В объятьях льда (ЛП)
Она даже не сможет предупредить Бренну — образы не несли никакой конкретной информации, лишь усилили возникшую после их телефонного разговора тревогу. Прижавшись к Вону, Фейт вернулась к насущной проблеме:
— Как думаешь, стоит спросить про Призрака у НетСущности?
Сущность, проживавшую в сети, многие считали кем-то вроде библиотекаря и полицейского одновременно. Фейт знала, что дела обстоят далеко не так однозначно.
— Кажется, он неплохо справляется самостоятельно. Ты точно хочешь лезть во всё это?
— Так и знала, что ты примешь сторону волка-одиночки, — мягко поддела она, радуясь самой возможности подразнить его.
— Не сравнивай меня с этими проклятыми дикарями, — зарычал Вон. Фейт щекой почувствовала, как вибрирует его грудь, подняла голову и улыбнулась.
— Чёртовы волки.
Любимое ругательство у котов Дарк-Ривер.
— Точно, — согласился Вон и крепко, жадно поцеловал её.
— Послушаюсь твоего совета, не хочу невольно навести НетСущность на след. — Дружелюбная по своей природе, сущность всё же не была полностью свободна от Совета. — Знаешь, мне кажется, Призрак сыграет важную роль в жизни Дарк-Ривер. Не сейчас. Когда-нибудь потом.
— Видение?
— Даже не предчувствие, — покачала головой Фейт, — скорее…
Она никак не могла подобрать подходящее слово.
— Сердцем чуешь?
— Да.
Ничего удивительного, что она не могла описать своё состояние — признайся она в чём-то таком раньше, её бы освидетельствовали врачи в ПсиНет.
— Кстати, мой дорогой кот, завтра утром мы едем на территорию Сноу-Данс, у нас там встреча.
— С кем?
Вон сгрёб в кулак её волосы, но Фейт знала, что так он выражает нежность.
— С Бренной Кинкейд.
Она решила пока ничего не говорить про Джада Лоурена, который тоже собирался присутствовать. На рослого темноволосого и чрезвычайно опасного Пси Вон реагировал остро и негативно. Джад… нет, о нём у неё видений не было. Среди знакомых Фейт Джад оставался для её дара самым непроницаемым. Мрачным и очень одиноким.
***Спустя сутки после того, как Бренна дала согласие на встречу с Фейт, она всё ещё сомневалась, но отступать уже поздно. Они встретились на маленькой лесной поляне минутах в двадцати от логова. Несмотря на опасения, Бренна вынуждена была признать, что Фейт и Вон выбрали очень красивое место. Снег под ногами был мягким, а замёрзший водопад неподалёку сверкал в лучах утреннего солнца так ярко, что блеск резал глаза. Рыжие волосы Фейт на фоне окружающей белизны казались языками пламени.
Бренна подошла ближе.
— Спасибо, что приехали.
Фейт улыбнулась, но Джад не дал ей ответить.
— Вы назначили место очень близко к логову. Почему не где-нибудь на границе наших территорий?
Бренну мучил тот же вопрос. Пусть у них с котами перемирие, но между стаями нет дружеских отношений. Самцы обоих видов чересчур агрессивны, когда дело касается защиты самок — жён, сестёр, дочерей. Уж Бренна-то знает. Дрю и Райли порой доводили её до бешенства. Она дошла до предела и надеялась только, что когда сорвётся, никто не пострадает.
А Фейт, кажется, нравилось, что её так опекают.
— Вон сказал, что будет весело пройти мимо ваших патрулей незамеченными.
— Они разленились, — спокойно произнёс Вон. — Даже при том, что Рыжик топает как слон, нам не составило труда сюда пробраться.
Фейт бросила на него предупреждающий взгляд и получила в ответ широкую улыбку.
Наблюдая за их непринуждённым общением, Бренна чувствовала, как тоскливо сжимается желудок. Она ни разу прежде не видела, чтобы Вон улыбался. Вот кто ей нужен — ласковый и темпераментный мужчина-вер. Они не считают нужным скрывать эмоции, запросто касаются собратьев, смеются с любимыми, даже если в остальное время этого не бывает.
Но выходило, что её как женщину интересует лишь один мужчина — Пси, который не может дать ей ничего из того, что есть у Вона и Фейт. Даже если б он и захотел. А он совершенно точно не хочет. Так почему же она обращается к нему, ждёт, что он поможет ей победить страхи и защитит её?
— Ладно, — начала Фейт, глядя на Бренну, — расскажи, что тебе снится.
Это не сны, а кошмары.
— Наверное, лучше наедине?
В тёмных глазах Фейт вспыхнули и погасли звёзды — белые вспышки на чёрном бархатном фоне. Саша тоже кардинал, но у Фейт глаза другие: спокойные, непроницаемые, слегка загадочные. Фейт видит будущее, и её глаза будто говорят, что будущее это не всегда безоблачно.
Обернувшись, Фейт взглянула на Вона и слегка склонила голову. Бренна, как зачарованная, наблюдала за их беззвучным диалогом. Ягуар всегда казался ей диким, более необузданным, чем другие Веры. Неплохо бы научиться у Фейт управляться с неуправляемыми мужчинами.
Бренна перевела взгляд на другого мужчину, столь хладнокровного, что ей следовало бы бояться его.
— Прошу тебя.
Лёгкий ветерок растрепал волосы Джада, и Бренна стиснула руки в кулаки, чтобы удержаться и не коснуться его. Если не считать невыносимого ледяного равнодушия, она влюблялась в него всё сильнее.
— Прослежу, чтобы вам никто не помешал.
Бренна всей кожей ощутила, что он настроен очень решительно.
— Спасибо.
Джад метнул быстрый взгляд на Вона.
— Я на юг.
— Я на север.
В следующее мгновение они разошлись и скрылись среди деревьев. Бренна подождала, пока не потеряла запах Вона, надеясь, что он придерживается негласного кодекса Веров и не станет подслушивать.
— Не знаю, с чего начать, — неожиданно для самой себя произнесла она.
— Ты говорила, что у тебя бывает что-то вроде видений. — Голос у Фейт был очень звонкий. Такой не скоро забудешь. — Расскажи, что именно ты видишь, и когда это началось.
Глубок вздохнув, Бренна выложила всю свою печальную историю и спросила:
— Он что-то сделал с моим мозгом?
Она уставилась в чистый снег, стараясь изо всех сил чувствовать себя не такой грязной… и изнасилованной.
— Давай пройдёмся, Бренна, — только и ответила Фейт.
Они не спеша пошли к водопаду.
— Красиво, правда?
Бренна подняла голову.
— Очень.
Раньше она бы первая заметила, она всегда видела во всём только хорошее. Однажды, твёрдо пообещала Бренна себе, она вернёт дар — умение радоваться.
Наклонившись, Фейт подняла камешек и покатала его между пальцев. Лицо её было задумчивым.
— Я никогда в жизни не слышала, чтобы у кого-то, не принадлежащего к расе Пси, в результате воздействия появлялись способности Пси. Но то, о чём ты говоришь, действительно похоже на видения. — Она бросила камень и кивнула, будто на что-то решившись. — Мне нужно заглянуть в твой разум.
— Нет, — не раздумывая ответила Бренна. — Извини, нет.
— Не извиняйся за то, что защищаешься, — с жаром возразила Фейт. — Я отлично понимаю, каково это — чувствовать, что твоё сознание — единственное безопасное место.
— Вот только это уже неправда. — Так и с ума сойти недолго. Как ей освободиться, если зло засело внутри, срослось с ней самой и с каждой минутой пускает корни всё глубже? Усилием воли Бренна подавила приступ жалости к себе. Подобная слабость — непозволительная роскошь. — Ты можешь сделать что-нибудь ещё?
— Попробую.
Спрятав руки в карманы пальто, Фейт вздохнула.
— Скажи, у тебя есть доступ к той части сознания, откуда исходят видения?
— Я не знаю, как туда попасть.
По правде говоря, Бренне вовсе не хотелось ковыряться в повреждённом участке собственного разума.
Во взгляде Фейт не было ни капли осуждения, лишь сочувствие.
— Я понимаю, тебе тяжело, но хочу, чтобы ты попыталась вызвать видение. И одновременно представить, как выталкиваешь всё — мысли, чувства, образы — наружу.
Едва осознав, что придётся вернуться к пережитому, Бренна ощутила, как в горле поднимается желчь, но не привыкла отступать. Она сосредоточилась… и поняла, что пробудить воспоминания, и страх жертвы, и собственное извращённое наслаждение пугающе легко. С трудом сдерживая тошноту, Бренна, будто загнанный зверь, отчаянным усилием вытолкнула эмоции. Они не её, это просто невозможно. Потому что иначе выходит, что она помешалась тогда в пыточной. И с тех пор живёт в кошмаре.