Глаза русалки (СИ)
Корецкий не отрываясь от своего занятия:
— Во-первых, я буду называть тебя как захочу, Дуся, а во-вторых, не в глаза ж твои ясные я приехал на ночь глядя заглянуть…
— А почему бы и нет?
— Глаза красивые, признаю…
— Боже, как лестно, слышать такое от самого генерала Корецкого.
Господин Мефистофель оставляет свое занятие и подходит ко мне вплотную:
— Я тебе еще много чего могу сказать… Потом… Если захочешь…
— Чего не сейчас?
— Какая ты нетерпеливая, Дуся!
— Хорошо-хорошо…. Только ответьте мне наконец — чего ж Вам, блин, надо?
— Ты ж дизайнер вроде?
— Вот только не стройте из себя дурачка, Вам не идет ей-Богу, прекрасно же сами знаете, уже видно пробили по всем базам…
— Подловила…
— Ну и?
— Сегодня ездил в кондитерскую, смотрел торты…
— Вы сами? Вам некому это поручить?
— Так, еще раз меня перебьешь, пожалеешь.
Молчу, не хочу знать насколько страшен генерал во гневе.
— Ну вот! Что-то все, что мне показали, мне не нравится…
— Посмотрите какой эстет…
— Я предупредил! — хватает меня под локоть и со всей дури звонко бьет по заднице.
— Вы дурак? И может у Вас и справка есть? — потираю место удара, — Синяк же будет!
— А ты язык свой придержи… И кому ж ты собираешься этот синяк показывать?
— Кому надо…
Генерал не отпускает мой локоть:
— Правда больно?
— Ага! А Вы как думаете… Вот бы Вам тоже сейчас двинуть, — в шутку замахиваюсь.
— Двинь, и посмотришь, что будет!
— Опять по заднице?
— Не угадала..
— В голову? Ну я знала, что Вы человек жесткий…
— Дуся, — его лицо совсем близко, — как же с тобой тяжело!
— Да ну что Вы? Со мной все легко и просто!
— Это кто ж тебе такое сказал?
— Все говорят!
— Они тебя бессовестно обманывают, — Корецкий улыбается и целует меня в лоб.
Какой отеческий снисходительный жест.
— В лоб? Я что Вам — покойница?
— А куда же? — еще и ухмыляется.
— В попу, блин…. — сама от себя не ожидала.
— Туда тоже можно, — генерал не сдерживаться и начинает смеяться, — но это уже на следующем этапе наших отношений!
— Какие у Вас планы на меня оказывается, — смотрю с вызовом.
Корецкий скромно молчит… Молчит и смотрит, мол и ты замолчи хоть на секунду.
— К торту?
— Да, отвлекла ты меня в очередной раз. Хочу, чтобы ты торт для Кати и Стаса нарисовала. А по твоему эскизу его и изготовят.
— И это все? Я ж вроде больше по технике и печатным валам, ну надо, я нарисую… чего было переться на другой конец света — позвонили бы, да и все?
— Увидеть тебя захотелось, не видел давно…
— Скучали? В начале 15 лет, а потом и месяца не можете протянуть…
— Глупая ты, Дуся… И язык у тебя очень длинный.
— Чего это я глупая? Вполне средние умственные способности.
Генерал снова нависает надо мной:
— Зови дочку, буду вас кормить, а то ты только языком и способна болтать.
Ужин прошел, как говорится, в теплой дружественной обстановке.
— А Вы правда генерал или это кличка такая? — спрашивает Соня.
— Да ты смотрю вся в маму! С утра был генералом, и не кличка, — отвечает терпеливо Корецкий.
— Да в маму! — Соня гордо вскинула голову.
— Я понял. Только вот глаза у тебя, Сонечка, не такие, наверное, как у папы твоего?
— Ну не знаю, — Соня пожимает плечами.
А что это он завел разговор о Сонином папе?
— Доця, ты поела, — иди уже в комнату. А мы с товарищем генералом, тут сами поубираем. Правда же Вы мне поможете, Ярослав Александрович?
— Конечно, Оксаночка.
По имени назвал, хоть не Дусей.
Пододвигаюсь к Корецкому на опасное расстояние:
— Вы чего это Соню про отца спрашиваете? Вам-то какое дело?
— Это же был невинный вопрос! Чего ты злишься?
— Я же Вас про всех Ваших жен не спрашиваю.
— А почему во множественном числе? У меня была одна жена, да и та давно умерла…
— И Вы на себя пояс верности надели и ключ потеряли?
— Вроде того… Но смотрю, ключ все-таки придётся найти. Я хоть женат был, а вот ты никогда замужем и не была…
— И все Вы знаете…
— И куда он делся?
— Кто он?
— Сонин отец…
— А не было его, это непорочное зачатие!
— Сама не знаешь получается?
— Отстаньте, а!
Корецкий все ближе и его так много сейчас:
— А вот не отстану! Хочешь не хочешь, а видеться нам придётся.
— Вы ко мне переедете?
— Стоп, Дуся, это что предложение?
— Предположение… Не дождетесь, — начинаю смеяться.
— Коварно, а я почти уже согласился…
— На что? — делаю вид вроде не поняла…
— На все, Дусечка, на все!
Генерал в очередной раз притягивает меня к себе и целует прям в губы. Очень осторожно, вроде боится спугнуть момент нахлынувшей нежности. Сердце бьётся как раненая птица и мне совсем не хочется его останавливать, хотя знаю, что за стенкой Соня и нам сейчас совершенно нельзя расслабляться.
— Что ж ты, Дуся, натворила! — генерал отпускает меня.
— ?
— И не смотри на меня так, уже совсем старый дурак голову потерял. Я пойду!
— Останьтесь, Ярослав Александрович, — я отчаянно хочу его остановить, — мы же не закончили!
— Такое, Дуся, лучше не начинать…
Для кого лучше?
6
Неделю спустя…
Томка, Катина свидетельница, оказалась редкой бестолочью, и практически всю подготовку девичника скинула на меня. А у меня ни опыта, ни желания! Не понимаю, зачем это отрыв нужен… Если так хочется оторваться напоследок, так, как по мне, лучше замуж вовсе не выходить. А еще эти лимузины, торты в виде членов и ушки зайцев из Плейбоя. Мама, роди меня обратно. Я благополучно заказала весь праздник под ключ в единственном ивент-агентстве нашего города. А что? Генерал платит, мое дело маленькое. Знал бы он, за что платит? Тут бы ударом по моей заднице явно б не обошлось…
В назначенный день, в пятницу, за невестой и ее подружками должен был приехать белоснежный лимузин с задорной надписью «Команда невесты». Капитан Очевидность нервно курит в углу! По установленному дресс-коду все должны были облачиться в свои самые сексуальные черные шмотки в обтяжку и покрыть свои лица боевым раскрасом.
Я долго не могла найти в своем гардеробе что-то подходящее. Поэтому попросила помощь друга — то есть моей закадычной подружайки Лорки. Вот у кого гардероб ломился от вещей, которым бы позавидовали шлюхи с нашей окружной. Не даром Лариса Петровна уже трижды побывала замужем и благополучно развелась. При этом каждый новый муж был моложе предыдущего. Последнему вообще лет 19 было, по-моему. Мы с Лоркой выглядели вместе, как форменная карикатура: она метр восемьдесят ростом и я — два вершка от горшка. Почему-то ее вот то курение за гаражами не взяло. И конечно выбрать что-то из ее гардероба было сложно, но можно, тем более она сама шила и могла, если что там, подшаманить. После длительной примерки и поисков, Лорик вытащила из недр своего шкафа короткое, черное, кожаное облегающее платье и кинула мне.
— А попробуй это! Одна клиентка не заплатила, вот и осталось валяться!
— Ну и клиентура у тебя, Лор. Ты что уже и униформу для публичных домов шьешь?
— Ксюрик, не делай мне нервы! Лучше меряй давай! А то пойдешь в детский мир, купишь себе костюм Мальвины для девочек 12 лет! И будешь секси-шмекси в Стране дураков!
На удивление платье село как влитое.
— Да ты — прям блудница Вавилонская, увидел бы твой Генка, слюнями изошелся бы.
— Это не для него… Да и не мой он!
— Чего? Опять к жене своей вернулся?
— А он и не уходил…
— Поссорились?
— Лор, а мы и не мирились, тем более сейчас Гене отказано в доступе к моему телу…
— И как ты выживаешь?
— Как видишь!
— То-то, у тебя ни румянца, ни горящих глаз. Смотри, Лисовская, воздержание штука опасная.
— Как-то выживу.
— Вибратором не увлекайся, вызывает привыкание.