Новенький, какую игру ты затеял? (СИ)

Отряхнувшись, он догнал меня и поровнявшись, пошёл рядом, с несползающей широкой улыбкой.
Спасибо ему за это.
  
Глава 36. Точка невозврата
 
Демиан
Мы шли около пятнадцати минут и теперь присутствие Зака меня даже радовало. Друг знал меня как облупленного, и подобные проявления грубости были не впервой, причем с обеих сторон, и каждый из нас мог найти быстрый способ затушить разгорающейся внутри злобное пламя.
Моё настроение приподнялась, но до определенного момента, пока я не увидел фигуру Ланса.
Он шёл один.
Секунды, и я уже бежал к нему, с силой сжимая кулаки, с дьявольским огнём в глазах, быстро сокращая расстояние, вцепился, схватив за грудки и тряся изувеченное тело.
Но мне плевать.
Плевать на него.
Почему он один?
— Где, чёрт бы тебя побрал, Адель? Где она? — я орал ему в лицо, сдерживаясь, чтобы не врезать. — Почему её нет рядом?
Меня конкретно штормило и сносило башку, кровь бурлила в венах, закипая и разнося в пух и прах самообладание. Я сдерживал зверя, просящегося наружу.
Но сейчас это ни к чему.
Сейчас это лишнее.
— Отвечай, ублюдок! Живее! — но Ланс смотрел щенячими глазами, пытаясь подобрать и проговорить членораздельные слова.
Зак тоже подбежал и осторожно разжал мои побелевшие от злости пальцы, мимикой показывая, что это не поможет, вслушиваясь в рассказ Ланса.
Секунды тикали, перед глазами поплыли страшные картины, и осознание того, что каждая минута может стоить…
Жизни? Чести? Чего?
Я сглотнул подступивший в горлу комок паники, готов быть завыть, но из этого состояния меня вывел отдаленный, отчаянный, душераздирающий женский крик, который резко прервался.
Адель…
Я сорвался с места и побежал, наверняка зная, что Зак тоже.
Через какое-то время увидел одного у изголовья девушки, а другого, скидывающего в сторону её джинсы и устраивающегося поудобнее у ног Адель.
С разбегу сбил, полуобнаженного парня, который от неожиданности завалился на бок, сел на него верхом и со всей силы замахиваясь, впечатывал свои кулаки ему в лицо.
Ярость, которая два месяца буйствовала в моём теле, наконец нашла выход в виде мощных сильнейших ударов. Я знал, что он уже без сознания, но не мог остановиться, видя и зная, что могло произойти не придя вовремя и причиной всему были эти подонки.
Я превратился в разгневанного зверя, ликующего от вида крови, готового разорвать на части, стереть с лица земли, не чувствуещего боли в костяшках пальцев, отключившего в себе жалость и милосердие, лишь сплошное презрение, равнодушие и ненависть.
Возможно, забил бы его до смерти, если бы не резкая, пронзающая боль сбоку, входящего в тело металла, от которой я вскрикнул.
Ещё один мерзавец.
Неожиданно.
Я пропустил удар, которым он рассек бровь и ещё один, разбивший губу, и только после этого смог ответить точным ударом поддых.
К нам подбежал Зак, ударил пару раз нападавшего, и третий парень без сознания теперь тоже лежал на земле.
Друг развернулся и останавливая меня от дальнейших действий, серьезно произнес, смотря прямо в глаза, выводя из обезумевшего состояния:
— Демиан, Адель…она нуждается в тебе. Слышишь? Остановись. Я разберусь с этими подонками. Ты нужен Адель.
До меня наконец дошли его слова, останавливая тёмную сущность жаждущую крови и мести, и я подбежал к ней.
Поднял на руки и понёс, подальше от напавших, подальше от того ужаса, который происходил только что. Но пройдя метров десять, почувствовал внезапную накатившую слабость.
Надо остановиться.
Аккуратно положил её на песок, и сев на колени рядом, стянул с себя ветровку, прикрывая голые участки живота и бедер. Я пытался привести Адель в чувства. Во мне с новой силой росло зло смотря на её изувеченное прекрасное лицо.
— Адель… Адель… Прошу, очнись! Все позади. Очнись, милая… Прошу, — я тихо звал её, слегка тормоша, разглаживая растрёпанные волосы и почти невесомо касаясь разбитой губы дрожащими пальцами.
Услыша болезненный стон, приходящей в сознание девушки, в порыве, крепко её приобнял, закрыв глаза и целуя в макушку, выдыхая с облегчением.
 
— Нееет…нет, умоляю. Отпустите! — она кричала, вырываясь из моих объятий и кулачками стуча по груди.
Я отстранился и сжал её лицо в ладонях.
— Тише. Тише. Все позади. Посмотри на меня. Это я, Демиан. Весь ужас закончился. Смотри на меня… Все хорошо. Слышишь, все хорошо.
Я старался говорить тихо, успокаивая, слегка поглаживая большими пальцами её по щекам, стирая ручьями льющиеся слезы. Взгляд Адель нервно блуждал, разум видимо не до конца понимал что происходит и только когда я увидел сфокусированный взгляд на моих глазах, слегка улыбнулся.
— Это я, Демиан.
Она узнала меня, в ту же секунду припадая к груди.
— Поплачь. Станет легче, не сдерживай себя. Все позади, милая, все позади.
Гладил её по волосам, нашептывая слова утешения, спускаясь к спине и возвращаясь обратно. Постепенно рыдания стихали, тело не сотрясалось от всхлипываний, Адель успокаивалась.
Отстранившись, Адель села прямо и с любопытством стала разглядывать моё лицо. Нервно, приходилась взглядом, словно не веря, что перед ней я.
— Д-демиан… — её голос слегка дрожал и слова произносились с заиканием. — Но как? Почему т-ты здесь? Как такое возможно?
Слегка хмуря брови, она глядела на меня с непониманием и интересом, как на что-то сверхъестественное.
Её рука нерешительно медленно потянулась в моему лицу, вероятно, чтобы убедиться в реальности моего нахождения рядом с ней. Когда ладонь коснулась щеки, я прикрыл глаза, наслаждаясь столь долгожданным прикосновением, в груди запекло, сердце забилось в десятки раз сильнее и я сдержал, рвущийся наружу стон удовольствия.
Ещё чуть-чуть и точно бы замурлыкал от накрывшей меня нежности.
Сейчас я осознал, насколько сильно жаждал этого.
Скорее всего, Адель иначе восприняла мои действия и вскоре попыталась отдернуть руку, но перехватив её ладонь и распахивая широко глаза, я вернул руку на место, крепче прижимая к своему лицу.
На ее лице отразилось изумление, вскоре сменившее себя благодарностью, она перевела взгляд вдаль, ища что-то, а потом посмотрела вверх, на небо.
Адель чуть не задохнулась от нахлынувших эмоций и я прекрасно понимал её. Рассматривая радостное лицо, несползающую широкую улыбку, которую просто обожал, и слегка поблескивающие глаза, которые теперь менялись, приобретая оттенок, становясь все насыщеннее и ярче, в которых я и так тонул, но теперь, добровольно готов был отказаться от спасения, камнем падая в их пучину, на самое дно.
В глаза цвета неба.
Она мимолетно взглянула на меня снова, покачивая головой из стороны в сторону, не веря в происходящее, да и я уже не понимал себя, знал лишь одно, хочется продлить этот момент навечно.
Немое утверждение: отрешенные так не поступают.
Верно.
Мои касания через перчатки ничего не значат, в сравнении с её лёгким прикосновением, кожа к коже, душа к душе, открывающие новый мир, наполненный эмоциями и яркими красками.
И не существует точки возврата.
Оно и не нужно.
Почему?
А ведь действительно, почему я это сделал? Ведь мог оттолкнуть, не позволить.
Я убеждал себя, что это необходимо Адель, после перенесенного стресса, ей нужны положительные эмоции. Но было ли это так на самом деле?
Мои убеждения рассыпались как карточный домик, когда она сидела вот так напротив, когда я мог чувствовать её тепло, мог смотреть с нескрываемой любовью и нежностью, не играя, не притворяясь и не надевая масок. И теперь не было сомнений — я принял тот факт, что мне всё это было нужнее…
  
Глава 37. Тонкая грань реальности
 
Демиан
Проснуться в больнице — не самое прекрасное начало дня.
Я ненавидел эти скучные, белые, давящие стены, взявшие меня в свой плен на неопределенный срок. Они пытались вытащить из памяти не самые приятные воспоминания далёкого прошлого. От запаха медикаментов к горлу подступала тошнота, а пикающие приборы, так нещадно давили на мозг, что казалось, от боли голова взорвётся.