Здесь вам не клан 5 (СИ)

— И где он находится, по вашему мнению? — вступил в разговор Голицын.
— Предположительно, в одной из бывших византийских колоний, — вздохнул Вансович. — Запрос на депортацию мы уже отправили, но...
— Результат нулевой, — догадался Романов.
— Именно, — кивнул канцелярист. — Кроме того, есть основания полагать, что Звезда обходит наши протоколы безопасности. Придерживаясь буквы закона, клановцы всё ещё выполняют приказы своего лидера, передающиеся доверенными лицами. У нас нет формального повода для того, чтобы приступить к чисткам. Действовать превентивно мы не можем — это приведёт к объединению кланов и свержению правящей династии.
— Постойте, — я решил задать мучивший меня с самого начала вопрос, — а что не так с Вечерней Звездой? Логика подсказывает, что должна быть внутриклановая борьба за власть. Свержение Полева выгодно старейшим родам — они получают возможность выдвинуть своего лидера и прибрать к рукам всю структуру. Разве нет?
Ловлю на себе несколько сочувствующих взглядов.
— Витя, ты чужак и не совсем понимаешь, как у нас всё устроено, — терпеливо пояснил Николай Романов. — Смотри, я правлю страной, но свергать меня никто не спешит, хотя в России имеются сильные кланы. И да, они могут объединиться прямо сейчас. Почему этого не происходит?
Все ждали моего ответа.
— Хаос, — пожимаю плечами. — Гражданская война ослабит империю. Многие погибнут. Прибыль упадёт. Это никому не выгодно.
— Именно, — Романов был доволен моим ответом. Прямо как преподаватель Магикума. — Паритет. Сдержки и противовесы. Некогда наши предки выдвинули из своего числа сильнейших, наделив их полнотой власти. Общественный договор без участия основной массы населения. Вот я и говорю: чтобы обрушить баланс, нужны веские основания. Угроза одному из кланов будет означать угрозу для всех. Сегодня они, завтра — мы. Так будут думать клановые лидеры. Поэтому у нас есть спецслужбы, противодействующие клановой политике. Мы ограничиваем монополистов в отдельных сферах, препятствуем сговору в целях нарушения паритета, но не замахиваемся на основы — безопасность старейших родов.
— Я понял. Так что с внутриклановой борьбой?
— Она, безусловно, есть, — улыбнулся император, — но разворачивается в полную силу лишь в том случае, когда лидер не устраивает большинство глав влиятельных родов. Ещё одно условие — у этих глав должен быть альтернативный кандидат. Не забывай, что власть сама по себе привлекает лишь дураков. На первом месте — общее процветание.
— Полев устраивал всех? — догадался я.
— Элиту, — мягко поправил Романов. — Они верны до сих пор лидеру, который сумел вывести клан на высокие позиции. Именно Полев добился для своих ребят уникальных торговых преференций в Чайнворде.
— Мы подозреваем, — сказал Вансович, — что в сговоре против короны может участвовать ещё один клан. С остальными лидерами тоже ведутся переговоры.
Романов изогнул бровь:
— Что их может не устраивать? Клановый ВВП ежегодно удваивается.
— Здесь всё в порядке, — усмехнулся директор тайной канцелярии. — У них повестка... несколько иного рода. Дескать, эмиссары-хрономаги угробят нас всех. А Романовы вместо того, чтобы договариваться, избрали конфронтацию.
— Договариваться... с кем? — опешил царь. — С «‎Эскапизмом»?
— Так они видят, — подтвердил канцелярист.
— С «‎Эскапизмом» вы не договоритесь, — тихо произнёс я. — У них есть цель. И эта цель связана с выживанием вида.
— Отдельных представителей вида, — хмыкнул Вансович.
— Пусть так, — пожимаю плечами. — Но все директора уже настроились на молодые организмы и хорошую экологию.
— Вечерняя Звезда вступила в альянс с чужаками, — повысил голос Карницкий. — Что им могли пообещать?
— Власть, — небрежно обронил император. — Поддержку при госперевороте. А также иммунитет в будущем, когда начнётся вторжение.
— Кстати, о вторжении, — министр обороны бросил косой взгляд в мою сторону. — Из отчёта господина Корсакова следует, что ключевая фигура вражеского концерна не пострадала. Более того, этот... Нуриев... сбежал в нашу вселенную.
 
— Всё так, — подтвердил я.
— Как это могло произойти? — нахмурился генерал. — Вы хорошо подготовились. Объединились с теневиками. Неужели Нуриев... настолько силён?
— Скорее, хитёр, — я вынужден признать очевидные факты. — К нам сбежала одна из версий Нуриева. Ещё с парой его дублей мы расправились.
— Найти и уничтожить Нуриева, — император наградил тяжёлым взглядом Вансовича. — Это одна из приоритетных задач на сегодня.
Вансович сделал пометку в своём блокноте.
— Вторая задача, — царь продолжал сверлить глазами канцеляриста, — сводится к противодействию намечающемуся сговору кланов. Я поговорю с лидерами, обрисую положение вещей. Ваша задача — посеять между ними раздор. Меня устроит всё. Дезинформация, фейки, подкуп, угрозы. Любые методы. Вы меня хорошо понимаете, господин Вансович?
— Да, Ваше Величество, — директор сглотнул.
— А теперь, — Романов переключился на новую тему, — я хотел бы выслушать нашего консультанта, Виктора Корсакова. Насколько я понял, вам есть что сказать, молодой человек.
Последнюю фразу властитель произнёс с нескрываемой иронией.
Заняв место у кафедры, я обвёл взглядом присутствующих. Никогда не любил толкать речи — это занятие для политиков и адвокатов. К сожалению, мне придётся донести свою мысль до людей, которые видят во мне представителя вражеской культуры. Министр обороны чуть ли прямым текстом не говорит, что если и найдутся среди нас предатели, так это непременно будет эмиссар, заделавшийся консультантом.
— Мы уничтожили дата-центр вместе с искусственным интеллектом по имени МОР, — сообщил я. — Это замедлит экспансию, но вряд ли остановит наших врагов. Уверен, разработчики «‎Эскапизма» запустят новую нейросетку. Восстановят и усовершенствуют модели хроноотрезков. Война продолжится.
— Прогнозы по срокам? — уточнил генерал.
— Сегодня. Завтра. Через год. Или вчера. Вы же понимаете, генерал, речь идёт о множественных вмешательствах в историю. Мы не видим всего айсберга. То, что произойдёт в 2100 году, уже произошло. Эмиссары с новыми заданиями могут быть заброшены в наше время или ещё раньше...
— Тогда почему мы ещё живы? — не выдержал генерал. — Никто ведь не мешает разделаться с каждым из нас задолго до его рождения.
— Не мешает, — согласился я. — Вопрос в том, что это даст «‎Эскапизму». Факты указывают на то, что корпораты заинтересованы в моей окончательной смерти, но не видят смысла устранять тех, кого император может заменить.
— Можно избавиться от меня, — резонно заметил Романов.
— Такой вариант просчитывался, Ваше Величество, — я посмотрел в глаза Николаю. — От него отказались.
— Почему? — удивился правитель.
— Чтобы радикально изменить политику дома, надо устранить всю фамилию Романовых. А для этого хрономаг должен погрузиться в незапамятные времена.
— До Основателя? — спросил Карницкий.
— До Основателя, — подтвердил я. — Так глубоко путешественники во времени не перемещались. По двум причинам. Во-первых, потребуется колоссальный объём маны, который не всякий архонт сумеет сгенерировать.
— А во-вторых? — заинтересовался царь.
— Напомню, что до появления Основателя и открытия первых порталов в вашем мире не было маны, — сказал я. — То есть, эмиссар отправится в прошлое, выполнит свою задачу... а назад вернуться не сможет. Даже медитация и «‎арксы» не решат вопрос. Просто потому, что цена перехода вырастет в геометрической прогрессии.
— Можно разбить путешествие на несколько отрезков, — пожал плечами император. — Прыгать с шагом в полсотни лет, вкалывая «‎аркс».
— В теории, — согласился я, — это реально. На практике никто не проверял. Или проверял, но не вернулся. Ошибка выжившего.
— И чем же ты отличаешься от всех нас? — презрительно скривился министр обороны. — Почему твоя персона важнее... хм... других людей?