В унисон (СИ)
Хидео же спешил куда-то, шёл, не разбирая дороги, на ватных от усталости и нервов ногах и не знал, почему так спешил, почему сбежал от друга и что с ним вообще происходит.
Глотку жгло от желания кричать, а грудь сводило спазмами из-за напряжения.
«Это просто нервный срыв, это всего лишь нервный срыв», – повторял он про себя, а перед глазами уже давно был дым.
Очнулся только тогда, когда явился в библиотеку. Аккуратно прошёлся по рядам, опасливо оглядывая полки, и дошел до самого конца, бросая взгляды на пыльные и обветшалые книги.
– Ты что, следишь за мной? – мягко и шутливо возмутилась Мичи, прижимая красную книгу к темно-синей груди.
Эта жилетка чертовски ей идет.
– А? Нет! Я просто… не знаю, что привело меня сюда.
Мичи лишь улыбнулась своей дурманящей улыбкой, её щеки сладко порозовели. Она выглядела, как те самые противные цветы, которые пахли просто отвратительно. Но теперь Хидео они показались не такими уж и гадкими. Была и в них толика романтики.
Непонятно, почему, Мичи напряглась.
– А что у тебя в руках за книга? – спросил он, чтобы хоть как-то сгладить неловкий момент.
– А, это энциклопедия о черепах. Давно… её искала.
Его сердце пропустило два удара. Он вспомнил свой сон, от начала и до конца, и это заставило пойти его кожу волнами.
Мичи исподтишка наблюдала за его шоком, отмечая про себя, что ничего, в общем-то, не поменялось. Прижала книгу к себе еще сильнее, как будто бы она могла исчезнуть.
– Ты увлекаешься… черепами? – он с трудом заставлял свой язык ворочаться.
«Что же означает череп волка из моего сна?» – единственная мысль, которая сейчас крутилась в его голове.
– Да. Я их даже коллекционирую, – спокойно сказала девушка, не замечая, как парень побледнел.
Этим она добила его. Он уперся рукой о полку, чтобы тут же не потерять сознание.
– И что же, это так интересно? – выдавил Хидео, сглатывая.
– Ты даже не представляешь, как! – её лицо расплылось в улыбке.
Она смотрела прямо в его глаза, словно пыталась узнать, кто он, о чем думает и как сам относится к этим черепам. Может быть, они его пугают?
Ты не такой мягкосердечный.
– Не хочешь узнать о них побольше? – тихо и медленно выдала она, протягивая ему книгу. Он заметил, что она держала ее так, словно бы и не собиралась её отдавать.
«Она знает, что я откажусь?» – спросил себя он.
Тут же прозвенел звонок и девушка, слегка задев плечо парня своим хвостом, вынырнула из ряда стеллажей.
– Мне вот эту и побыстрей! – взволнованно воскликнула она, а сама кидала заинтересованные взгляды туда, где стоял в данную минуту Хидео Мацумура. Тот же пытался что-то найти и выйти из библиотеки позже, чем она.
Когда Хамада выскочила за дверь, Хидео схватил первую попавшуюся книгу, и дал ее библиотекарю, миловидному парню в очках.
– Хотите взять Мураками? – спросила библиотекарь, готовя бланк.
– А? Да, хочу её прочесть.
Библиотекарь записала все данные и выдала небольшой томик в серой обложке с позолоченными символами:
Харуки Мураками
«Принцессе, которой больше нет».
Хидео вышел из библиотеки, ловя дрожащими руками своё тело.
«Господи, опять Мураками», – подумал Хидео, пряча книгу в сумку.
Судя по объёму, там была не только эта история, но и куча других.
Парень заметил, как далеко впереди уверенно шагает Мичи Хамада. Странно, почему он так реагирует на то, что Хамада увлекается черепами? Возможно, это её хобби, которое она предпочитает, например, чтению манги. Почему нет?
И все равно, одна мысль об этом приводила парня в дрожь.
2
Был урок истории. Учитель кидал строгие взгляды на учеников, которые всячески пытались улизнуть от урока. Конечно, так казалось только учителю, сами же ученики ничего такого за собой не замечали. День проходил в унынии. Хидео оглядывал мир вокруг себя, словно бы это не его мир вовсе. Все эти стены, люди, природа… все словно чужое, с другой планеты.
Учитель затронул тему правления императора Когона, его роль в становлении Японии и почему все до сих пор именуют его ками 10. Хидео плохо ориентировался в истории и его причинно-следственных связях, а потому с грустью посматривал по сторонам. Он помнил, что буквально пару уроков назад они проходили Северный двор, очерчивая этот период времени в самых общих чертах. Сегодня получили информацию о первом императоре из шести последующих претендентов.
Хидео начал бродить взглядом от скуки по классу. Многие живо интересовались подробностями правления императора и его личной жизнью, а некоторые отстранённо переглядывались.
Хидео поймал взгляд Мичи. Она исподтишка махнула ему рукой и отвернулась.
※※※
После урока у учеников был обед, и Хидео первым же делом сел на своё любимое место. Где-то глубоко в подсознании он ждал, что к нему придёт Мичи, страшился этой встречи, но всё равно ждал.
Но она не пришла.
Вскоре парню надоело теряться в догадках, почему девушка вдруг решила оставить его в покое. Он уткнулся в свой обед и стал с жадностью поглощать пищу.
Что бы поменялось, если бы она пришла? Хидео не мог сказать себе, что он бы обрадовался. Но, с другой стороны, одиночество стало противным чувством, сосущим изнутри где-то в области сердца. Как дерево обгладывают термиты, так сердце Хидео гложет одиночество.
От Генджи тоже не было никаких новостей. Он вообще больше не подходил к своему другу и даже не перекинулся парой слов. Словно избегает.
Телефон завибрировал. Хидео раскрыл переписку в «микси»: пришло сообщение от Мичи:
«Где ты?»
Когда Хидео его увидел, внутри всё смешалось в единую кашу, которая отвратительно бурлила, кипела внутри и подзывала волнение к самому горлу. Он быстро напечатал ответ:
«В саду».
Ему не слишком хотелось говорить о том, в каком месте он сейчас обедает, но ничего другого не оставалось. Всё-таки, какой бы странной Мичи ни была, её присутствие рядом как-то… успокаивает что ли. Её лицо странным образом поселяет в душе трепетную радость, от которой становится теплее на душе.
Он ждал ее, хотя и не с такой охотой. В голове всё ещё крутились её слова о черепах, вперемешку с его сном.
И причём тут череп волка? Мацумура вспомнил, как поцеловал этот череп в передние зубы, поцеловал и проснулся с подозрительно волнующимся сердцем. Кроме голубого неба он ничего не помнил. До недавнего времени.
Такое чистое, голубое небо тогда было единственным, к чему Мацумура возвращался снова и снова. Вот оно притягивает, затаскивает тебя внутрь, и ты уже не можешь сопротивляться. Поддаешься блаженству и растворяешься в голубом. Глубоком и идеальном.
– Я совсем забыла, что ты обедаешь здесь, – Мичи торопливо подошла и грациозно присела рядом.
Хидео посторонился, отводя взгляд. Что-то в ней было такое… загадочное. Но, что именно, Хидео никак не мог понять.
– Слушай, – начала она, запинаясь, – сегодня у меня свободный вечер и… мне бы хотелось немного прогуляться. С тобой.
Она оголила ряд ровных зубов, подалась вперёд.
Хидео вздрогнул, повернул свою голову на неё. Она такая нежная и лёгкая, сидит рядом, точно ангел. Ангел, несущий смерть. Такие ангелы всегда освобождали людей от проблем. Они убивали безболезненно: лишь забирали душу и разум. Разум подлежал тщательной обработке: из него вытаскивали ценные знания и продавали по дешёвке. А души они коллекционировали. Собирали пазл из бренной душной оболочки, ткали из неё платья для других ангелов. И для Бога.
«Смотрит на меня, как кошка, – подумал Хидео, – сидит и ждёт ответа, чтобы напасть».
– Но… почему я? – пискнул парень, опуская голову.
– Потому что только ты смог обратить на меня своё внимание. У меня нет друзей.