В объятьях льда (ЛП)

— Совет — не мой. Я им не марионетка.
Холод в его голосе Бренна ощутила все кожей.
— Прогрессирующее снижение интеллекта? — спросила она, продолжая хмуриться. — Если не помешательство, то…
— Психическое воздействие Энрике могло вызвать механическое разрушение или кровоизлияние в ткани головного мозга. — Джад смотрел на неё, не мигая, как смотрит хищник, когда пытается определить, на что способна его жертва. — Он был телекинетиком. Телекинез оказывает физическое воздействие. На вскрытии у других его жертв обнаружили серьёзные повреждения мозга.
Фотографии. Этот урод любил демонстрировать ей, что творил с предыдущими жертвами.
— Я помню.
— Однако вероятность подобных травм минимальна. Саша и Лара, прежде чем начать процесс ментального исцеления, залечивают физические ранения.
Бренна закусила губу и прерывисто вздохнула:
— Саша говорила, что лучше не спешить, но мне так хотелось, чтобы мою голову, наконец, оставили в покое, что я будто бы ускорила заживление усилием воли. — Так умеют Пси. — Возможно, я слишком торопила Сашу.
— Я связался с ней после нашего разговора, — ответил Джад, не спуская с неё хищного взгляда. — Ты на самом деле торопила её, но не на стадии физического исцеления.
Бренна с трудом удержалась, чтобы не ударить его за самоуправство, хотя и просила о помощи.
— Факт остаётся фактом — у Саши нет опыта работы с такими случаями.
Кроме того, Саша, обладавшая даром обнаруживать и восстанавливать тяжелейшие душевные травмы, знала о кровавом прошлом Бренны слишком много. Саша, несмотря на добрые намерения, являлась постоянным напоминанием о том, что хотелось забыть.
— Верно. Зато в этом разбирается Фейт. — Джад скрестил руки на груди. — Тебе нужна помощь.
— Я попросила тебя. — Бренна и сама не понимала почему. Он холодный и жёсткий, словно одичавший вер.
— Я договорюсь с Фейт о встрече.
— Я сама. — Бренна стиснула зубы. — Вон тебя недолюбливает, если ты не заметил.
С Воном и его парой, Фейт, она познакомилась в день, когда они приехали в стаю, чтобы принять подарок от детей, спасённых благодаря видению Фейт. Если бы не дар Я-Пси, малыши бы погибли. — Да и ты вряд ли сделаешь над собой усилие и проявишь дружелюбие.
— Это недопустимо. — Джад отвернулся и посмотрел на заснеженный лес. — Эмоции не принадлежат к числу моих слабостей.
***
Как только Фейт закончила короткий, но тяжёлый разговор с Бренной Кинкейд, в зал заседаний вошёл Энтони Кириакис, глава семейной группы НайтСтар и отец Фейт. Она убрала телефон в карман и прижалась спиной к Вону.
— В сети опять объявился Призрак.
Энтони обошёл стол и встал напротив них.
Фейт хотелось услышать совсем другое. В глубине души она по-прежнему оставалась маленькой девочкой, мечтающей получить от отца то, что, возможно, он никогда не сможет ей дать. Мысль отозвалась в сердце тупой болью. Вон положил руку ей на затылок, и боль отступила: Вон любит её, лелеет, бережёт.
— Какой Призрак?
Она села, и мужчины последовали её примеру.
— Никто не знает, кто он на самом деле, но, предположительно, на его счету несколько диверсий.
Отец передал Фейт диск со списком компаний, обратившихся за прогнозом, которые она делала в рамках контрактного соглашения с кланом НайтСтар. Диск Фейт пока отложила в сторону — Призрак интересовал её гораздо больше.
— Он один из нас?
В одном Фейт с отцом сходились: они оба хотели освободить Пси от «Безмолвия», которое оказалось несостоятельным. Энтони мог быть холодным, безэмоциональным Пси, но в то же время тайно возглавлял заговор против Совета.
— Неизвестно. Очевидно, однако, что Призрак близок к Совету, поскольку имеет доступ к засекреченной информации, но осуществляет вмешательство строго на определённом уровне. Это может означать, что дальше у него нет доступа или…
— Или что он очень осторожен и не хочет нечаянно себя выдать, — закончила Фейт.
— Правильная тактика, — подал голос Вон, большим пальцем поглаживая её шею сзади. — Если он под носом у Совета копается в картотеках, они наверняка в бешенстве.
 
— Именно. — Энтони повернулся к Фейт. — Призрак впервые проявил себя, пока ты ещё была в сети. Помнишь взрыв в лаборатории «Экзогенезис»?
— Это та, где разрабатывают импланты, способные снизить частоту врождённых аномалий? — Последнее слово она почти выплюнула. «Аномалиями» Совет называл нежелание некоторых Пси подчиняться Протоколу. — Они намерены вмешиваться в развитие детского мозга и внедрять «Безмолвие» как часть физиологического процесса становления организма.
Энтони оставил её вспышку без внимания.
— Диверсия в лаборатории унесла жизни двоих ведущих учёных и уничтожила результат нескольких месяцев работы.
— Этот ваш Призрак не чурается убийств.
В голосе Вона не слышалось осуждения: ягуару случалось убивать, чтобы защитить невинных. А кто может быть невиннее детей, которым первыми вживят импланты.
  
Глава 7
 
— Очевидно, нет. Взрыв расследовали полиция и Совет, но население по большей части их не поддержало.
— Почему? — спросил Вон. Ощущать тепло его тела было так приятно, что Фейт прижалась к любимому теснее и положила руку на крепкое, мускулистое бедро. — Предполагается ведь, что с имплантатом Пси смогут эффективнее использовать способности?
— Отчасти. — Энтони кивнул. — Но несогласные считают, что «Протокол I», призванный обеспечить полное подчинение «Безмолвию», спровоцирует побочный эффект — свяжет наши разумы. Не так, как в ПсиНет, а физиологически.
«Протокол I». Ему присвоили официальное название. Плохой знак.
— Речь идёт о формировании коллективного разума вроде роя. — В голосе Фейт звучало неприкрытое отвращение.
— Да. Те из нас, кто предпочитает вести дела без стороннего вмешательства, недовольны. Как только раса начнёт функционировать как единое целое, это станет невозможно. — Энтони взял в руки органайзер — тонкий планшет, которым любили пользоваться Пси. — Судя по взрывам, Призрак преследует те же цели, что и мы, но пока мы не узнаем, кто он, эффективно работать вместе не получится.
Вон подался вперёд.
— Чем больше о нём известно, тем выше риск, что его обнаружат. По мне, так пусть Призрак продолжает своё дело, а мы воспользуемся результатами.
— Поддерживаю целиком и полностью. — Энтони, давая понять, что вопрос исчерпан, начал что-то набирать на сенсорном экране. — «Блюзед» ждут новый прогноз на текущий месяц. Можно передвинуть их в начало очереди?
Фейт взяла свой планшет.
— Попробую.
Она по-прежнему не умела вызывать видение по заказу. Выходит, это единственное, о чём не солгал Совет: её дар невозможно контролировать.
Энтони тем временем перешёл к следующему вопросу. Спустя полчаса они всё обсудили, и Фейт обняла отца на прощание. Он не обнял её в ответ, но легонько хлопнул по спине. Только тот, кто не понаслышке знаком с «Безмолвием», поймёт колоссальное значение этого жеста. Когда Энтони отстранился и направился к выходу, в глазах Фейт стояли слёзы. Снаружи ждал Баркер, один из солдат стаи, он должен был сопровождать Энтони на обратном пути. Головной штаб Дарк-Ривер, расположенный в деловой части Сан-Франциско недалеко от китайского квартала, с одной стороны, напоминал муравейник, а с другой, хорошо охранялся.
— Иди ко мне, Рыжик. — Вон притянул Фейт в объятия, и она ощутила, как от грубоватой ласки тает комок в горле. Временами сила собственных чувств её пугала.
— Этот Призрак сыграет важную роль.
Фейт смутно предчувствовала, что так оно и будет. Едва она подумала об этом, возникло видение. На долю секунды она заглянула в будущее, но увидела не Призрака, а Бренну. И смерть. Смерть окружает волчицу Сноу-Данс, руки Бренны в крови. Фейт не знала, чья это кровь, но чувствовала тяжёлый тошнотворный запах отчаяния и страха. Картинка пропала, так быстро, что в памяти почти ничего не осталось, не было даже лёгкого, обычного для видений головокружения.