Моя кровавая месть (ЛП)

Она побледнела от моих слов.
— Я знаю это, Саша. — Это был первый раз, когда я уловила какие-либо эмоции в ее тоне. — Я отказываюсь ломаться. Я не лягу и не забуду, что я существую, и не утоплюсь в наркотиках или выпивке. Я выжившая. Я не умерла. — Она пригвоздила меня сосредоточенным взглядом. — Мы не жертвы, Саша. Мы чертовски крутые сучки. Я планирую жить своей жизнью и ни о чем не сожалеть. Я разобралась со своим дерьмом. — Она кивнула в мою сторону. — А ты?
Ого. Она полностью застала меня врасплох.
— Черт, — прошептала я. — Я не знаю. Да и нет.
— Тогда, я думаю, твои взгляды, полные жалости и раскаяния, могут отвалить. Да? Мне нужен друг, а не тот, кто ходит вокруг меня на цыпочках или думает, что я слишком хрупкая, чтобы общаться.
Мои губы растянулись в улыбке, которая казалась слишком широкой, но была искренней.
— Ты права. Мне тоже не помешал бы друг.
Она склонила голову набок.
— Какой твой любимый цвет?
— Фиолетовый, как королевский пурпур.
— Знала это. — Она ухмыльнулась мне, достала пузырек из своей сумки и потянулась к моей руке. — Я думаю, что этот оттенок идеален.
— Да, это так, — согласилась я, любуясь искорками на свету.
Полчаса спустя мои ногти были накрашены, и напряжение спало. Возможно, я всегда чувствую себя немного ответственной за то, что случилось с Синди, но я не собираюсь позволить этому разрушить нашу дружбу.
Мой телефон выбрал этот момент, чтобы завибрировать у меня в кармане, и я была рада, что мои ногти только что успели высохнуть.
— Лучше ответь, — посоветовала Синди с улыбкой, — это, вероятно, твой мужчина.
Я провела пальцем по экрану и в то же время услышала, как Боди сказал:
— Привет, детка.
— Я не думаю, что когда-нибудь устану от этого приветствия.
— О? Нравится звук моего голоса?
Я услышала, как один из парней издал звуки рвоты на заднем плане и хихикнул.
— Я не думаю, что в тебе есть что-то, что мне не нравится, — призналась я, отходя от Синди для уединения. — На самом деле, я просто подумала, как сильно твой член заставляет меня улыбаться.
— Черт, детка. Ты не можешь говорить такое дерьмо, когда меня нет дома, чтобы позаботиться о тебе.
— Что? — Невинно спросила я, изображая застенчивость. — Я всегда могу вытащить свой вибратор и…
— Ни хрена себе путь, — прорычал он. — Эта киска моя, и есть только три варианта, милая: мой язык, мои пальцы или мой член. Не может быть никакой путаницы в том, кто тебя трахает и заставляет кончать.
Мои бедра сжались вместе, когда я прислонилась к стене рядом с нашей комнатой. Мои зубы начали покусывать нижнюю губу, когда я представила все перечисленные способы, которыми он воспользуется, как только мы будем вместе.
— Ты мне нужен, — хрипло прошептала я.
— Черт возьми, это взаимно. — Он тяжело дышал, и я знала, что, если бы он был здесь, меня бы наклонили и жестко трахнули в течение нескольких минут.
— Когда ты возвращаешься домой?
— Не уверен.
— Может быть, мне придется поиграть со своей киской и подготовиться к тебе. Ты уверен, что не знаешь, как долго будешь отсутствовать?
— Детка, ты станешь причиной моей смерти.
— Хочешь облизать мои пальцы позже? Возможно, ты отведаешь удовольствие.
Вырвался хриплый стон.
— Это чертова пытка.
— Поторопись со своими клубными делами, — ответила я, затаив дыхание.
Мне никогда не требовалось много времени, чтобы стать нуждающейся в его присутствии.
Боди отключил телефон, и я услышала, как он говорит кому-то разъяренным тоном, но потом вернулся к о мне:
— Черт. Мне нужно, чтобы ты кое-что сделала для меня, Саша. — Его тон был настолько серьезным, что моя улыбка исчезла.
— Да?
— Не покидай Перекресток.
Он уже упоминал об этом раньше, так что я не была уверена, почему он снова заговорил об этом.
— Я остаюсь на ночь, как и обещала, — напомнила я ему.
— На все выходные, детка.
Черт. Я не могу этого сделать.
— Я не могу, Боди.
— Тебе не обязательно работать, верно?
— Нет, но дети Джины ждут меня. Они одни сегодня вечером и в субботу вечером.
 
— Разве кто-нибудь еще не может зайти и проверить, как они?
— Нет. Больше никому Джина не доверяет.
Он пробормотал проклятие.
— Ты не ходишь одна. Я отправлю Патриота и одного из перспектив с тобой.
Отлично. Большие няни-байкеры.
— Я не думаю, что в этом есть необходимость.
— Не обсуждается. — Его тон стал жестким, и я вздохнула.
— Прекрасно. Я возьму Патриота с собой.
— Хорошо.
— Подожди. Я думала, ты сказал, что придешь домой сегодня вечером?
Еще более приглушенные голоса, и мне показалось, что я услышала спор.
— Планы меняются. У тебя девичник или почитай одну из своих книг о сексе, детка.
Книги о сексе?
— Это любовные романы.
Боди фыркнул.
— Угу. Просто помни, никакого вибратора. Ничего, кроме твоих собственных пальцев, милая. Я ревнивый ублюдок.
На заднем плане раздался смех, и я закатила глаза.
— Как скажешь.
— Без дерзости, детка.
— Ты любишь мою дерзость.
— Я просто чертовски люблю тебя.
Черт. Это поразило меня прямо в сердце.
— Я тоже тебя люблю, Боди.
— Скоро увидимся.
Он повесил трубку, и я улыбнулась, глядя на пустой экран. Иногда этот байкер был полон сюрпризов.
Я знала, что произошло что-то серьезное, но это было не мое дело спрашивать об этом или зацикливаться на этом. Клуб в Тонопе Королевских бастардов был уникальным. У этих байкеров было преимущество перед их врагами.
Я видела "Жнеца Боди" и знала, на что он был способен. Конечно, сначала это чертовски напугало меня, но потом я увидела и его более мягкую сторону и поняла, что этот человек был сложной смесью опасности и защиты, а также яростным любовником. Он был всем, чего я никогда не знала, но чего всегда хотела.
Боди Уитмен был моим мужчиной. Отныне и навсегда.
Это означало, что я принимала хорошее за плохое, опасность за спокойствие.
Когда мой телефон снова зазвонил, я подумала, что это Боди, но это был не он.
— Привет, милая.
— Саша?
Тоненький голосок на другом конце провода икал так часто, что я не могла разобрать никаких других произносимых слов.
— В чем дело, Лив? У вас с Рэв все в порядке?
— У нас все хорошо, но Бутон пропал!
— Это твой кот?
— Да. Он не должен быть снаружи. В прошлый раз он ввязался в драку и сильно поранился.
Черт.
— Я уже в пути. Оставайся в доме, пока я не приеду.
— Но он может пострадать прямо сейчас!
— Лив, милая, я выхожу прямо сейчас. Подожди меня.
Она шмыгнула носом.
— Я постараюсь.
Черт. Когда Боди узнает, что я покинула Перекресток, он будет взбешен, особенно когда у меня нет времени найти Патриота.
— У нас проблема.
Я уставился сначала на Раэля, а затем на Ксенона, желая, чтобы мне никогда больше не приходилось слышать эти слова.
— Что теперь?
Невезение было похоже на образ жизни Жнеца.
— По всему Тонопу установлены камеры, но это еще не все. Припрятано несколько в Рино, Карсон-Сити, Хоторне, Голдфилде и Вегасе.
Раэль выглядел нетерпеливым.
— Мы знаем. Везде, где у нас есть бизнес или интерес, у нас есть глаза и уши.
Ксенон бросил на него взгляд.
— Ты, блядь, хочешь услышать, что я должен сказать, или нет?
Раэль поднял руки в знак капитуляции.
— Прекрасно.
Черт. Ксенон был на грани, и он никогда так не защищался.
— В чем дело, брат?
Ксенон провел рукой по волосам.
— Ты хоть представляешь, как тяжело быть в курсе всего этого дерьма весь день, каждый чертов день? Я чертовски напряжен. — Он вытащил пачку "Мальборо" и закурил, пару раз сильно затянувшись. — Вокруг бара «Асфальт» в Хоторне произошло движение.