первый кусок. Желудок рванул к горлу, но я сумел сдержаться и проглотил комок склизкой плоти. Брр… Гостям только лучшее, да?
— Ну как, дхе? — жадно сглатывая, поинтересовался радушный хозяин.
— Шикарно! Просто шикарно! — давя рвотный позыв, ответил я и, вспомнив старую традицию своей семьи, добавил, — Разделишь со мной трапезу, Кхалеб?
— Буду горд, — степенно ответил хозяин дома и быстро притащил из своих запасов пару чёрствых лепёшек.
Боги, наконец-то нормальная еда. Я отдал Кхалебу рыбину и накинулся на чёрствый хлеб. Желудок отчаянно урчал, но вскоре затих.
Когда с трапезой было покончено, я вдруг вспомнил одну важную вещь.
— Кхалеб, у тебя есть нож? — спросил я хозяина дома.
— Моя есть, — кивнул дикарь.
— Одолжи на минутку.
Кхалеб молча вытащил из сапога длинный кинжал и протянул мне.
— Спасибо, — осторожно принимая дымчато-серый клинок, произнёс я.
Обещания нужно выполнять. Я пару секунд рассматривал чужое оружие, а потом взялся за собственные волосы и обрезал их под самый корень. Одной проблемой меньше.
— Твоя клянётся? — с интересом уточнил дикарь, принимая кинжал обратно.
— Можно и так сказать, — усмехнулся я, — Клянусь, что больше никто не схватит меня за них, как шелудивого пса.
— Достойная клятва, — серьёзно произнёс дикарь, кольнул остриём собственный палец и непонятно добавил, — Видел, был, знаю.
Уже окончательно стемнело, и мы улеглись спать. Прямо на толстых ветках пола. Сначала я думал, что будет неудобно, но отрубился моментально.
 
Утром проснулся от шума чужих голосов. Кхалеба в хижине не было, и я осторожно высунулся из дверного проёма, чтобы изучить обстановку.
Деревня жила своей жизнью. По тропинкам бродили люди. Я впервые увидел женщин племени и пришёл к выводу, что они довольно симпатичные. В траве весело играла голозадая детвора. При взгляде на возню малышей в душе шевельнулась горечь утраты. Из омута воспоминаний меня выдернул громкий голос Кхалеба.