Финал Секатора (СИ)
Времени оставалось мало — девять тридцать, а в одиннадцать закрывалось последнее отделение банка. Ассистент-очкарик разложил инструменты, принялся неторопливо, долго разглядывать в свой окуляр небольшой трёхкаратный топаз.
— Давайте ускоримся. У меня осталось около получаса. Камни пересчитаны, вот таблица.
Я показал все пересчитанные мной камни на телефоне — разумеется, скрыв графу с примерной ценой. К нам подошла администратор кафе и принялась возмущаться на тему того, что мы пугаем окружающих своим поведением, и что люди приходят сюда есть. Евгений вытащил пять двухсотрублёвых и сунул ей в ладонь.
— Нет… ну так нельзя… — сказала она и тихо удалилась куда-то.
Началось взвешивание, чтение инструкций и торг — конечно, после каждой категории я заламывал цену раза в полтора выше той, что было посчитано, после опускался примерно до задуманной. Топазов и рубинов взяли немного. Долго дискутировали по поводу махенге, в итоге сторговались на миллион двести пятьдесят тысяч. Лунный камень оценщик не опознал, договорились, что купит три небольших камня по сотне за карат. Бриллианты я предложил только самые крупные, но их Евгений отказался брать:
— Нахрен они нужны Лаптеву? Продай лучше каким-нибудь африканцам!
Спорить было некогда, поэтому перешли к опалам. Тут меня ждал сюрприз — я назвал цену не в полтора, а в два раза больше, и оценщик тут же согласился, отчего я понял, что продешевил. Итого за опалы, за вычетом тех, что я оставил для себя насчитали три миллиона.
— Шесть восемьсот… — сказал Евгений. — В чемодане, как ты верно оценил, шесть двести. Знаешь что? Отложи половину родолитов и махенге, я это попытаюсь подороже толкнуть Лаптеву, а потом остаток выкуплю. А бонус давай сейчас.
Тут он облажался. С самого начала я начал замечать, что он ведёт себя как-то странно. И дело было не в алкоголе и чем-либо ещё, что он употреблял на вечеринке — дело было в деньгах.
— Хочешь сказать, что эти деньги — все твои? Я думал, что тебе дал их в долг Лаптев.
— Ну… да. Как мои — дядя помог, — сказал он и весьма характерно отвёл глаза. — В долг! Не Лаптев. Лаптеву я буду продавать.
Чго-то здесь было нечисто. Почуя неладное, Вячеслав и Виталий встали по бокам, загородив меня. Свита Евгения тоже напряглась.
— Эльдар, — тихо сказал Виталий, наклонившись к моему уху. — Я слышал разговор девки, которой он деньги. Там было слово «фальшивые».
А вот теперь всё сложилось. Конечно, изначально наш план являлся безумной авантюрой. Конечно, понимая, с км имею дело, такой исход событий я тоже предполагал. Что ж, переходим к плану «Б», подумалось мне. Я опустил руку поближе к поясу, чтобы успеть выхватить пистолет.
— Твой дядя — уролог, — сказал я. — У него нет таких денег. И он в Зеленогорье. И ты точно говорил, что заплатит Лаптев, а ты только посыльный.
— Стой-стой, погоди! Ты что несёшь⁈ Что это меняет? — Евгений тоже привстал. — Ты же надолго уезжаешь, что ты с этим всем делать будешь? А деньги тебе же нужны, да? Давай сейчас всё решим.
— Что делать? Уж точно не менять драгоценности на фальшивые бумажки. Сделка отменяется, — сказал я и поднялся с места, принявшись упаковывать камни.
Что произошло в следующий момент я понял не сразу.
Я моргнул. Затем я стал падать куда-то вниз, больно ударившись локтём об… унитаз, стоящий позади меня. Браслет на руке жёг несчадно. На то, чтобы прийти в сознание, хватило секунд пять. Затем я уже нёсся из туалета — даже не знаю, мужским он был или женским — по коридорам обратно в зал, в котором уже послышалась пара выстрелов.
Глава 20
Народ спешно бежал из зала. Вячеслав и Виталий были ранены в ноги и загипнотизированы — ассистент Евгения выставил руку с амулетом, отчего двое моих охранников сидели, трясясь, корчась от боли. Сам же Евгений суетливо закидывал камни, разбросанные по столу, в чемодан, из которой выкинул половину фальшивок.
Его головорезы взяли меня на мушку. Я демонстративно приподнял руки, показывая, что они пустые.
— Обыграл, Евгений, обыграл! — усмехнулся я. — Скажи хоть честно — Лаптевым действительно нужны были камни, или это всё легенда?
Он вздрогнул, увидев меня, но сборы не прекратил.
— Нужны! Конечно нужны! Просто у меня денег не было! С собой. А там парень как раз печатает! Говорит — давай! А ты забери эти бумажки! Они качественные, банковские аппараты прожуют, не боись!
В его глазах была безумная жажда лёгкой наживы, которая включается у отморозков в подобный момент. Удивительно, но он даже не осознавал, насколько ситуация бредовая — он уже ощущал себя победителем, хотя на самом деле срывал сделку всей своей жизни.
Краем глаза я заметил, как ассистент с амулетом повернулся ко мне и отступил в сторону, продолжая махать побрякушкой. Амулет был мощный, вроде тех, что я заказывал для Андрона. Меня так и тянуло взглянуть, но я сдерживался. В этот момент из другого конца зала поднялись две фигуры, до того мирно беседовавшие и не обращавшие на нашу сделку внимания. Это были Ленни и Алишер — я успел им позвонить последнему на выходе из «Штопора», попросив проверить «Гюнтер» и проследить, нет ли какой-либо подставы. Подставы на тот момент действительно не было, зато теперь…
— Мне одно непонятно, зачем было в меня стрелять? Это какое-тл слишком радикальное решение, не находишь?
— Я не стрелял!
— Не стреляли! — в унисон с шефом пробормотали его головорезы, с недоумением глядя на приближающихся Алишера и Ленни.
— Тогда кто?… — подумал я, а затем взглянул на широкое панорамное окно.
В нём сияла характерная дыра от снайперской винтовки. Изголовье дивана, за которым я сидел, было пробито насквозь. А на асфальте проезжей части лежала тëмная фигура, которая, казалось, упала прямо с неба.
Получается, киллер. Получается, за мной следили. Очень захотелось разобраться, но времени не было.
— Когда ты пропал… я подумал — вот, божий замысел! Шанс! — Евгений попытался выбраться из-за стола, но я преградил ему путь.
— Ты не понял, пацан, баря сказал, что он уйдёт, значит… — начал бубнить ближайший ко мне мужик, но внезапно его висок встретил стул, кинутый подошедшим Алишером.
От бандюганов, стоящих по центру зала, последовала пара выстрелов: один попал в молоко, второй поймал мой ещё работавший щит. Кто-то из официанток истошно завизжал в углу зала, и один из головорезов рявкнул:
— Молчать, сука!
Я заткнул его: перепрыгнул столик, схватил стул за спинку, швырнул, подкрепив кинетическим навыком, припечатал к столбу в центре зала. Алишер подобрал выпавшую пушку и взял его на прицел. Затем я развернулся, выставил руку назад, и толкнул стол, соседний с нашим, мимо которого пытался прошмыгнуть Евгений. Его припечатало к стене. Он выронил на стол пакеты с минералами кашлянул, согнулся и заныл от боли: стол прилетел углом в причинное место. Обезвредил на минут пять, понял я, заодно и вызвал замешательство у партнёров.
Тут случилось то, на что я не особо рассчитывал — один из головорезов Евгения, на вид самый крепкий и матёрый, получил по уху от подлетевшего Ленни, бочком-бочком отступил назад и слинял из кафе. Я решил заняться ассистентом, причём не вполне привычным для меня методом. Я знал, как устроен гипнотизирующий амулет — блок аккумулятора, блок подавления воли, блок удержания внимания, блок управления… Я шагнул в сторону, напевая анимешный мотив и прикрываясь рукой, чтобы не смотреть на амулет. Затем резко взглянул в самый его центр, послав команду на отключение блока управления.
Могло не сработать — если там стояла какая-либо продвинутая защита, но, как я уже замечал в этом мире, такое практиковали далеко не все мастерские. Ассистент-очкарик вздрогнул, потеряв связь навыка с аккумулятором амулета. Я подошёл и выдернул его за цепочку, а затем саданул кулаком в челюсть, отправив на пол.
— Не с места! Полиция — заорали от входа.
Ленни с Алишером побросали оружие, я тоже поднял руки.